– так, предположение на грани мистики и интуиции. Заречнев подошел к нартам, пошарил в одном из мешков, холодея от мысли, что он мог потерять этот предмет. Наконец нашел, что искал.
Он вернулся к «столу», еще раз прикинул размеры и лишь потом стал понемногу заталкивать внутрь предмет, который он взял на своих санях. Предмет шел туго, но – шел.
Через несколько секунд он полностью вошел внутрь «алтаря». Снаружи осталась только массивная золотистая рукоятка, обвитая змеей.
«Ну, что, ёлочка, зажгись!» – уже не веря в успех, скомандовал черному прямоугольнику землянин.
…Спустя какое-то время стали происходить перемены.
Ничего не гудело, не шумело, не вращалось. Но перемены происходили – Сашка это чувствовал кожей, всем своим естеством.
Разве он мог подумать и предположить, что ключом к мифическому Разуму Богов окажется… меч, подаренный Александру бывшим работорговцем; тот самый клинок, который спас ему жизнь, когда он был проглочен Э’го в финальном поединке Игр Богов?!
…Землянин вернулся к странной конструкции, все еще не веря в успех своей миссии. Он прислонился щекой одной из лиан, обвивающих колонны. Она стала заметно теплее. Землянин отстранился, потрогал ее рукой. Рука также почувствовала нарастающее тепло.
Но вместе с теплом стало нарастать чувство опасности.
«Миссия провалена! Никакого Разума Богов не существует! Отсюда пора уходить!» – все настойчивее «теребил» его внутренний голос; и Сашка сдался. Он вернулся в первое помещение, проворно сложил упавшие предметы на нарты, напористо потянул их к выходу.
…День клонился к закату....
Безветрие прошло, дул довольно сильный и ровный ветер, примерно в ту сторону, откуда пришел бывший гладиатор. Сашка отошел от скалы, его довольно сильно толкнул в спину очередной порыв стихии.
«Лучший способ победить врага – это сделать его своим другом!» – озвучил посетившую его мысль Заречнев. Он раскрутил тюк мини-чумчика, собрал остов, прикрепил его сверху в передней части саней. Упругий воздушный поток немедленно наполнил силой переносное убежище землянина, настойчиво потянул нарты вперед.
Александр распер в стороны палатку палками «скелета», привязал к краям шкуры веревочки – чтобы можно было управлять воздушным потоком, наполняющим его «чумчик»…
До края ледяной пустыни его нарты домчались не больше чем за пару часов.
Однако Отец Богов уже давно покинул небосвод к тому времени, когда Сашка добрался до своего суденышка.
В темень, в ночь выходить в море Александр не рискнул.
Он решил заночевать на берегу, укрыл, как мог, свою палатку в расщелину недалеко от воды.
Но поспать толком ему не удалось.
Всю ночь где-то неподалеку громко ревел неведомый зверюга. Голос у него был противный, громкий, голодный; ничего хорошего от встречи с его обладателем он не сулил. Единственное оружие бывшего гладиатора – меч – остался в Храме Разума Богов, защититься, в случае чего, было практически нечем.
Пришлось разводить огонь. Сначала Сашка жег факелы, потом очередь дошла до саней. Горели они хорошо, так сделаны были из сухой древесины. Но потом закончились и они.
В конце концов землянину пришла в голову, как ему показалась, спасительная идея. Он связал вместе несколько прочных канатов, зацепился концом одного из них за тот самый камень, к которому был пришвартован баркас, позволил ветру отнести лодку довольно далеко от берега. Рев стал потише, перешел в недовольное ворчание. Заречнев почувствовал себя в относительной безопасности, ненадолго задремал на дне баркаса, укрывшись толстой шкурой Б’рна.
Эх, если бы он знал, что за животное ревет на берегу, или хотя бы на минутку задался вопросом: а как этот зверь попал на остров, его сон был бы не столь безмятежен.
Но Боги хранили его....
Глава 13
Вопросы и ответы
По мнению Ар’рахха, у Верховного Жреца Храма Воли Богов начиналась паранойя, или как говорили у них в хижинах Хвоста Дракона, когда случалось что-то подобное – он поменял голову.
С самого раннего утра, без каких-то видимых причин Первосвященник вдруг начинал носиться по замку Дэв’ви так, словно неизвестные темно-зеленые сорванцы ночью втихаря подпалили ему соломой хвост. И вот теперь Понтифик просто не знал, куда себя деть от жгучей боли.
К’нарр тоже озаботился странным поведением Верховного Жреца, он даже отвлекся на какое-то время от своих многочисленных больных, сердобольно предложил ему выпить что-нибудь обезболивающее. Понтифик на секунду замедлил свой бег, непонимающе уставился на бывшего работорговца, с трудом соображая, чего же хочет от него этот недавно полинявший драк. Потом все же сообразил, но так ничего не ответил, махнул рукой и рысцой припустил дальше.
Иногда он на какое-то время нырял вниз, в подвал, где был установлен жертвенник Отца Богов, или какого-то другого Бога. Но так как алтарем никто давно не пользовался, частые кратковременные визиты Понтифика к массивному прямоугольному «столу» из металла и камня все отнесли на счет все той же бурно прогрессирующей болезни мозга.
После полудня, Ар’рахх и хозяйка замка, как и договаривались еще с вечера, поднялись в воздух на дельтапланах, чтобы осмотреть окрестности и сделать парочку кругов над морем, проверяя, не возвращается ли обратно на своей лодке инопланетник.
Со слов Первосвященника можно было понять, что он ожидает возвращения Александра не ранее чем через три Дня, но у зеленого верзилы на этот счет имелись свои собственные соображения. Втайне от всех своих друзей и знакомых он ежедневно патрулировал с воздуха побережье Шеи Дракона, начиная со следующего Дня, когда скрылся за горизонтом прямоугольник паруса баркаса землянина.
Резоны у него на этот счет были веские. Саш’ша мог попасть в какую-нибудь неприятность, запросто мог вернуться обратно с какого-нибудь отрезка пути. Молодой следопыт тайно надеялся именно на такой исход одиночного похода друга на остров Голова Дракона. Он понимал: если инопланетнику удастся все, что он задумал, он неминуемо покинет эту планету, отправится домой, туда, где по предположению Верховного Жреца, должны водиться п’во и к’решки.
Ар'рахх не хотел оставаться без товарища, без друга, без своего странного теплого осьминога, который за время, пока они были вместе, стал ему как брат. Даже ближе, чем брат.
Более легкая атаманша на планере землянина поднялась локтей на пятьсот выше своего возлюбленного. Она летела очень неровно – делала виражи, то опускалась вниз, то снова набирала высоту. Со стороны видно было, что просто наслаждается полетом, тем безграничным ощущением простора и свободы, которые подарил ей летательный аппарат инопланетника.
Наверное, именно поэтому Ар’рахх, а не она, первым заметил серенькую блошку баркаса – того самого, на котором четыре Дня назад ушел в море бывший гладиатор.
Зеленый верзила крикнул что-то атаманше, отвалил в сторону, стал набирать высоту…
Хозяйка
