Къяра прошла по тропинке в сторону большого двухэтажного дома, увитого плющом и диким виноградом. Она вошла в большие двухстворчатые двери и попала в просторный холл с колоннами и с широкой лестницей, ведущей на второй этаж.
Поднявшись на второй этаж, Къяра, руководствуясь лишь интуицией, прошла по длинному коридору и распахнула одну из дверей.
Перед ней была большая роскошно убранная гостиная с мягкими креслами и диванами. В углу, у окна, в кресле сидела красивая женщина с золотыми волосами, уложенными в высокую прическу, поддерживаемую золотой магической диадемой, и читала. Услышав звук раскрывающейся двери, она подняла глаза от книги, и в ее красивых голубых глазах сначала мелькнуло удивление, а потом их затопила волна ненависти. На лице женщины резко обозначились скулы, и она стремительно встала с кресла.
— Ты все-таки выжила, мерзкая девчонка… — зло, сквозь зубы прошептала она, — и у тебя даже хватило наглости явиться сюда… Только ты это сделала зря. До прихода твоего отца я успею сделать то, что не смогла когда-то.
Женщина взмахнула рукой посыла мощное, смертельное заклятье…
Къяра перехватила его и нейтрализовала, так как отразить не могла, отец тут же по выбросу энергетики догадался бы, что в охраняемое им место кто-то проник.
— Подожди, дай мне хотя бы сказать, — попросила она, но женщина не слушала. Видя, что ее первое заклятье ничего не достигло, она тут же повторила попытку, и бросила на Къяру еще более мощное заклятье.
Къяра, с трудом превозмогая боль, и его нейтрализовала, а потом вновь попросила:
— Я лишь хочу поговорить… подожди. Ты ведь понимаешь, что если я отражу твое нападение, отец тот час явится сюда.
— Так ты не хочешь, чтоб он явился… тем лучше, — злобно проговорила женщина и взмахнула рукой, открывая себе доступ к своему тайному хранилищу в стене. Быстро шагнув к нему, женщина схватила лежащую на полке тонкую металлическую сеть и, развернув ее, резким движением бросила в сторону Къяры.
Къяра молниеносно отшатнулась, она поняла, что это магическая сеть Изитры, медленно разрезающая любую плоть и сжимающаяся тем более чем больше ей сопротивляются.
Сеть упала рядом с ней, перекрыв ей, однако, дальнейшую возможность маневра.
— Можешь успокоиться и поговорить со мной? — в третий раз попросила Къяра.
— Я успокоюсь только тогда, когда ты сдохнешь! — жестко проговорила женщина и, вытянув руку, послала импульс приказа сети Изитры. Сеть дернулась и словно живая, извиваясь, поползла к ногам Къяры. Остановить ее Къяра могла только магией отражения. Если в первый раз женщина не успела ее сориентировать на жертву, понадеявшись на свою меткость, то сейчас она исправила это упущение. Къяра замерла и не шевелилась, зная, что на любое ее движение сеть тут же отреагирует броском. В ее руке появился амулет Ксинона и она спокойно заговорила:
— Зачем тебе это надо? Я пришла не со злом… Я принесла тебе это.
— Дай сюда! — жестко приказала женщина.
— Дам, после того как ты уберешь сеть, — не двигаясь, произнесла Къяра.
— Нет! Сеть я не уберу, а амулет и так будет моим, после того как ты издохнешь в ней.
— Неужели ты думаешь, что я сейчас не могу остановить твою сеть?
— Пока же не останавливаешь. А если начнешь, я приложу все усилия, чтобы не дать тебе это делать и убить тебя.
— Зачем тебе это?
— Я не позволю Маграту, получить то, чего он так долго и упорно добивался. Я лучше сама сдохну, но только вместе с тобой, — женщина не отводила злобного взгляда от Къяры.
Сеть уже добралась до ног Къяры и, опутав щиколотки и лодыжки, медленно сжимая плоть и врезаясь в нее, ползла выше. Къяра уже стояла в луже крови, но, по-прежнему, даже не шевелилась, и попыток использовать магию не предпринимала.
— Ты считаешь, что я лишь приз в игре между вами? Ты не считаешь, что я могу быть сама по себе?
— Сама по себе? — рассмеялась женщина, — С ним никто не может быть сам по себе…
Она вскинула руку, посылая мощное заклятье, и с ожесточением прошептала, — Не противься, умрешь быстрее и мучиться будешь меньше… Он не получит тебя!
— Считай, уже получил. А ведь у тебя было больше шансов, получить меня… — Къяра резко подняла руку, амулет Ксинона исчез из ее ладони, и она, отразив заклятье, магическим посылом сбросила сеть, опутавшую ее уже до пояса. А потом сделала жест рукой, заживляя страшные рваные раны на своих ногах и восстанавливая разодранное платье.
— А ты сильна… я даже не предполагала, что настолько. Жаль, — сказала женщина, в глазах ее плескалась бессильная злоба, она помолчала немного, потом тихо спросила — Теперь убьешь?
— Зачем же? Сейчас появится отец… и мы весело побеседуем. А вот и он, — Къяра обернулась к сверкающей арке перехода, — Рада видеть тебя, отец.
— Взаимно, дитя мое, — ответил Маграт и внимательно посмотрел на лужу крови на полу, — Прибраться еще не успела?
При появлении его, женщина вся сжалась и прислонилась к стене, но он на нее даже не посмотрел.
— Сейчас уберу, — Къяра щелкнула пальцами, и пол засверкал первозданной чистотой.
— Во всем, в чем хотела, убедилась? Или еще какие-нибудь вопросы остались? — с усмешкой глядя на дочь, произнес Маграт.
— Во всем… вопросов больше нет, — покачала головой Къяра, — Ты ее специально здесь оставил, чтобы мне показать?
— Да, моя радость… Моим словам ты все равно бы не поверила.
— Ты знал о колье?
— Я его специально для тебя оставил.
— Даже так? Так ты хочешь сказать, что знал о моем приходе, и у меня не было ни одного шанса?
— Были и все сто. Я знал, что ты придешь, но не знал когда. И я не засек твоего присутствия, до тех пор пока ты не воспользовалась магией. Но только, зная ее, я был уверен, что она в любом случае сведет все твои шансы к нулю, — Маграт кивнул в сторону женщины, — Так что я ничем не рисковал.
— Можешь оставить все как есть?
— Нет, — Маграт отрицательно покачал головой, усиливая отказ.
— Почему?
— Ты сама знаешь ответ.
— Я сделаю все, что ты хочешь… я покорюсь и приму титул.
— Этого мало.
— Хорошо, что ты еще хочешь?
— Ты возьмешь их к себе в служанки.
— Помилосердствуй, отец. Ты хочешь заставить меня каждый день выносить ее присутствие, зная, как она меня ненавидит?
— Ты можешь их казнить.
— Казнить женщину, давшую мне жизнь, я не смогу, какой бы она не была…
— Я предоставил тебе выбор. За удовольствие быть добросердечной, надо платить. К тому же она великолепно умеет скрывать свои чувства, так что видеть ее ненависть ты не будешь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
