водой!
«Проклятье! Какого демона эта хрень ещё и летает?!» — с некоторым даже опасливым восхищением вспыхнуло в голове, когда многолапая тварь стала сокращать дистанцию.
Быстрокрылая птичка, если дать ей чуть больше времени, легко может развить скорость, на порядок превосходящую нынешнюю; но вот на короткой дистанции этот, чтоб его, живой поезд нас постепенно нагонял. Впрочем, в подобных гонках нет места правилам, и если не получается обогнать соперника честно — его можно притормозить.
Задавить, хех, жабой.
Когда жаждущее крови чудовище, в моём экстрасенсорном восприятии просто сияющее активно растрачиваемой духовной силой, приблизилось почти на дистанцию полусотни метров, в щёлкающую ядовитыми челюстями башку (вернее в правый усик, а не в саму ногочелюсть) влетела многотонная туша другого монстра. На самом деле всё обстояло наоборот: это многоножка врезалась в собрата, похожего на гигантскую, покрытую чешуёй зубастую жабу, которая, наплевав на ускорение и усиление, вложила весь доступный поток сил исключительно в укрепление. И учитывая относительную разницу скоростей, что составляла никак не меньше (скорее, неплохо так больше) пары сотен метров в секунду, вопрос «кто в кого въехал?» не имел никакого значения. Существо, обладающее изрядным запасом духовной силы — это вам не какой-нибудь булыжник, который моя преследовательница способна размолоть в пыль и не заметить!
От столкновения массивных, насыщенных духовной энергией тел по воздуху прокатилась мощная ударная волна, и многоножка, утратив контроль над использованной способностью, полетела вниз.
Как это у меня получилось? Дело в том, что появляющиеся из пространственного кармана марионетки возникают не в произвольных местах, а там, куда указывает моя воля. Кроме того, призыв может производиться как в определённое место, так и на определённом расстоянии относительно призывателя, где центром координат выступает именно тейгуюзер. То есть, когда потребовалось призвать раух, то птичка изначально двигалась в одном темпе со мной, а вот супер-жаба появилась в неподвижном, относительно вращения планеты, состоянии.
Отправив изрядно потрёпанную — плотность духовной силы у более слабого монстра ниже, соответственно и повреждений у него больше — «жабу» обратно в пространственный карман, закладываю вираж. По всему выходило, что столкновение или неплохо оглушило моего преследователя, или у него просто кончился запал. В любом случае попыток летать или активно маневрировать в воздухе он больше не предпринимал, двигаясь по инерции. А после, достаточно замедлившись, членистоногий монстр начал падать вниз, как и положено бескрылому существу...
...аккурат на место расположения госпиталя, который Акира развернула в паре километров от точки, намеченной для боестолкновения.
«Бездна! И почему, если что-то идёт не по плану, то обязательно прямиком в пропасть? Почему, блин, эти проклятые случайности играют против меня, а не за?!» — так, мысленно ругаясь на свою сомнительную удачу, приказываю птичке заложить спираль к постепенно набирающей скорость падения многоножке. Надо попробовать утянуть монстра хотя бы немного в сторону, чтобы эта туша не обрушилась прямо на головы рыжей убийце-медику и её подчинённым!
Как назло, хитиновая сволочь больше не пыталась демонстрировать даже зачатки умений полёта, падая с обычным, обусловленным гравитацией, ускорением. Ну, учитывая немаленькую энергию столкновения, некоторое ошеломление противника не удивляет, однако зная прочность и живучесть данной твари, можно поручиться, что она придёт в себя намного раньше, чем преодолеет даже половину расстояния до земли. И верно: стоило нам с птичкой перейти к активным действиям, ударив когтями по свежей, но уже начавшей покрываться коркой ране на условном загривке — и чудище активно зашевелилось. Попытка достать надоедливую мошку (на фоне прошлого трюка с закосом под змеевидного дракона) смотрелась до крайности неуклюже. Собственно, мне и не нужно устраивать новый этап догонялок, достаточно и того, чтобы эта туша сместилась в сторону.
Как оказалось, единожды сбившись с настроя, вновь отправиться в нормальный полёт многоножка не могла. Но какие-то рывки у неё совершать получалось, особенно после того, как снова удалось воткнуть в неё насыщенное негативной силой энергетическое лезвие. Учитывая всё это, к тому моменту как монстр, наконец, ударился о землю, мне удалось его утянуть почти на километр в сторону. Могло выйти и больше, но помешала ошибка в расчётах точки падения, а также резко упавшая летучесть противника, который больше изворачивался, махал хвостом, головой и почти такими же смертоносными лапками, чем скользил в потоках воздуха.
Удар о землю содрогнул скальную породу и породил взрывную волну, которая не слишком уступала детонировавшим в начале боя фугасам. Собственно, и подействовало это жёсткое десантирование ничуть не сильнее тех фугасов: не прошло и двух секунд реального времени, как шевелящая усиками многоножка показалась из поднявшейся над кратером каменно-пылевой взвеси.
«М-да, надеюсь, в госпитале не было никого слабее Адепта. А то от такого эпичного приземления наших санитаров не только оглушит, но и булыжниками присыпать может».
Однако не все видели и ощущали то же, что и я. Не все понимали, что многоножка от падения почти не пострадала (просто потратила ещё некоторое количество духовной силы... снова). Один из наших аристократических союзников, наперегонки с таким же «одарённым» индивидом из Вольных, рванул к, как им казалось, ослабшему и изувеченному врагу, которого осталось только добить и обрести славу убийцы чудовища.
И ладно бы тягой к суициду воспылала парочка рядовых идиотов, но нет — оба «героя» являлись лидерами собственных групп, кои последовали за своими главарями. Не то чтобы я не собиралась проредить некоторых вредных союзничков, но чёртов стадный инстинкт заставил стронуться с места и заметную часть тех, кто и не помышлял о бесславной гибели, э-э, то есть проявлении своей доблести.
Проклятье! Даже парням из группы, а также немёртвому Юрэю — и тем пришлось последовать примеру большинства «баранов», устремившегося за парочкой «козлов»! Просто потому, что среди этого тупого стада присутствовали личности, гибель которых для нас… нежелательна. Изначально предназначенные на убой «храбрецы» по плану должны стоять отдельно и несколько ближе к месту планируемого боя, нежели силы нормальных дворян и адекватных Вольных. Но перестроения войск, последовавшие вслед за нарушением
