Я рыкнул и бросился на своего врага. Мы тут же покатились кубарем по полу. Меч Данте замелькал в воздухе, его противник ловко увертывался, а Хантер обрушил на Крейдома лавину ударов — поединок начался!
Я нещадно махал клинками, но монстр легко избегал атак. Данте рассекал воздух, рубил его, но уродливая тварь миновала удары и блокировала их своими когтями, а потом, улучив момент, ударом огромной лапы повалила моего друга на пол. Крейдом ставил блоки с ловкостью мастера восточных единоборств. Он перехватил руку Хантера, сделал подсечку и тот оказался на полу.
Огромная тварь нависла как гора, но тут же получила мощный удар в колено, наклонилась, рыкнув от боли, а Данте уже вскочил и широким взмахом рассек монстру плечо. Крейдом бросился к Хантеру, но тот ловко приподнялся на одной руке, ударил обеими ногами по корпусу, выпрямился и отбросил Крейдома мощным апперкотом в челюсть. Каин пробил мою защиту и беспощадно рвал меня когтями. Удар, еще удар, треск кожи и брызги крови. Собрав усилие, я поднял руку, и клинки монстра с треском остановились, встретив на пути мои когти. Я злобно улыбнулся и ударил другой рукой тварь прямо в живот. Монстр взревел, оттолкнулся от пола и, впившись зубами мне в шею, снес меня с ног. Переплетясь как два разъяренных кота, мы отлетели в другой конец комнаты ревущим клубком.
И снова замелькали кулаки, меч, когти. Противники как будто были равны. Они наносили удары и пропускали их, ставили блоки и пробивали. Данте, скача вокруг твари как акробат, махал мечом. Тварь подставила когти, но широкая сталь отрубила их и пронеслась по груди, разрезая уродливую кожу. Саня обрушивал на Крейдома всю мощь своей ненависти, ударяя по лицу, корпусу, ногам. Симфония битвы заполняла пространство. Лязг, треск, рыки и крики, глухие удары и свист рассекаемого воздуха доносились до слуха, а вокруг переливался свет, создавая ощущение замедленного действия.
Чудовищной силы удар подбросил меня в воздух. Я пересек комнату, впечатался в стену, оставив солидную вмятину, и рухнул вниз. Данте махал мечом, наносил боковые и колющие удары, но лишь краем задевал противника, раны которого быстро заживали. Хантер бился с остервенением, но Крейдом, сделанный точно из стали, нисколько не уступал ему. Меч несколько раз пронесся в опасной близости, а затем Данте завел его за голову, подпрыгнул и, собрав все силы в эту атаку, опустил клинок мощным рубящим ударом. Тварь отскочила, а меч встретил пол, погрузившись острием на пару сантиметров в металл. Данте тут же потащил его на себя, но острие застряло и не поддавалось. Испуг отразился на человеческом лице, а тварь своей уродливой лапищей, снова повалила моего друга на землю.
Крейдом все увеличивал натиск. Его атаки становились все жестче, удары все тяжелее. Саня сопротивлялся, ставил блоки, но пропустил удар по лицу. Крейдом с силой ударил по ногам, и Санька на секунду оторвался от земли, зависнув в горизонтальном положении. Нарушая все законы физики, Крейдом, пока Хантер висел над полом, с удивительной скоростью ударил его в живот. Согнувшись пополам, молодой человек отлетел на добрых пару метров назад и корчился от боли.
Тварь приближалась к Данте, широко распахнув лапу с когтями, а Крейдом приблизился к Хантеру и принялся беспощадно избивать его ногами. Данте ощущал близость конца и никак не хотел с этим мириться, поэтому, когда монстр завис над ним занеся безобразную конечность для финальной атаки, он согнул ногу и выпрямил ее с силой мощной пружины, ударив тварь в живот, оттолкнув ее от себя подальше. А потом вскочил на ноги, подбежал к мечу, взялся обеими руками за рукоять и замер. Показалось, что все вокруг замерло, практически остановилось.
Хантер оттолкнул от себя Крейдома, медленно выпрямился и, переполняемый гневом, сплюнул в сторону кровь. Я тоже смог встать и ощущал, как животные инстинкты начинают преобладать надо мной, брать верх и я не сопротивлялся этому, полностью отдаваясь воле ненависти. Каин, тварь недостойная носить даже это имя, разведя когтистые лапы в сторону, ревела и смотрела на меня, готовая к последнему рывку. Раны на теле Авеля зажили, но отрубленные клинки отрастали медленно, поэтому он широко растопырил свою правую лапу, раскрыл когти во всю длину, и медленно двинулся на Данте, уверенный в своем превосходстве. А мой друг, чье сердце вдруг вспыхнуло непоколебимой верой, сжал пальцами рукоять меча, бесстрашно глянул на своего врага и тихо сказал:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Зло, которое мы не можем ни преодолеть, ни избежать — мы ненавидим.
Клинок с тихим звоном выскользнул из металла, Данте обернулся вокруг себя и нанес широченный воистину мощный удар плашмя, прямо по уродливой прорве. Хантер набросился на врага как ураган, не оставив ему ничего кроме возможности жалко обороняться, а я резал и кромсал своего противника.
Клинки опускались и поднимались, разбрызгивая кровь, а потом правые вонзились в живот, левые в голову, я поднял врага над собой, раскрутил и, потянув руки в сторону, разорвал чудовище на куски. Данте жалил мечом как взбесившаяся пчела, отрубил врагу руку, следующим взмахом снес голову и, обернувшись вокруг себя и сев на колено, рассек наискось тело от плеча до бедра. А Саня, разбив седую физиономию в кровь, сжал кулаки и ударил одновременно обеими руками в грудь. Крейдом упал, заскользил по гладкой площадке и остановился, не издавая не звука.
— Это за Танка. — Глухим голосом проговорил Саня.
Все было кончено. И даже не верилось в это. Мы все тяжело дышали и искали глазами друг друга. Я переглянулся с Данте, нашел Рику, которая улыбалась, сидя на полу у стены, встретился глазами с Хантером. Он покачал головой и пошел по ступеням вниз, к нам.
Крейдом зашевелился, резко вскочил, бросил на нас отчаянный взгляд и, увидев спину спускающегося Хантера, кинулся на него, на ходу выхватывая из-за пояса длинный темный кинжал. Я хотел крикнуть, броситься на защиту, но Крейдом, прямо в прыжке вдруг резко остановился и широко распахнул глаза. Кинжал выпал из ослабевших пальцев, голова опустилась вниз, взгляд упал на длинный меч, который встретил незащищенную грудь. Санька боязливо отскочил в сторону, сообразив, что произошло, а Данте, крепко сжимающий рукоять меча, наклонился к Крейдому.
— А это за Лею. — Прошептал он.
— Это все… — сплевывая кровь, простонал Скрин, — иллюзия!
— Да, ты прав. — Клинок с шумом вышел из плоти.
Тело согнулось, скатилось по ступеням и затихло. На этот раз окончательно. И все было кончено. Мы смотрели друга на друга и не знали что говорить. Долгие месяцы борьбы за свою жизнь закончились, но врага было еще много. Нужно было понять, как отключить Небулу, как уничтожить оставшихся Фантомов и Отголосков. Как спасти пленных людей. Справа в стене виднелось окно. До слуха нашего донеслись звуки взрывов, гром и целый хор голосов. Мы все и даже Рика, бросились к окну. Несмотря на чудовищную высоту, мы различили десятки кораблей и роботов и серую массу солдат, которые ожесточенно дрались с другой, бледной массой. Оставшиеся силы Скринов, вернувшиеся к базе, столкнулись с целой армией Отголосков, набежавших со всех краев захваченной территории.
Полагаю, что не только я один хотел повернуться к друзьям, задавая вопросы, что делать дальше, но тут помещение наполнил протяжный сигнал, и голос, на чужом языке, стал быстро что-то говорить.
— Что такое? — Встревожено спросил Данте.
— Система оповещения. — Заговорил я, опустив взгляд на люк в центре комнаты. — Накопление закончено и превысило все нормы. Сейчас будет выброс! — Послышался гул. Он шел из люка и нарастал, как и свечение поднимающееся снизу.
— И что делать? Бежать? — Саня смотрел по сторонам.
— Бежать нельзя! — Данте достал пистолеты. — Ты видел, что творится на улице?
— А что же тогда делать? — Рика все держалась за рану.
Я слышал ребят, но пока они говорили, я шел к люку. Что-то манило меня, я откуда-то знал, что нужно делать. У меня должно было хватить сил, по крайней мере, была маленькая надежда удержать, справиться. Но справиться с чем и какими силами я даже не понимал. Просто шел ко все больше и больше освещающемуся люку.
