На третий день пути, когда до Тихой Гавани осталось всего с десяток миль, у свертка с тракта на сельскую дорогу их верхом на гнедом жеребце встретил сам барон Говорт. С ним были два его конных кнехта. Надо сказать ни доспехи, ни вооружение встречающих Сашу совершенно не впечатлили. Барон, толстый мужчина, лет пятидесяти пяти, был одет в толстую стеганку, раскрашенную в синий и красный цвета и усиленную на плечах и предплечьях толстыми кожаными накладками. На голове шлем из толстой кожи, более напоминающий островерхую шапочку какого-нибудь средневекового угольщика или камнетеса. На ногах были высокие кавалерийские сапоги с железными набойками на носках.
«Блин, если по злости пнуть таким сапогом с коня, то как минимум нескольких зубов не досчитаешься», — оценил Саша усиленную обувку барона.
В своем двухцветном наряде он бы больше походил на толстого клоуна из цирка шапито, если бы не колючий взгляд из-под черных кустистых бровей и всклоченная с проседью борода.
На кожаном поясе болтался широкий нож-тесак похожий больше на мясницкий, а не изящный меч более соответствующий титулованной особе. Его спутники были одеты тоже простенько и были похожи скорее на крестьян, чем на кнехтов барона. Плотные, потертые кожаные куртки, суконные штаны в заплатах, кожаная обувка на завязках, безо всяких шпор хоть и были верхом. К тому же вовсе не имели шлемов и были вооружены топорами на длинной рукояти. Разве, что у седла одного из них болтался небольшой лук в налуче и пучок стрел в узком деревянном туле.
Хозяин баронства пригласил самого лэра регента и его спутников отобедать в его замке и Клим согласился. К тому же Говорт заявил, что его люди изловили ведьму и все выразили желание взглянуть на пленницу барона.
Нижний этаж обители барона представлял собой нагромождение плохо отесанных камней и был высотой метра четыре с узкими окнами, большинство из которых было прикрыто дощатыми ставнями, полукруглой аркой входа с крепкими дубовыми створами. Выше, еще два этажа было сложено из толстых почерневших бревен и все строение крыто старой красноватой черепицей.
У ворот находилась, даже не башня, а скорее смотровая вышка, где дежурил один человек, в войлочной шапочке вместо стального шлема. Такая караульная вышка скорее наводила мысли о лесоповале и вертухае с винтовкой, чем о мире магии и волшебства. Правда вместо винтовки дозорный держал небольшое копьецо.
Еще один охранник, прислонив копье к воротному столбу, сидел на чурбаке у въезда во двор замка. По двору бегали куры и гуси, пара козочек дергала пожухлую осеннюю травку и большая рыжая свинья лежала в грязной луже у ворот конюшни. Еще Саша разглядел пару рослых лохматых псов на привязи. Все дворовые люди, а было их около двух дюжин, кланяясь встречали своего хозяина, его сюзерена и свитских спутников прибывших с ним. Одеты они были тоже совсем не сказочно-красочно, по большей части в ветхую или потертую и порядком засаленную одежду.
«Мда… совсем не айс. Ну, а че — средневековье без прикрас.», — помотал он головой прогоняя мысли о том, что скоро сам будет, как и этот барон, владельцем подобного родового гнезда.
— Господа рыцари, господин лэр, позвольте вам представить мою невесту — леди Алуша. Будущая баронесса и хозяйка моего замка.
Барон слез с лошади и взяв за руку подвел к ним плотную краснощекую девушку, наверное вдвое младше его самого.
Ну хоть эта особа в чистом и можно сказать, нарядном платье. — Подумал Саша.
— Ну наконец-то, барон. Поздравляю! — Кивнул ему Клим. — Вам давно пора озаботиться наследником.
— Помолвку проведем недели через две, так что свадьба будет уже по зиме, тянуть не будем. Я надеюсь за наследником дело не станет, да на одном мы и не остановимся. — Совершенно бесцеремонно хлопнул он девушку по заду, отчего ее щеки запылали еще ярче. — День свадьбы еще не назначен, но заранее приглашаю вас, лэр Климент и вашего батюшку на освящение союза и празднование. — Барон обвел всех остальных взглядом. — И конечно вас господа рыцари и гвардейцы, тоже приглашаю, буду рад всем гостям. Пиво в Тихой гавани закупим, большую бочку самого лучшего, а поросят на жаркое и своих хватит.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Все стали так же спешиваться и по очереди поздравлять барона.
«Бесцеремонный какой-то барон, на титулованную особу голубых кровей вовсе не походит, — ну по крайней мере в представлении самого Саши. — Сосед у нас был, в старом еще доме, дядя Паша, всю жизнь за баранкой грузовика, так этот барон на него смахивает. Такие же шуточки и ужимки. Хотя его родителям много раз помогал, то дров привезти, то угля, то лес на баню, грех жаловаться — безотказный человек.»
После, когда они остались без лишних глаз, Саша спросил у своего друга:
— Клим, а эта леди Алуша из дворян? Тоже дар имеет?
— С чего бы? Какой там дар! Она, то ли дочка мельника, то ли конюха, в общем сама из людей барона. Да и у самого Говорта никакого дара отродясь не было. Его отец у моего деда сначала до рыцаря дослужился, а потом и баронство, за храбрость и верность, получил.
— Понятно. — Хмыкнул Саша. — А что там он про ведьму говорил, думаешь и вправду настоящая?
— Посмотрим, что за птицу изловили, — пожал плечами лэр, — пошли к столу, все жрать хотят, да и времени у нас в обрез. И я вот еще, что подумал — наша сила во внезапности, поэтому людей барона брать не будем. Вернее ополчение из крестьян — не будем. Сам Говорт поедет и из дружины человек пять-шесть, не больше.
— Ну как знаешь. — Не стал спорить с ним Саша, которому люди барона не показались бывалыми головорезами.
Обед был не слишком изысканным, но сытным и вкусным. Наваристый рыбный суп, пара зажаренных на вертеле кроликов, пироги с телячьей печенью и разная зелень. Да еще, откровенно сказать, дрянное пиво, поэтому Клим попробовав его, стал разливать взятое с собой вино. Но, хоть вино хорошо освежало, было легким и приятным на вкус. Хотя, выпили они не больше чем по стакану, потому как вся их военная операция была запланирована на сегодняшнюю ночь. Долго не рассиживались, весь прием пищи прошел почти в молчании, минут за двадцать. За столом сидели только мужчины, свою невесту Говорт за стол не пригласил. В общем почти походные условия.
— Барон, вы упомянули ведьму? — Спросил Клим, когда все поев выбрались из-за стола. — Действительно магичка, что же она натворила?
Было видно, что барон мигом посмурнел и улыбка хозяина сползла у него с лица.
— Пойдемте, сами на нее глянете.
Оказалось, что под домом был обширный подвал или скорее каменное подземелье. В комнате, с полом густо посыпанным опилками и каменными стенами, царил полумрак. Горела лишь одна толстая свеча, стоявшая в глиняной плошке, на массивном столе. За этим столом сидел черноволосый, короткостриженый человек обряженный в грубую темную хламиду.
«Из церковников кто-то, — догадался Саша, — скорее всего ритуалист, они темно-серые хламиды носят.»
Как ему объяснял Клим, без особого ритуала здесь людей не хоронили. И если в населенном пункте не было ритуалиста, то трупы умерших попросту сжигали в специальном месте. И под могильными камнями, такого сельского кладбища зачастую лежал только пепел и куски обгоревших костей. Делалось это для того, чтобы чернокнижник или некромант не смог совершить свой магический обряд поднимая мертвецов из могил.
— Принесите еще свечей! — Отдал распоряжение Говорт. — Факела тут не пользуем, копоти много, а вытяжка плохая.
Когда принесли и зажгли еще несколько свечей, стало видно, что в дальнем углу кто-то привязан. Хотя Саша, со своим новым зрением и так бы все увидел, но просто не удосужился заглянуть за спины Клим и самого барона, а тут они сами прошли к пленнице.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
К толстой дубовой балке была привязана веревка которая связывала руки за спиной и захлестывала шею голой черноволосой девушке. Вначале Саша подумал, что она горбата, но потом понял, что девушка просто так выгнула исполосованную кровавыми шрамами спину, склонив голову к самым коленям. Девушка изможденно приподняла голову и Саша увидел, что она совсем юна. Губы были сильно разбиты, на подбородке запеклась кровь, черные волосы висели грязной паклей.
