осталось только десять из двенадцати, а новых жадные столичные интенданты ему не продали (вернее — запросили больше, чем он был готов отдать).
В первый раз слышу, что у нашей армии есть такие штуки. Хотя, если вспомнить вооружение Серью из знакомого мне-Виктору канона… хм. Правда, странно, что в финальной схватке мятежников не накрыли из имперских «Градов». Или этого не показали? Или штаб РА ухитрился провести очень удачную диверсию? Или артиллеристы продались бунтовщикам?
Не важно. Главное, что ракеты, по утверждениям аристократа, хоть и подходят к концу срока хранения, но долетят до цели, где исправно взорвутся: у него есть обученный расчёт, способный управиться с этим древним хайтеком.
Посмотрим, насколько его слова соответствуют истине. И проверим, какие повреждения смогут нанести титаническому членистоногому десять термобарических ракет по двести килограмм стартовой массы каждая. Но предварительные оценки скорее скептичны. Если первый залп наших пушкарей сможет дезориентировать монстра и просадить ему часть защиты — уже хорошо. На второй же залп надежды нет, поэтому его и не будет. Монстры — это пусть и не человеческие воины духа с их острым чувством опасности и разумом, который зачастую позволяет удрать из зоны будущего накрытия, но насекомьих мозгов точно хватит, чтобы покинуть ставшую некомфортной (и несколько, хех, жаркой) лёжку и пойти искать обидчиков.
…дабы нарваться на установленные нами фугасы, призванные ещё немного размять противника перед настоящим боем.
Надеюсь, подобное — учитывая цены на взрывчатку, снаряды и, тем более, ракеты — метание золота во врага принесёт нам хоть какую-то пользу. Ну, кроме перенятого у Охотников на монстров умения готовить скоропортящийся вариант эрзац-алхимических фугасов.
* * *
Огромное и (по меркам двуногих букашек) древнее существо дремало на солнышке, частично закопавшись в обломки какого-то комплекса строений. Существу не нравились эти пустынные, с разрежённым фоном земли, кои служили местом обитания всякой слабой — пусть иногда и кусачей — мелочи. Если бы монстр имел достаточно развитый разум, то он испытывал бы сожаление от неудачной попытки захвата источника природной силы, из-за которой ему, раненому, пришлось бежать сюда. Однако многоножка, даже развившись в такую титанически громадную форму и значительно превзойдя в разуме своих младших, не затронутых природной силой собратьев, во многом осталась движимым инстинктами животным. А они говорили держаться подальше от центра аномалии и её хозяина, пока тот не успокоится и не вернётся в чуткую дрёму.
Пускай внутренние травмы уже практически затянулись, инстинкты не позволяли даже помыслить о том, чтобы вернуться и вновь бросить вызов противнику, битва с которым взбаламутила ближайшую к Источнику округу и заставила бежать прочь всю окрестную мелочь (тем самым вызвав Волну). Если в первый раз попытка захвата едва не закончилась смертью проигравшего существа, то и во второй раз шанс умереть выше шанса преуспеть.
Единственным хорошим моментом во временном исходе из благодатных земель являлись каменные и деревянные муравейники маленьких двуногих, которые так забавно рушить. Наблюдая за суетой этих букашек, существу нравилось ощущать себя безусловно-доминантной особью. Правда, некоторые из двуногих оказались довольно шустрыми и умели больно жалить; таких монстр-многоножка не любил, стараясь уничтожить сразу, как заметит. Как, например, тех, что недавно пытались охотиться на захваченной им территории.
Вот только даже сила «кусачих» оказалась слишком незначительной, чтобы уверенно выделять их на фоне остальных, поэтому существо предпочитало убивать всех, кого заметит. Пожалуй, следует пойти и разрушить ближайший муравейник, чтобы кусачие двуногие больше не приходили, а после можно потихоньку двинуться домой, в насыщенные живительной силой ближние окрестности аномалии.
...но, как оказалось, у «кусачих малявок» имелось собственное мнение на этот счёт.
Монстр совершенно не воспринимал слабых жителей скудоземья всерьёз, даже могущественные людские воины духа виделись им так же, как сами люди видят назойливых ос. И потому слаженный залп пришёлся на неподвижную цель. Артиллеристы показали относительно неплохой результат, уложив десятую часть снарядов прямо в мишень (чему, впрочем, способствовали изрядные размеры оной), а остальные неподалёку от неё. Вспышки и взрывы смогли ошеломить и дезориентировать свою жертву, и почти две секунды за облаком разрывов виднелось только хаотичное подёргивание.
Некоторым особо оптимистичным наблюдателям показалось, что монстр получил тяжёлые, если не смертельные раны — однако опытные люди не спешили радоваться раньше времени. И не зря. Сообразив, что свет и жар не являются последствием атаки могущественного собрата и по сути своей не слишком опасны, чудовищное создание пришло в ярость.
Ему, хозяину всех окрестных земель, посмели бросить вызов слабейшие?!
Уничтожить! Разорвать! Втоптать в пыль!
Не успели отгреметь взрывы, как из поднявшегося облака выметнулась огромная и стремительная тень. Несколько десятых долей секунды на ориентацию, и бронированное пропитанным духовной силой хитином, более чем стометровое, многолапое, сегментированное тело устремилось к огневой позиции.
Вот только никто не собирался отдавать артиллеристов и их бесполезные, но очень дорогие игрушки на расправу врагу. Стоило многоножке преодолеть меньше половины пути, как она нарвалась на любовно установленные и насторожённые на появление гостя фугасы. Пускай большая часть взрывчатки являлась отнюдь не высокотехнологичным продуктом столичных производств, но пару тонн специально обработанного динамита на фугас делали их достаточно весомыми аргументами в почти любом споре.
Увы! Не для этого оппонента.
Четыре взорвавшихся поодаль закладки не произвели на многоножку, дополнительно усилившую свою прочность, вообще никакого впечатления. А пятый, который рванул буквально под брюхом, лишь немного подкинул тяжеловесное тело и добавил монстру злобы: несмотря на свою эрзац-алхимичность, взрыв почти не смог пробиться сквозь духовную защиту и по большей части просто обтёк свою цель — так же, как воздух обтекает разогнавшихся воинов духа. Та же часть воздействия, что сумела добраться до нежных внутренностей, не смогла повредить ничего важного, а всё остальное уже начало процесс регенерации.
Монстр устремился вперёд и, наконец, увидел врага. В качестве противника выступал железный трёхрог. Титаническая многоножка, пусть и являлась достаточно умным для своего вида существом, всё же не относилась к полноценно или даже наполовину разумным, и потому не стала размышлять, как этот
