по причине того, что ты ещё столько не успела в своей жизни. Вот и Найт была такой-же, а я, я была полной ее противоположностью и вообще, была странной.
Странность моя выражалась в том, что я даже будучи рабыней, не переставала думать о том, что я буду делать, когда сбегу оттуда. Это заставляло меня видеть сны, в которых планета, на которой я живу, начинает покрываться зеленью и мелкие общины, насчитывающие два-три домика, разрастаются в большие города. Откуда я спрашиваете знала, что за пределами Колизея мир это пустошь? А все очень просто, я видела тех, кто приходил в Колизей и всё как один имели одни и те-же признаки пустоши: побитые тела; глаза полные боли и печали; загрубевшие и практически высохшие сердца, ставшие черными как смола. Это было жутко видеть, а потому я видела то, что пустошь делает с пони – она медленно но верно убивала их.
Именно по этим причинам, я планировала то, что буду делать, когда вырвусь из Колизея. Именно эти планы и позволяли мне жить, не позволяя стать таким-же монстром, какие приходили в Колизей, дабы посмотреть кровавые бои гладиаторов. Возможно то, что я перестала мечтать, перестала верить в хорошее будущее и привело меня к тому, что я сорвалась, потеряла себя и пустошь в конечном итоге, сломала меня. Она прошла по мне, словно асфальт раскатывающий каток, прошёлся по свежей порции раскаленного бетона, предназначавшегося для создания дорожного полотна. Я была сломлена, вывернута на изнанку, разорвана на куски и собрана вновь воедино, однако это уже была не я. Это была уже не та Джез, которой я была в прошлом.
- Я вот планирую, когда мы покинем эти земли, отыскать себе хорошее местечко, в котором смогу поселиться и в котором меня не будут осуждать за мои методы – произнесла я. – Надеюсь что мне удастся подцепить хорошего партнёра, с которым я смогу завязать хорошую, крепкую и долговечную связь. Залететь от него и стать счастливой в браке кобылой с жеребятами и любящим мужем.
- Вау – воскликнула кобылка, - а я так далеко не заглядываю.
- Ну и зря – ответила я, - планы на будущее – это залог твоей стабильности, по крайней мере психологической. Именно планы дают тебе возможность, жить дальше.
Так мы просидели весь день, стрекоча подобно строкам, о нашем девчачьем. Нам было просто пофиг на все, даже на то, что за нами может уже выстроена целая погоня, которая лишь и ждёт момента, когда мы выйдем на открытую местность, дабы после захватить нас. Я представления не имела о том, что будет в случае того, если нас схватят. Я даже думать о подобном не желала, хватит уже всего этого негативного потока информации, который хлещет словно из сломанного гидранта. Найт в свою очередь пыталась сделать меня полке покорной, более женственной что ли, однако я упорно сопротивлялась ее влиянию, ведь сейчас не имела права быть соплёй, в которую она пыталась меня обратить. Если я сейчас расклеюсь и расслаблю жопу, то как смогу защитить себя и ее, в случае если нас все-же нагонит погоня, отправленная в след за нами, Хозяйкой Колизея?
Найт в свою очередь думала о другом, ясное дело не о жеребцах, которых она смогла-бы соблазнить, однако о жеребцах наверное тоже. Кобылки нашего возраста уже начинали потихоньку влюбляться, познавая первую в своей жизни любовь. Будь сейчас нормальный мир, а не истерзанная войной пустошь, то я наверное сейчас сидела-бы в комнате молодого кольта и тихо попивала из кружечки чаек. А после наверное он или я потащил(потащила-бы) меня в постель, а после я пряталабы его от родителей, решивших прийти домой раньше обычного.
Закончилось-бы это всё как всегда: меня застукали-бы с жеребцом, а после провели разъяснительную беседу о том, что мне ещё рано и вообще, у кобылок моего возраста мозги так и вовсе не в том месте находиться, а думаем мы тем, что находиться у нас под хвостом. Забавно, но и как раз сейчас я полностью подтверждала эту теорию, что молодые кобылки думают скорее зудящей пиздой, нежели головным мозгом, что и может привести к нежелательным ситуациям, вопреки всем предпринятым осторожностям. Такое могло закончиться чем угодно, начиная от болячек и заканчивая ранней и нежелательной беременностью. Так что я с одной стороны была рада тому, что война произошедшая в далёком прошлом, так сильно изменила облик планеты и мировоззрение живущих на ней существ. Теперь уже мало кто заботиться о том, чтобы убить молодым то, что они хотят, а что они обязаны делать. Сейчас уже все не так, как было некогда, а потому я сама имела полнейшее право на то, чтобы перестать думать о глупостях и перейти к тому, что будет доставлять как мне, так и моей подруге удовольствие.
*****
- Ты так в этом уверен – спросила кобыла, сидящая на кресле.
- Сомнений быть не может госпожа – ответил жеребец, скрывающий свою внешность в тени. – Они направляются в Новый Кантерлот.
- Превосходно – ответила кобыла, прикрывая глаза в удовлетворении.
- Прикажете схватить их?
- Нет – ответила кобылица распахивая глаза. – Дадим им возможность подышать перед тем, как поймаем их.
- Но… это… - пытался протестировать жеребец, однако подгнетом своей повелительницы сломался, словно был сухой соломенной, по которой прошлась свинья -…хорошо… я вас понял.
- Чудно – проворковала кобылица. – Знай свое место.
Кобылица посмотрела на карту, которая была перед ее глазами, на ней были видны все города, с которых она снимала дань. Этих городов было великое множество, начиная от самого Колизея, и заканчивая дальними окраинами, которые лишь недавно были присоединены к ее обширной империи. Многие даже не ведали, что уже вляпались в долговую кабалу, которую не возможно выплатить, а лишь отработать. Многим предстояла судьба быть согнанными в отработческие лагеря, в которых они и встретят свою
