— Ты это… будь осторожнее. Береги Лиравель, — и не дожидаясь ответа, начал карабкаться вверх по скользкому склону на верхний уровень; Мьюту вздохнув — из его пасти вырвалось облачко пара — взлетел следом. Эш выпрямился, пригнулся и почти просочился сквозь узкий лаз в следующий коридор. Проверил, все ли на месте, едва дотронувшись до своего кинжала, лезвие которого было словно облито кислотой — искореженное, изуродованное, оно напоминало губку, и единого взгляда на него хватало, чтобы понять — это не исправить. Ментал аристократично дернул бровями.
— Извини. — раздался голос, и покемон появился рядом.
— Знаешь, у тебя очень резкий, каркающий… голос.
— Я могу достать тебе новый — клон старался говорить как можно шутливей, но получилось почти виновато, словно он не знал, как может помочь. В его глазах плескалось безмерное отчаяние… — Эш, у тебя доброе и нежное сердце, умеющее любить и сострадать, — покемон почти улыбнулся, — И это — самое лучшее, что у тебя есть. А боль пройдет, вот увидишь. Всякая боль проходит. Хватит сидеть тут и раскисать. Вставай, твой турнир еще не закончен — он слегка боднул человека в плечо.
Ментал тяжело вздохнул и они медленно направились во тьму. Он шел чуть впереди, внимательно оглядываясь по сторонам, но пока ничего существенней каких-то слепых мокриц не замечал. Постепенно становилось теплее, пар из носа уже не валил, а с обледенелого потолка звонко закапало. Но стоячий неподвижный воздух угнетал обоих странников, привыкших к вольному ветру, заставлял чувствовать себя в ловушке. Поворот, и по настроенным на темноту глазам резко ударил дрожащий белый свет, выделивший неровные, покрытые сталактитами своды пещеры и превратив их в яркую, кипящую парами сауну. Горячий источник. Кто знает, может быть, там глубоко внизу подземный вулкан или что-то вроде того. Это был еще один зал. Каменные стены, пол и потолок украшали великолепные резные орнаменты, кое-где природный гранит был оплавлен и блестел в свете множества капелек воды, вереницей огней, пляшущих в зеркальных волнах этого логовища. Совсем ясно, здесь уже слышался какой-то мерный рокот, словно где-то под землей клокотало пламя, однако, отметив, что воздух в пещере странно теплый, Эш решил, что, возможно, так оно и есть, и кивнул:
— Я не припомню этого зала, когда мы шли сюда…
— Проход завалило, — видимо наше сражение имело куда большие последствия.
— … Телепортация возможна?
— Да. — Мьюту сделал шаг вперед и положил лапу на плечо тренеру.
— А в чем подвох? — взгляд юноши сделался лукавым и чуточку недовольным.
— Я не знаю где мы точно находимся, так можно перенестись и прямиком в толщь скалы…
Вблизи волшебное убранство пещеры показалось еще прекраснее, и они просто любовались ими, — ни один, ни второй, ни привыкли сожалеть и трепетать в сложной ситуации, всегда уверенные в верном исходе. Человек задумчиво постучал ногтем по мрамору, но тут где-то далеко за спиной раздался ужасающий грохот, и он так и подпрыгнул на месте, лихорадочно соображая, что происходит. Юноша было открыл рот что-то сказать, но вдруг лицо его исказилось страшной гримасой, и он мешком повалился на землю. Мьюту не успел ничего понять, как чудовищная боль волной нахлынула и на него самого. Голову словно сунули в колокол и со всей силы вдарили по нему. В глазах калейдоскопом засверкали искры, дыхание перехватило так, что даже застонать не получалось. Человек ничего не чувствовал, но клон ясно понимал, что причиной этой пытки является прорыв внутренних барьеров с аурой куда более сильной и устойчивой — она перегружала силой — силой, не поддающейся контролю. Прошло две-три минуты, но Эшу они показались длиной в века. И когда последний глоток воздуха покинул легкие, и он готовился проститься с жизнью, боль начала отступать. Кичум вздохнул и закашлял. Рядом на четвереньках корчился Мьюту. Зрение постепенно возвращалось. Человек спешно поднес флягу и приподнял голову, чтобы покемону было легче пить.
— Какого… — прохрипел ментал. — Что это за…?
— Иная Ки. Элтиры, кажется, называют это так. — Кичум помедлил со следующим вопросом.
Переполох, хаос, смятение — все эти понятия олицетворялись в одно. В следующую секунду воздух стал тяжелее от рева и грохота, который раздался откуда-то совсем рядом, но мгновением раньше, человек и покемон вновь почувствовали прежнее ощущение отчаяния и безнадежности, но на этот раз, оно не оказало было эффекта, напротив словно сняло пелену с глаз, заменила заплывшие линзы на новые, устойчивые и не скоропортящиеся. Эш сглотнул и стена за ним разлетелась в куски, словно пробитая прямым попаданием крупнокалиберной пушки, — человек во время отскочил в сторону. Посыпались камни, лед по краям пролома старательно таял, — сверху капала вода, сталактиты, украшавшие потолок подобием чудовищной люстры нервозно покачивались на устоявшихся позициях, — новый удар! Мьюту схватил юношу и вместе с ним кинулся в образовавшейся проход, — пещера, гостями которой они только что являлись тотчас рухнула в бездну, подобием балкона на многоэтажном здании, все помещение сорвалось вниз. Образовался водопад из кипятка, — с шипением вверх поднимались клубы пара, — в нос ударил противный запах сырости и плесени. Покемон мягко приземлился на ледяную пустошь, сразу узнав один из верхних залов Ледяной Пещеры. Задувал сквозняк, снег с завихрением кружился вокруг лап клона, Эш медленно поднялся… Саженей за тридцать от них возвышался огромный зверь, чудовищный в своей хищной природе, пугающий и ужасающий его облик заставлял уверовать в собственную и неизбежную смерть. Хотелось словно маленькому ребенку заплакать от отчаяния и собственной беспомощности, — тварь смотрела прямо на них. Это был Краканур*, один из древних Нафарионов. С огромных пожелтевших клыков сползала огромная слюна, она растапливала снег, и наверняка могла за раз наполнить литровую банку с водой. Монстр был покрыт редкой сизой шерстью, гребень островерхих шипов покрывал всю его шею, — когти были здоровыми, мощными и острыми, лишь два из них на левой передней лапе были наполовину обломаны. Своды стонали от его прерывистого голодного рева и до стоявших в отдалении жертв доносился жар его дыхания, вызывая рвотный рефлекс. Он сделал шаг вперед и взвыл… Добыча не отреагировала, но в ужасе проснулась третья часть населения Подножия. Мастер Клайд и Белая Стража на Вершине с нескрываемым испугом зажигали факелы по краям утеса, вглядываясь в смутную сумеречную даль. Эш прошипел что-то и было двинулся навстречу, но Мьюту остановил его своевольным жестом, — отстранил назад левой рукой, сильнее сжав правой клинок Вериссов:
