— Я предоставил тебе выбор. За удовольствие быть добросердечной, надо платить. К тому же она великолепно умеет скрывать свои чувства, так что видеть ее ненависть ты не будешь.
— А если я сейчас просто уйду?
— Иди… я держать не стану, да и не смогу.
— И что дальше?
— Ты прекрасно знаешь, что будет дальше. Решение все равно примешь ты. Твой уход будет вынесением им смертного приговора, причем ты знаешь как исполненного.
— Но я не приму титул.
— Не сейчас, так позже… какая разница. Ты же знаешь, это предопределено.
— Хорошо, отец… я возьму их.
— Ты не изменилась, хоть я на это очень надеялся.
— Изменилась… даже очень, только еще не на столько… И сейчас ты, воспользовавшись ситуацией, заставишь измениться еще больше, мне ли не знать, — Къяра удрученно вздохнула, и после небольшой паузы продолжила — Еще спросить хотела. Наверняка ты надел на них кабалиты. Снимешь, чтобы я надела свои?
— Кабалит лишь на ней, — Маграт вновь кивнул на женщину безмолвно стоявшую у стены, за все это время ни он, ни Къяра ни разу никак не назвали ее, — и я его не сниму, и ты поклянешься его не снимать, а на сестру наденешь свой.
— И как я ее буду контролировать?
— Также как контролируют обычных рабынь. Наказанием, — жестко ответил Маграт и обернулся к женщине, — Иди, приведи Ингу.
Женщина молча кивнула и вышла.
— Так ты клянешься, что оставишь мой кабалит на твоей матери? — спросил Маграт, вновь повернувшись к Къяре.
Владетель впервые назвал женщину так, и Къяра невольно скривилась, она была удручена и подавлена.
— Да, отец, клянусь.
— И ты будешь послушна?
— Да, отец, любой твой приказ будет выполнен.
— И ими?
— Да, все что ты захочешь…
— Что с тобой, моя радость? — Владетель нежно коснулся ее плеча, — Я не узнаю тебя. Ты даже не споришь.
— Отец, прости. Мне надо было сразу придти к тебе. Но мне так хотелось убедиться во всем самой. Я даже не могла себе вообразить такого. Я ведь хотела ее освободить. Ты сердишься на меня? — Къяра взглянула отцу в глаза.
— Нет, моя радость, я знал, что ты будешь пытаться это сделать. Ты смотрела на нее глазами Виарда, а он был пленен чарами земли, которые она наслала на него. Она сделала все, чтобы бежать, и даже представить себе не могла, что для воина клятва окажется сильнее ее чар…
— Ты сказал, что оставил колье для меня. Ты давно нашел его?
— Нет, она вообще его не теряла.
— Как это не теряла? Ведь это ее колье, — в руке Къяры появилось колье Алики.
— Ее. Только она его не теряла, его забрал я, очень давно. Я заставил Виарда рассказать тебе сказку, — Маграт протянул руку и взял из рук дочери колье, — Тебе нужна была ее вещь, а меня ты просить не собиралась. Теперь ты знаешь, что даже он способен тебе солгать… и верить, не проверяя, нельзя никому.
— Почему ты оставил его в живых?
— Воины, умеющие так держать клятву, редкость. К тому же он был легендой, мне не хотелось ее разрушать, так все вышло гораздо удобнее для меня. Кстати, я пообещал ему, что отдам его тебе…
Колье растворилось в руках Маграта, а вместо него появилась маленькая золотая звездочка, которую он протянул дочери, — Держи.
Къяра приняла ключ от кабалита, и он растаял у нее в руке.
— Пообещал заранее? Зачем?
— Мысль о том, что ты сможешь рассчитаться с ним за его ложь, греет его.
— Он думает, что я не прощу?
— Уверен, даже я не смог убедить его в обратном.
— Хорошего же он обо мне мнения.
— Очень хорошего. Он любит тебя, моя радость, и ему было очень трудно выполнить мой приказ, но он не умеет нарушать клятвы, так что при случае можешь воспользоваться этим.
— Ты знаешь, что он меня любит, и разрешаешь мне забрать его?
— А почему это должно меня останавливать? Может мне теперь и всех киритов уничтожить, потому что они тебя теперь боготворят? Особенно твой конунг. Так могу тебя разочаровать. Я рад, что ты сумела так поставить себя с ними. Я знаю, что они без колебаний выполнят любой твой приказ и даже пойдут на смерть за тебя… и этого мне достаточно.
— Отец, — Къяра прижалась к отцу, — Прости. Я, наверное, совсем не знаю тебя. Мне казалось, что ты никому не разрешишь любить меня… Спасибо за такой подарок.
— По этому поводу у меня есть для тебя еще один подарок, но о нем позже…
— Ты сегодня несказанно щедр… хотя я совсем такого не заслужила.
— Я знаю как тебе сейчас больно, дитя мое.
— Отец, на тебя это так не похоже… Ты всегда предпочитал это не замечать и быть со мной особенно жестоким именно в такие моменты.
— Радость моя, ты стала взрослее, и уже не будешь пытаться играть на моих чувствах. Ты знаешь, что это ничего не даст. Поэтому я могу позволить себе их уже и не скрывать и даже в чем-то пойти тебе навстречу. К тому же я соскучился без тебя. За два года ты не удосужилась даже навестить меня.
— Я привыкла, что ты лишь требуешь жесткого исполнения твоих приказов и не любишь никаких проявлений чувств. Ты и сам нечасто навещал меня во времена моей учебы. Я старалась быть такой же. Я выполнила твой приказ и постаралась не выказывать никаких чувств. Мне казалось, что именно этого ты от меня и ждешь.
— Ты умница, ты все сделала замечательно. И ты великолепно выдрессировала киритов. Я горжусь тобой. Ты научилась быть требовательной и жесткой. Теперь ты должна научиться проверять всех и не доверять никому. Держать все под своим контролем и заставлять трепетать лишь при одном упоминании твоего имени, чтобы никто и помыслить не смел тебя ослушаться. И я надеюсь, что ты сможешь стать именно такой, — Маграт обнял дочь.
— Я буду стараться, отец, — прошептала она.
В это время дверь в гостиную раскрылась и Къяра увидела на пороге девушку очень похожую на нее. Только волосы у девушки были другими, точь-в-точь, как у шедшей позади нее женщины, они золотой волной струились по плечам девушки и словно золотая рама подчеркивали красоту их обладательницы. Обе женщины вошли, склонили головы и замерли, чуть не доходя до Владетеля с Къярой.
Маграт выпустил Къяру из объятий и отошел в сторону.
— Подойди ко мне, — жестко приказал он женщине.
Женщина приблизилась к нему и молча опустилась на колени.
— Ты все слышала… не заставляй меня применять силу. Сделай все сама, — Маграт рукой коснулся щеки женщины.
Она кивнула и поднялась. Потом подошла к золотоволосой девушке, взяла ее за плечо, подвела к Къяре и, надавив на плечо, заставила опуститься на колени.
Къяра внимательно посмотрела на девушку, и ее губы скривила презрительная усмешка. Она посмотрела в глаза женщине и очень тихо проговорила:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
