— Я хочу его услышать, — твердо произнесла я. — Но сначала помогите Дамиану.
Она склонилась над демоном-драконом и положила руку ему на грудь. Ярко-красные губы зашевелились, беззвучно читая заклинание. В воздухе разлилась уже знакомая волна энергии, только гораздо более слабая.
Ресницы Дамиана дрогнули. Он закашлялся.
— Спасибо. Я аж на мгновение вспомнил, как дышать.
— Это самое меньшее, что я могу для вас сделать, — церемонно ответила богиня, поднимаясь и отряхивая плащ. — Рина, ты все еще уверена, что хочешь услышать способ?
— Она не хочет, — перебил Дамиан.
Конечно, стоило ему прийти в себя настолько, чтобы хватило сил сесть, он начал командовать. Я нахмурилась. Не столько из-за того, что демон-дракон взялся за старое — уж он-то лучше всех знает, что мне надо, а что нет! — а из-за того, что этой короткой фразой он признался: способ ему давно известен. И в Алавире его от всех старательно скрывали.
Это только подстегнуло мой интерес. Я повернулась к богине и кивнула.
— Хочу.
— Девочка, послушай…
— Какой он упрямый, да? — вздохнула богиня. — Совсем не понимает, когда девушкам нужно уединиться.
Она взмахнула рукой. Дамиану как будто выключили звук — рот продолжал открываться, но слов было не слышно. Он спохватился спустя секунду, скривил губы и сделал похожий жест рукой.
— Во мне тоже течет кровь богов, — мрачно напомнил он, вернув голос. — Но намек я понял. Постою в сторонке.
Ждать ему пришлось недолго. Богиня объясняла быстро и доходчиво, с такой свойственной богам безжалостностью, что мне пришлось присесть на край крыши, чтобы перестала кружиться голова.
Да, способ был не из лучших. Теперь стало ясно, почему боги не решились оживлять одного из своих братьев, предпочтя этому побег. И я не могла сказать, что виню их.
Заодно, чтобы выяснить все до конца, я спросила о пророчестве. А слушая ответ, поймала себя на том, что горько улыбаюсь.
Чушь все это была про ребенка-спасителя. То, что Дамиан и остальные приняли за точный рецепт, им не было. Богиня, наверное, подумала, что я совсем дурочка, раз три раза спросила об одном и том же. Ответ всегда был одинаковый — в пророчестве не говорилось, как избранная должна спасти мир. Это могла быть смерть с мечом в руках во время нападения дьярхов. Или открытие новых печатей на врата Оси. Или вообще случайный чих.
Я изо всех сил старалась не заглядывать за край крыши и смотрела вниз, на липкий черный гудрон под ногами, чтобы пустота в желудке не ширилась и голова не кружилась еще сильнее.
А если бы я поверила Дамиану и прыгала бы в постель к каждому, чье лицо симпатичнее, чем у обезьяны? Если бы безмятежно сидела сейчас в Алавире с растущим животом, уверенная, что все идет как надо?
Впрочем, может, оно и правда шло бы как надо. А вместо этого я чуть не погубила Дамиана и весь его мир, своими глупыми действиями натолкнув демона-дракона на мысль вызвать богов самостоятельно.
Так или иначе, все это время он заставлял меня делать неприятные, неправильные вещи, которые к истинному пророчеству не имели отношения.
Я подняла голову и случайно встретилась с Дамианом взглядом. Он смотрел на меня растерянно.
Значит, все слышал.
— Спасибо, — тускло сказала я, когда богиня закончила говорить. — Но все-таки: раз я тоже потомок богов, может ли спасти мир Дамиана мое присутствие?
Она сокрушенно покачала головой.
— Твоя кровь слишком жидкая. Я даже с трудом поняла, что ты не просто маг. Видимо, кроме Эхира, в твоей родословной не было никого с даром к волшебству. Прости, но твое присутствие или отсутствие ни на что не повлияет.
— И все же я хотела бы оказаться там, — упрямо произнесла я. — Вы можете как-нибудь переправить нас в тот мир? У меня там друзья. Я не хочу, чтобы они умерли.
— Мы с Рейандом восстановим портал. Это меньшее, что мы можем сделать для вашего мира. Я извещу других богов о том, что вам требуется помощь, но…
Блондинка замолчала.
— Но у вас и так хватает миров. Если один пропадет, вы даже не заметите, — едко закончил Дамиан.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Я верю, что вы поможете, — я посмотрела на богиню. — Пусть даже планет, которые вы контролируете, сотни, не может же вам быть наплевать на то, что вы создали.
Ее губы сложились в печальную гримасу.
— Вы правы — миров сотни. Я ничего не могу обещать кроме того, что извещу других о вашей проблеме.
— Даже за это — еще раз спасибо, — поблагодарила я и сердито сверкнула глазами на Дамиана.
Неужели он элементарное «спасибо» не скажет? Зачем тогда было вызывать богов? Чтобы разругаться с ними лишний раз?
То ли мой безмолвный упрек возымел действие, то ли у Дамиана все же взыграла совесть. Он изящно поклонился блондинке.
— Спасибо. Мы и не ждем, что вы уничтожите дьярхов, но прошу, передайте другим: простое появление одного из вас может вернуть надежду моим подданным. Слишком многие из нас потеряли веру в богов. Сделайте для своих созданий хотя бы это, если не способны подарить им долгую жизнь.
Кажется, она немного смутилась.
— Я учту ваши пожелания. Возвращайтесь к порталу — он будет исправен. Удачи вам. Тебе особенно, — добавила богиня, переведя взгляд на меня.
Спустя пару секунд она так же растворилась в воздухе, как предыдущие двое. На крыше все так же пахло гудроном, с детской площадки внизу доносился смех и крики играющих малышей. Словно бы никого, кроме нас, здесь никогда не было.
Я медленно встала и направилась к лестнице. Все это время я только сидела и слушала, но усталость вдруг навалилась такая, будто я весь день таскала мешки с картошкой.
Когда я проходила мимо Дамиана, он поймал меня за плечо.
— Девочка, прости. Если бы я знал…
— Ничего. Все ошибаются.
Я собралась идти дальше, но он вдруг сгреб меня в охапку и прижал к себе так, что я ткнулась носом ему в грудь.
— Прости, — хрипло повторил Дамиан. — Я могу как-то все исправить?
— Да нечего исправлять, — я вздохнула и повернула голову, прижавшись к нему щекой. Со своей медвежьей границей он забыл, что мне уткнутым в него носом надо еще и дышать. — Ты же не со зла хотел выдать меня замуж.
— Так ты не обижена на меня?
Когда-то была ох как обижена. Но с тех пор столько всего произошло, столько изменилось и на столько пришлось посмотреть с другой стороны, что обида в душе давно истаяла. Да и как всерьез злиться на того, кто тебя защищал днем и ночью? Внутри тлело лишь огорчение, что можно было иначе, не так бесполезно потратить драгоценное время.
— Нет. Все в порядке. Нам пора идти к порталу, помнишь?
— И ты даже не хочешь задержаться дома? — с сомнением спросил Дамиан.
Я оглянулась на город.
Покачивались от ветра березы возле общаги. Солнце потихоньку закатывалось за прямоугольные крыши бесконечных высоток чуть дальше за центром. Скоро зажгутся фонари, и улицы засверкают тысячами электрических огней — так, как никогда не сможет Фарн. Но тянуло ли меня к этому? Я смотрела на город, а думать могла лишь о тех, кто остался в Алавире. Жаль было расставаться с Катюхой, но ей в отличие от Мэйриса, Дарьи, Хейса и прочих не требовалась помощь избранной.
— Надо будет черкнуть подруге записку, чтобы она не волновалась. А так — нет, не хочу, — я развернулась от индустриальных панорам в сторону, где лежал парк. — У нас с тобой есть дела поважнее.
42. Атака
В общежитии мы задержались только затем, чтобы предупредить подругу о моем очередном исчезновении. Больше всего времени заняли мои мучительные размышления о том, как ее отблагодарить за помощь. Из дома в Фарне Эл заставил меня выскочить в одном платье, и на мне даже колечка не было, не говоря о подарках. А когда я попыталась снять заговоренный амулет, Дамиан меня остановил. Катюхе магия камня не поможет, а вот мне еще могла пригодиться.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Посмотрев на меня, демон-дракон отстегнул с пояса статусный кинжал в искусно инкрустированных ножнах и оставил его на столе. На благодарность для девушки это плохо походило, но чем богаты…
