Читаем без скачивания Пол Сассман Исчезнувший оазис - Пол Сассман

Она осеклась, тяжело дыша, и вытерла губы тыльной стороной запястья. Ее взгляд все еще был прикован к Флину, который молча стоял перед ней с краснеющей от оплеухи щекой. Повисла долгая пауза, нарушаемая только щебетом птиц и хриплым кашлем толстого подельника Гиргиса, пыхтящего сигаретой. Затем Кирнан еще раз тронула крест и снова расположилась в дверном проеме самолета.

— Мне жаль, что тебе пришлось столько пережить за последние дни, — произнесла она, снова разглаживая юбку, — видимо, успокаиваясь таким образом. Ее тон стал мягче, участливее. — Что вам обоим пришлось пережить. — Кирнан посмотрела на Фрею, которая встретила ее немигающим взглядом при каменном выражении лица. — Прости, что использовала тебя, Флин, вот уже десять лет. Я ведь многих использовала. Зная твое прошлое, я была уверена, что ты бросишься помогать, чуть только тебе дадут шанс оправдаться, и сыграла на этом. Я совсем не горжусь собой — просто ставки были слишком высоки, личные чувства в расчет не брались. Стояла задача, и мне пришлось ее выполнить ради общего блага.

Флин потер виски.

— Это ведь ты настучала о нас Гиргису, так? — спросил он скорее устало, чем зло. — Ты ему сообщала, где мы, — и в университете, и в музее.

— Я уже сказала: мне пришлось так поступить.

— Ты же собиралась вывести нас из игры! Тогда, в квартире… Это ведь я настоял на том, чтобы мы остались в Египте!

— Ой, только не надо! «Пожар» был для тебя всем, шансом вернуть себе нормальную жизнь! Не надо быть психологом, чтобы вычислить: если бы тебя могло что-то удержать на этом пути, то уж точно не угроза отправки домой! Как я сказала, дело выгорело — лучше некуда. — Она повела рукой, обозначая оазис.

Флин со вздохом посмотрел вокруг — сначала на Гиргиса сотоварищи, потом на цепочку людей вдалеке, поту сторону рощи. Там то и дело мелькали ящики с оборудованием, дула винтовок, люди в защитных противорадиационных костюмах. Последнее показалось ему странным излишеством, но он не придал этому значения — пока его слишком заботило услышанное.

— А Энглтон? — спросил Флин, поворачиваясь к Кирнан. — Надо думать, он и был вашим с Гиргисом связным? Бегал туда-сюда, покаты играла в кукловода?

Она нахмурилась и ни с того ни с сего расхохоталась в голос.

— Славный ты малый, Флин, но такие слова только лишний раз доказывают, что археолог из тебя, может, и хороший, а вот разведчик — никакой. — Она снова захохотала, вытащила из кармана платочек и промокнула глаза. — У Сайруса Энглтона не было ничего общего ни со мной, ни с Романи, ни с «Пожаром», — произнесла Кирнан успокоившись. — Он вел внутреннее расследование для ЦРУ.

Флин словно онемел.

— Бог знает, почему он нас заподозрил, — «Пожар в пустыне» был засекречен так, что блоха не проскочит. Видно, кто-то в агентстве почуял неладное — загадочные платежи, странные происшествия в Египте… — Молли развела руками. — Кто знает, что их насторожило? В общем, Энглтона послали сюда разбираться. У него были все полномочия, полный доступ. Лучший кадр ЦРУ, легенда в мире нюхачей. Суперсыщик. Ни одного нераскрытого дела. — Кирнан улыбнулась, скатала салфетку и сунула в карман. — Забавно… Для тебя он, по сути, был не врагом, а другом, старался помочь. Рыл-рыл и нарыл, что «Пожар в пустыне» — не то, что кажется. Что я — не та, кем кажусь. И в Дахлуон прилетал вас предупредить, увезти от меня подальше. А как не вышло, решил поудить в другом месте, да и ушел с головой. Поныне там.

Она оглянулась на Гиргиса. Тот хохотнул басом — видимо, это была шутка для посвященных, а Флин и Фрея к ним не относились.

— Идем, — сказала Кирнан. — Признай, повеселились мы на славу.

— Зашибись, — буркнул Флин. Он тряхнул головой и еще раз оглянулся на загадочных людей. Теперь их осталось немного — большинство углубились в ущелье. «Наверное, расставляют кордон вокруг самолета», — предположил он и отвлекся на другие мысли. Его поникшие плечи, стеклянный взгляд, оторопь на лице напоминали жертву губительного розыгрыша или махинации.

__ Ну и что ты будешь теперь с ним делать? — спросил он невпопад, переключая внимание на Кирнан.

Она, казалось, не поняла вопрос. Флину пришлось пояснить.

_ С ураном, — устало сказал он, кивая на самолет. — Что ты будешь с ним делать? Учитывая, что ваш друг Саддам оказался не таким уж добрым.

Кирнан пожала плечами:

— Ничего.

— «Ничего» — в смысле совсем ничего?

— Именно. Мы оставим его тут.

Флин потер глаза.

— Прошу тебя, Молли. У меня больше нет сил играть.

— А я и не играю. Контейнеры останутся там, где лежат, мы их не тронем.

— Ты потратила двадцать три года и черт знает сколько миллионов, шаря по пустыне, убила моего друга, нас с Фреей чуть не отправила на тот свет, а теперь, когда нашла что искала, собираешься бросить все тут?

Кирнан кивнула.

— Что ты несешь? — взревел Флин и бросился к ней, размахивая кулаками. Потрясение и оторопь последних десяти минут рвались из него наружу, как гейзерная струя. — Что… ты… несешь?! Двадцать три года коту под хвост? Пусть лежат, говоришь? Пятьдесят килограммов обогащенного урана! Чтобы другие террористы на них нарвались? Полцентнера урана, мать его, — и пусть себе валяются дальше?

Она нахмурилась — видимо, этот всплеск вывел ее из равновесия. Повисла пауза, во время которой Кирнан и Гиргис переглянулись.

— Урана нет, Флин.

Ее тон стал спокойным, даже будничным.

— Что?! Что ты сказала?

Археолог поднес к уху ладонь, определенно решив, что ослышался.

— Урана нет, — повторила Кирнан. — И никогда не было.

Флин оторопело воззрился на нее.

— Леонид Канунин — русский, который готовил сделку со своей стороны, подложил нам свинью: взял свои пятьдесят миллионов, а вместо урана передал восемь контейнеров с шарикоподшипниками. Кто-то из его сослуживцев сообщил нам об этом через два дня после крушения самолета.

Гиргис у них за спиной гортанно хохотнул.

— Мы устроили Канунину очную ставку за ужином. Жаль, ему не понравилось меню. — Он что-то шепнул помощникам, и те тоже загоготали.

— Ценю твою заботу, Флин… нет, правда, — продолжила Кирнан, — но даже если бы «Аль-Каида» или еще кто-нибудь наткнулся на самолет, что весьма сомнительно, учитывая, скольких трудов нам стоило его найти… — она улыбнулась, — вряд ли американская оборона пострадала бы от нескольких банок с подшипниками.

Флин побледнел как полотно и обмяк. Казалось, за десять минут он постарел на десять лет.

— Не веришь? — Кирнан поднялась на ноги и протянула руку к двери самолета. — Сам убедись.

Он протиснулся мимо нее, забрался в салон и через некоторое время возник на пороге с металлической емкостью в руках. Броди отвинтил крышку контейнера, и оттуда градом посыпались стальные подшипники, которые с тихим звоном ударялись друг о друга, отскакивали и падали в песок к ногам археолога. Казалось, Флина вот-вот стошнит.

— Но зачем? — растерянно пробормотал он. — Не понимаю: зачем тратить время и деньги на поиски урана, которого не существует?

_ Мы его и не искали… — Кирнан перешла на другую сторону поляны и встала рядом с Гиргисом. — Дело не в уране, и с самого начала было не в уране.

— Тогда в чем же, черт побери?

Кирнан потеребила крестик на шее и ответила мягким, почти чарующим голосом:

— В Бен-бене, конечно же.

Флин выпучил глаза.

— Это его мы искали все эти годы, с тех пор, как поймали тот, последний сигнал Руди Шмидта и узнали, что самолет упал в Тайном оазисе. Уран всегда был только прикрытием. Нашей главной целью был Бен-бен, и только он. — Глаза Кирнан сверкнули. — Ведь как сказано в той древней надписи? «Камнем сим были поражены враги Египта на севере и юге, востоке и западе, так что их царь правит во всех землях вокруг Нила, и никто не смеет ему воспротивиться, восстать на него или пойти войной, ибо в руке его молот богов — самое страшное оружие, известное человеку». — Она подняла рацию над головой, словно боевой молот, сияя победной улыбкой. — Поверь, Флин, если этот камушек обладает хотя бы половиной той мощи, что ему приписывают, ни один в мире враг не посмеет нам противостоять. Ни Иран, ни Китай, ни Россия, не говоря ужо всяких африканских или южноамериканских выскочках. Никто. А это абсолютная власть, абсолютная безопасность, новый мировой порядок. Правильный порядок. Богом одобренный. С этой точки зрения двадцать три года поисков и пятьдесят миллионов затрат — совсем невысокая цена, согласись.

Флин шагнул вперед и хотел было что-то сказать, как вдруг в тишине раздался хриплый, горький смех.

— И все — из-за камня! Из-за какого-то чертова камня!

Фрея впервые вклинилась в разговор. До этой минуты она стояла бок о бок с Флином и слушала рассказ, вместе с ним немея от потрясения, вместе с ним негодуя, то и дело охая или односложно восклицая, но в остальном держалась на втором плане. И вот ее прорвало.