- У меня тоже были жена и ребенок, - сказал Холод.
- Роза, - сказала я.
- Да. - Кивнул он.
- Я только не знала, что у тебя был ребенок. Что случилось?
- Она умерла.
- Они все умерли, - сказал Дойл.
Из полумрака заднего сидения раздался голос Баринтуса.
- В такие моменты, Мередит, мы осознаем, что быть бессмертным и нестареющим не благословение.
Я думала об этом.
- Насколько нам известно, я старею, просто не так быстро, как нормальные люди. Я смертна и старею.
- Ты не была бессмертной, когда была ребенком, - сказал Баринтус, - тогда у тебя еще не было рук власти.
- Сидя в какой-нибудь машине с ракетным двигателем лет через сто вы расскажите нашим детям обо мне?
Все промолчали, только Рис снял одну руку с руля и накрыл мою ладонь. Думаю, что здесь действительно нечего было говорить, или нечем было утешить. Я цеплялась за руку Риса, и так мы ехали всю дорогу до дома. Иногда утешение можно найти не только в словах.
Глава 39
Я сняла босоножки, как только вошла в двери дома. А потом была комедия с толпой мужчин, бросившихся помочь мне подняться по лестнице. Джулиан и Гален вышли из гостиной в холл. Гален разволновался, когда услышал, что мне стало плохо, но и ему и Джулиану было трудно не рассмеяться, когда услышали, что я сбежала из лаборатории.
Нахмурившись, я смотрела на них обоих, но обняла Джулиана, потому что знала, что он появился у нас после явно плохо проведенного обеда с Адамом.
- Прости, меня здесь не было, чтобы обнять тебя, когда ты приехал.
Джулиан по-братски поцеловал меня в щеку.
- Ты расследовала преступление. Прощена. - Он обернул это в шутку, и его улыбка была настоящей, но в его карих глазах была видна тень грусти.
Я отстранилась от него, и Гален подхватил меня.
- Я могу сама идти, - сказала я.
- Да, но теперь они прекратят спорить и не пойдут за нами, пока ты будешь готовиться ко сну. У меня есть новости. И у Джулиана тоже.
Гален уже начал подниматься по лестнице, и, позвав Джулиана, взлетел по лестнице так быстро, насколько позволяли его длинные ноги. Джулиану пришлось поторопиться, чтобы догнать нас.
Рис тоже догнал нас на лестнице прежде, чем еще кто-либо это сделал. Когда он нас догнал, объяснил:
- Дойл и Холод говорят с Баринтусом. Мы никогда не были друзьями, поэтому я подумал, что мне нужно помочь тебе раздеться. - Он усмехнулся и с намеком покачал бровями.
Это вызвало у меня улыбку, и он знал об этом, когда делал так.
- Что теперь случилось? - Спросила я.
Гален поцеловал меня в щеку, поскольку он добрался до верха лестницы.
- Это не плохие новости, Мерри, но ты вполне могла обойтись и без них.
- Просто скажи мне, - сказала я.
- Джулиан, - сказал Гален.
- Джордан пришел в себя и повторяет раз за разом: 'Дюймовочка хочет быть большой'. Он только продолжал повторять это, но когда полностью перестали действовать лекарства, он не мог вспомнить, что это означало.
- Ты передал это Люси?
Он кивнул.
- Но это не имеет смысла. Сама знаешь.
- Возможно, но убийца копировал детские книги. Может быть это намек на следующую книгу, - сказала я.
Рис открыл дверь спальни, куда Гален меня и внес. Кровать была уже разобрана, на ней лежала шелковая пижама для меня.
Я устроила голову в изгибе шеи Галена, позволяя теплоте и аромату его кожи успокоить меня. И прошептала:
- Мне нужно было разобраться с Баринтусом. Я сказала ему, что Джереми полезнее для меня, чем он.
- Жаль я это пропустил, - шепнул в ответ Гален.
- Она действительно сказала ему это. - Сказал Рис.
- Ты слышал о чем они говорили? - Спросил Джулиан.
Рис кивнул и посмотрел на Джулиана.
- Точно так же, как Гален и я слышали твой разговор с Мерри на тротуаре, так что я знаю, что причина твоего появления здесь сегодня - это твой неудачный обед с Адамом.
- Проклятье, твой слух насколько хорош? - Спросил Джулиан.
Гален уложил меня на кровать. Потом встал на колени передо мной.
- Мистраль говорит с Королевой Нисевин по зеркалу в главной комнате. Она настаивает, чтобы ты накормила Рояла сегодня вечером, или союз между вами будет расторгнут.
Я смотрела на него.
- Одно кормление или она отменит союз, - сказала я.
Он кивнул.
- Мы говорили с ней, пока тебя не было.
- Что такого могло случиться при дворе, что могло заставить ее попытаться избавиться от нас?
Гален оглянулся на Джулиана, который понял намек и сказал:
- Ну что ж, думаю, что тебе тут нужно заняться кое-какими делами пред сном, Мерри. Спасибо за предложение крепких объятий, но у тебя есть вещи и поважнее.
- Мы обнимем тебя, - сказал Рис.
Джулиан посмотрел на него, нахмурясь.
Рис усмехнулся.
- Я сказал тебе, что Гален и я слышали, что ты говорил Мерри. Если тебе так отчаянно нужны прикосновения, то Гален и я можем помочь тебе в этом.
Джулиан посмотрел на обоих.
- Спасибо, но я не уверен, что понял твое предложение.
- Мы положим тебя посередине, - сказал Гален.
- Только как друзья, - сказал Рис.
Тогда Джулиан посмотрел на меня так, словно его побили. Я рассмеялась.
- Ты получишь свои крепкие объятия, но ты будешь между двух самых симпатичных мужчин и никакого секса.
Он открыл рот, закрыл и наконец произнес:
- Я хочу объятий, но не уверен, мне радоваться или оскорбиться.
Рис и Гален оба рассмеялись.
- Это - комплимент, - сказал Рис, - и мы отпустим тебя домой с незапятнанной репутацией.
- Разве вы не будете спать с Мерри сегодня? - Спросил Джулиан.
- Не сегодня. Мистраль не видел ее два дня, почти три, поэтому мы уступим ему. Не можем говорить за других, но мы недавно были с нею, и думаю, сегодня вечером мы обойдемся без секса.
- Сейчас я чувствую себя странно прекрасной, - сказала я.
Рис посмотрел на меня.
- Не хочу тебя расстраивать. У тебя это было первое недомогание, так что я был бы спокоен.
- Я не знал, что недомогание может быть и вечером, - сказал Гален.
- Очевидно нет, - сказала я, и не стала уточнять про беседу в автомобиле. Я добралась под юбкой до резинки своих трусиков. Я хотела снять их, а потом почистить зубы. Странно, я действительно хотела почистить зубы прямо сейчас. Мятная конфета, которую мне дала Кармайкл, была слишком давно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
