Банзай! — Изя Кац с всклоченными волосами вцепился в штурвал. Мы разогнались до трёхсот километров в час, если верить приборам и чётко посередине влетели в дыру, которую Лиана успела ещё немного расширить. Тотчас последовал сокрушительный удар, каждое крыло потеряло сантиметров по пятьдесят, но мы пролезли! Челнок радостно хрюкнул и клюнул носом провалившись на километр, но это уже было неважно. Под нами раскинулась плотным облачным покровом гостеприимная планета Улей. Особенно обрадуются нам заражённые, как же такой горячий пирожок упадёт к ним с небес со вкусной начинкой. Я поймал себя на мысли, что вцепился в подлокотники побелевшими пальцами. Примерно также, когда мне вырвали пассатижами молочные зубы.
— Курс в Преисподнюю! Кац всегда знал, что этим всё и кончится! — трагически прохрипел папаша Кац.
— Мы можем хотя бы планировать или падаем как кусок говна? — тактично осведомилась Чума.
— Сейчас зайдём в атмосферу, узнаем, — крикнул в ответ Изя. Челнок содрогнулся, коснувшись верхних слоев атмосферы и начал буравить плотные облака. Лобовое стекло и нос челнока окутала плазма, весело отплясывая в огромных безумных зрачках парализованной Лианы.
— Мы горим? — тихо спросил Сиплый.
— Подгораем, но это же не спускаемый модуль времён Гагарина, выдержит, — заверил его физик-теоретик.
Челнок шёл сквозь вату облаков, когда нас догнал ярчайший свет. Через мгновение мы получили такой пинчище в задницу, что челнок полетел вперёд кувыркаясь. Все, кто не пристегнулись, получили тяжелейшие переломы. Два бойца свернули себе шеи, ещё трое поломались, словно их прокрутили через мясорубку. Что творилось с остальными неизвестно. К сожалению, лечить их было некому, Изя пока не мог покинуть кресло пилота. Позади нас на орбите взорвалась новая звезда. Нас спасла атмосфера куда мы успели углубиться на пару десятков километров. Камеры, отвечающие за заднюю полусферу, погасли и что творилось на орбите мы не видели. И без них было понятно, что рванул реактор, и главная платформа перестала существовать. Следом за ней сейчас посыпятся остальные. Челнок наконец полетел вперёд носом, облака кончились, разорвавшись белесыми ошмётками и мы увидели по собой Пекло!
Это несомненно Пекло, только с другой стороны. С восточной, ближе к Центру, стабу, где рулила моя тёща. Вавилон, Остров. Почему я так решил? Потому что далеко на западе я успел заметить блеснувший пятачок озера. Оно такое в Пекле одно, и мы каким-то образом после взрыва оказались на несколько сотен километров правее. Вместе с нами повсюду падали горящие обломки Орбиты. С неба пролился огненный дождь. Пробивая облака чудовищными огненными дымными каплями, сыпалась Орбита, засеивая Пекло отходами высокоразвитой цивилизации. Я мысленно поздравил себя с кончиной внешников. Как же они всем надоели, теперь, наверное, их пушки будут на весь жемчуга. Оружие исчезнувшей цивилизации! Возможно, эти обсосы доберутся сюда вновь лет через двести, но я рассчитываю больше с ними не встретится. Здесь и без них хватает говнюков. Бета-6 очнётся и наделает дел, к примеру.
— Женя, он не слушается! — заорал не своим голосом папаша Кац. — Мы падаем! Кац не может умереть! Так вот не может! Это нонсенс!
— Руль на себя, Изя! Тяни!
— Не могу, сил не хватает. Где же гидроусилитель, цивилизация называется! — Изя уже бился в истерике.
— Ну-ка вылезай! — мощным рывком я выдернул знахаря из кресла пилота, как морковку из грядки и прыгнул за штурвал сам. Принцип простой, в челноках он ничем не отличался от наших самолётов. Закрылки! Нет здесь закрылков, если и были, то мы их сбили при бегстве с платформы. Ладно, тогда штурвал на себя! До упора! Челнок начал поднимать нос, и каким-то чудом я вывел его из пике. Ещё немного и мы бы пошли штопором отвесно вниз. Челнок, угрожающе вибрируя и дребезжа всеми заклёпками выровнялся на высоте четырёхсот метров. Под нами раскинулись городские руины. Разбитые в хлам постройки и полностью выгоревшие кварталы, покрывшиеся густым жирным чёрным дымом, пролетали под килем челнока. Садится здесь было негде, а челнок тем временем катастрофически быстро терял высоту. Мы уже чуть не задевали остовы высоченных небоскрёбов. Сама архитектура показалась мне странной. Угловатая несимметричная, местами вообще перетекающая из квадратов и прямоугольников в спирали и шары. Этот город строили явно не человеки.
— Не человеки строили! — сознательно сказал я вслух.
— Ага, тоже такого же мнения, — кивнула Лиана. — И похоже они сильно с кем-то закусились. Эка их растёрли. До фундамента.
— Начальник, мы сейчас свалимся, — Сиплый не отрываясь смотрел в «иллюминатор».
— Некуда садится, не в дома же. И вообще этот кирпич почти не управляется. Сам летит как хочет, я могу только направить его ещё круче вниз, — крикнул я через плечо.
— Смотри правее! Поле! — крикнула Чума. — Чёрное какое-то…
— Бля, да это чернота. Всё товарищи, это конец! — проскрипел Изя.
— Папаня, как твоё отчество? — засмеялся Сиплый. — На памятник если что…
— Абрамович, — пробухтел Изя Кац.
— Что такое я и представляла, — вставила Лиана. — Изольда Абрамович.
— Изя Абрамович, что вы чувствуете? — вежливо поинтересовался я.
— Я уже сказал, черноту нам не пересечь, а чувствую тяжесть в штанах, как, впрочем, и все остальные, — огрызнулся папаша Кац.
— Посмотрим, высота у нас ещё есть. Держитесь! Входим в чёрный кластер.
Первые пятьдесят метров ничего не происходило, а потом меня начало выворачивать. Лиану почти сразу вытошнило на знахаря, Изя просто потерял сознание. Чума успела его подхватить и посадить на коленки. Сиплый молча блевал на «иллюминатор». Челнок стремительно нёсся вниз, совершенно не слушаясь рулей. На приборной панели творилась полная вакханалия. Мигало одновременно всё что можно.
— Наш паровоз вперёд летит, в кювете остановка! — пропел я и попытался на глаз определить сколько нам осталось. Выходило, что оставалось метров сто до столкновения с поверхностью. Челнок начал раскачиваться и через минуту вспахал своим носом чёрную субстанцию похожую на золу. Что там говорил Бета-6 о ней? Неудачный кластер? Неважно, из неё мы уже не выберемся. Жить нам оставалось максимум минут десять, если даже не убьёмся при такой жёсткой посадке. Волна золы вспыхнула перед лобовым стеклом, накрыв нас с головой, двигатель благополучно заглох и всё что не было привинчено полетело вперёд. Прежде чем долбануться башкой о панель я увидел, как папаша Кац срывается с коленок Чумы и широко раскинув руки летит навстречу лобовому стеклу. Не знаю почему, но он напомнил мне
