Она была бы более чем счастлива вернуться в их кровать. Но этим утром она испытала приступ дискомфорта — не боль, только чувство, которое казалось не уместным для бессмертного. Это пробудило старую Сабину, ту, которая считала выживание делом первостепенного значения. Хотя она и имела намерение победить morsus, у нее был план Б.
Сегодня вечером она собиралась разыскать вампира, который смог бы перенести ее в Роткалину, если бы дело приняло опасный оборот…
— Сегодня ты выглядишь чертовски красиво, — произнес Ридстром, — я бы сказал это раньше, но онемел от твоего вида.
Ранее, когда он увидел ее спускающуюся по лестнице, он даже запнулся.
— Я думала, ты будешь более устойчив к моему наряду.
Хотя она и заплела волосы в косы, как всегда, она надела простой головной убор и накрасила веки специально для него более консервативно: темно-синяя краска шла только полоской к вискам. Но ее юбка была короткой, ботинки — высокими, а бюстье из металлической сетки удерживалось на месте цепями, соединяющимися с воротником: двумя спереди и четырьмя, спускающимися по ее спине.
— Я не хочу, чтобы ты вновь считала меня консервативным и скучным, — демон, взяв ее за руки и разведя их в стороны, пробежал по ней глазами. — Буду ли я ревновать, если другие мужчины увидят тебя в этом? Без сомнения. Мои рога начнут расти прямо пропорционально первому брошенному на тебя взгляду. Но, кроме того, это заставит меня гордиться тобой.
Он обнял ее, прижав к себе, к своему теплу и аромату, заставляющему ее веки утяжеляться, глядя на него.
— Люди жалели меня из-за того, что я так долго жил без своей женщины. Теперь я хочу всем показать тебя, и я хочу быть таким чертовски самодовольным, потому что все твое всегда было предназначено мне, — мне надо было просто дождаться своего времени.
В последние четыре дня, когда он говорил подобные вещи своим грубым голосом и смотрел на нее такими пронзительными глазами, она почти начала бояться, что он, возможно, слишком прекрасен, слишком замечателен, слишком хорош и внимателен, чтобы быть ее.
На этот раз она испытывала блаженство, находясь рядом с Ридстромом. Но, справедливости ради, у них не всегда все шло прекрасно. Во-первых, он настаивал на ее уроках плавания, преподавая их в своем роскошном бассейне. Хотя в этом она с каждым днем становилась все лучше, она провела больше времени, хватаясь за него руками.
И он все еще пил варево демонов, ел стейки и высасывал маленьких ошибок богов под названием речные раки. Однако он всегда убеждался, что у нее есть овощи для еды и сладкое вино для питья. Он даже привез с собой одну бутылку сегодня на случай, если она не найдет напиток, который смог бы ей понравится, внутри бара.
Вспомнив о баре, Сабина переключила свое внимание на ветхую лачугу. Треснувшая неоновая вывеска горела, но надпись была неразборчивой.
— Так у этого места есть хоть какое-то название? — Бар располагался на воде среди кипарисов и выглядел так, словно не раз испытывал на себе порывы сильного ветра. К нему был подведен сомнительного вида старый пирс. — Высохший Чертополох или что-то вроде этого?
— Он просто называется «У Эрола». Теперь, как только мы зайдем внутрь, держись около меня, обещай мне.
Он был чересчур защитником.
— Я не могу пообещать тебе это, или на твоем кухонном полу появится очень много сухой глины.
— На нашем кухонном полу.
— Демон, если внутри что-то пойдет не так, я не буду нуждаться в тебе, чтобы ты смог позаботиться обо мне. Я буду нуждаться в тебе, чтобы ты помог мне заботиться о нас.
На это он, казалось, не нашел, что ответить. Сабина развернулась и пошла в сторону пирса, оставив его с ошеломленным выражением лица. Крупный мужчина-демон уже должен был изучить некоторые ее хитрые уловки.
Когда она стала идти на цыпочках, чтобы шпильки не застревали между досками, он спросил:
— Почему бы тебе не одеть что-то с плоской подошвой и заставить это выглядеть как ботинки?
— Потому что то, что я ношу высокие каблуки, заставляет меня чувствовать себя сексуально.
— Чувствовала бы ты себя сексуально, если бы твой мужчина нес тебя?
— Я могу справиться сама, Король Очаровашка, — сказала она. — Если внутри действительно полно народу, будут ли там те, кого ты знаешь? Возможно, одна из тех демонесс, которых ты укладывать в кровать, вроде Дуринды? — добавила она, подразнивая его.
Когда он промолчал, она обернулась к нему:
— Я всего лишь шучу — я знаю, что ты не спал с ней. Подожди-ка, почему ты выглядишь таким виноватым? — Почему бы Ридстрому казаться виноватым при упоминании о женщине? Внезапно у нее перехватило дыхание: — Ты не сделал… в лагере… ты не был с ней…
— Боги, нет! Но я сказал тебе, что не спал с ней. Но, видимо, тысячу лет назад или около того, я все же спал.
Облегчение волной накатило на Сабину.
— Ты сказал мне, что этого не было.
Он провел рукой по шее:
— Я… забыл.
— То есть, она напомнила тебе?
Когда демон неохотно кивнул, чародейка расхохоталась.
— Это не смешно, — грубо сказал он. — Это было чертовски неловко, — добавил он, но было заметно, что он тоже еде сдерживает улыбку.
Все еще смеясь, Сабина произнесла:
— Я отдала бы золотой, чтобы услышать тот разговор!
— Я предполагал, что ты будешь сердиться.
После очередного смешка она произнесла:
— Не из-за таких забавных вещей. Эй, у меня есть идея! Может, нам создать базу данных и ввести в нее имена всех женщин, которых ты пробовал, так ты сможешь быть в курсе о каждой…
— Ты так думаешь, умная попка? — Он подхватил ее на руки. — Меня волнует только последняя запись.
Они преодолели оставшуюся часть пирса, смеясь.
Перед входом он поставил ее на ноги. Когда они вошли, Ридстром положил руку ей на бедро и расправил плечи, оглядывая всех высокомерным взглядом короля. Она обожала это.
Помещение было слабо освещено и переполнено. В углу старомодный музыкальный аппарат играл громкую музыку. На дальней стене висело зеркало в виде черепа с глазницами, в которых пылали свечи.
Место выглядело по-своему очаровательно.
Они обошли стойку бара, за которой сидела пара поразительно красивых близнецов. Сабина предположила, что это ликаны, и они подтвердили ее догадку, заговорив с сильным шотландским акцентом.
— Проклятье, Ридстром, где ты ее нашел? — воскликнул один, вскочив со своего стула. — И она одета так же, как раньше одевались чародейки. — Он хрипло присвистнул.
Брат добавил:
— У девушки есть сестра?
Ридстром поприветствовал их прохладным кивком головы:
