ответил доктор. – Полежит неделю – дней десять, потом можно будет перевести на амбулаторное лечение.
- Спасибо, вы меня почти успокоили! – Рузанова выдавила из себя улыбку. – А лежать в больнице обязательно? Может быть, через два-три дня, когда вы убедитесь, что с Лизочкой всё хорошо и она идёт на поправку, я смогу забрать её домой? Дома и стены помогают, а я готова оплатить и медсестру, и сиделку, и консультации врача!
- В принципе, такое возможно, - кивнул доктор. – Если не появятся противопоказания.
- Скажите, я могу её увидеть? Хоть одним глазком?
- Пациентка в реанимации, а туда посторонним вход запрещён.
- В реанимации? – потрясённо охнула Екатерина Георгиевна. – Вы же сказали, что она поправится?!
- Не пугайтесь, - врач поспешил её успокоить. – После оперативного вмешательства всех сначала кладут туда. Понаблюдаем до завтра, и если всё будет хорошо, то утром переведём её в палату.
- А…
- Вип-палата уже подготовлена и оплачена.
- Кем? – выпалила Рузанова.
И прикусила язык – что она творит? Она же мать, значит именно она и должна была устроить дочери лучшие условия!
- Я не в курсе, какой-то мужчина.
- А!! – протянула Рузанова. – Из головы вылетело, я же поручила это помощнику! Я вас поняла – к Лизе нельзя до завтра.
- Да, - кивнул доктор.
- А… как Олег? Супруг Лизочки? Пришёл в себя?
- Приходил, но мы погрузили его в медикаментозный сон.
- Зачем?
- Это ненадолго – максимум до послезавтра. Как раз прокапаем ему витамины и противовоспалительные с обезболивающими. Во сне организм скорее восстановится, - пояснил доктор и бросил взгляд на часы. – Извините, мне пора. А вы идите домой, вам надо отдохнуть. Приезжайте завтра к десяти, вас ненадолго пропустят и к дочери, и к зятю.
- Подождите, а где сейчас Олег? В обычной палате?
- Нет, он в соседней випке, рядом с той, где будет лежать ваша дочь.
- Так Владимир, - имя она выпалила, что называется, от балды, - оплатил отдельную палату и моему зятю! Хороший помощник, заслужил премию.
И Екатерина поспешила покинуть клинику.
Времени мало, если она опоздает, то второго удобного момента можно и не дождаться!
Домой она заехала лишь на пару минут – бросить покупки и взять папку с документами на Мерседес. После чего отправилась к Карине.
Девушка была дома и встретила Рузанову настороженно.
- Екатерина Георгиевна, вы без предупреждения… Что-то с Лизой?
- Нет.
- Тогда что вас привело? Вообще-то я собиралась уходить…
- Есть разговор, - Екатерина оттёрла Карину в сторону и, не разуваясь, прошла в комнату. – Садись, поговорим.
Недоумевая, Мамаева присела на краешек дивана.
- Смотри! – мать Лизы протянула папку.
Карина взяла, открыла.
- Документы на машину, - произнесла вполголоса. – И что дальше?
- Мерседес, премиум, полный фарш, - вкрадчиво заговорила Рузанова-старшая. – Шесть лет всего. Не машина – мечта.
- Допустим. И?
- Она может стать твоей.
- Что для этого мне нужно сделать? – Мамаева давно не верила в бесплатный сыр.
Такими подарками не разбрасываются! Значит, от Карины потребуется сделать что-то грязное, скорее всего, идущее в противоречие с законом.
Но прежде чем принимать решение, не помешает узнать, о чём речь. Вдруг там ничего сложного, и она будет дурой, если откажется?
Мерседесы на улице не валяются!
- Ты же помощница Левина, верно? – продолжила Рузанова-старшая. – Значит, никто не удивится, если ты навестишь его в больнице. Скажем, завтра, в десять утра.
Карина молчала, ожидая продолжения.
- Так вот, - Екатерина быстро облизала губы. – Я хочу, чтобы муж Лизы не оправился после аварии.
И у девицы отвисла челюсть.
- В смысле?
- В прямом, - голос Рузановой приобрёл стальные нотки. – Ты же умная девушка! Соглашайся, и машина твоя. Как видишь, все документы в порядке, надо только вписать имя нового владельца, оплатить пошлину и зарегистрировать автомобиль в ГАИ.
- Но я… Я не убийца! Я не умею, не могу, - у Карины затряслись руки.
С одной стороны страшно до одури. С другой – замуж он её теперь точно не позовёт. Даже если уборщица вымоет чашку, и у Левина не будет доказательств, он всё равно больше ей не верит.
Сделав ставку на Олега, она просчиталась! Отказала Павлу и осталась, по сути, у разбитого корыта…
Мерседес стоит немало. Она сможет продать его, и уехать в Питер! Деньги на первое время будут, а там, даст бог, ей повезёт поймать какого-нибудь толстосума. Только на этот раз никаких молодых и свободных – ловить надо пятидесятилетних и старше! И непременно женатых на ровесницах. Чтоб на контрасте со стареющей женой она, Карина, смотрелась весенней розой, чтоб мужик голову потерял и за одну ночь готов был бросить к её ногам весь мир.
- Тебе почти ничего не надо будет делать! – продолжала уговаривать Рузанова. – Левина усыпили.
- Что с ним сделали? – опешила Карина.
- В смысле, погрузили в специальный сон, лечебный, - поморщилась Екатерина. – Сегодня и завтра он будет, как овощ: ничего не видит, не слышит, не понимает. Идеальное время, чтобы помочь ему безболезненно отправиться в лучший мир.
Карину передёрнуло от цинизма Екатерины Георгиевны, но перебивать она не стала.
- Тебе надо будет ввести из шприца воздух в капельницу. Это секундное дело, даже прикасаться к человеку не нужно! Я научу – как!
- А вы откуда это знаете? – Карина напрягла память, пытаясь вспомнить, что Левин рассказывал о смерти отца Лизы.
Увы, ничего существенного. Только то, что он, кажется, погиб от сердечного приступа.
Она прищурилась, глядя на Рузанову – а не её ли руками сотворён был тот приступ?! С такими вводными – легко. Но её, Карину, это не касается. Просто надо быть с Екатериной осторожнее, и ни в коем случае не поворачиваться к ней спиной.
- В интернете посмотрела ролики – как, не отключая капельницу, добавить в неё лекарство. Там ничего сложного, даже ребёнок справится! В общем, введёшь 5 кубиков воздуха, шприц в карман и уходи.
- Но это же убийство!!! Меня посадят…
- Да кому ты нужна, сажать тебя? Левин после аварии еле дышит. Скажут – организм не выдержал, вот и всё, - убеждала Екатерина. – Я бы сама сделала, но мне нельзя светиться – я ему тёща. А все знают,
