И уж совсем не вписывались в картину три трупа кавказцев, найденных где-то за городом. Разве что Александр помимо прочего является главой местной мафии, и троицу удалила его охрана.
– Еще вопрос. Остальные кому-нибудь из вас известны?
Размышления оказались к месту. Подполковник провел Александра и Юрия к трем телам, которые оказались найденными накануне покойниками.
– Мне – нет, – пожал плечами Александр, едва взглянув на мертвых.
– Мне тоже, – поддержал его Юрий.
– Губернатор требует как можно скорее расследовать факт массового убийства. Либеральная пресса уже подняла гвалт о развившемся у нас в городе национализме, шовинизме, империализме и черт знает чем еще. – При этом начальник посмотрел на репортера, будто тот лично был ответственен за все средства массовой информации.
– Я тут ни при чем, – отрекся от коллег Юрий.
– Покричат – и перестанут, – отмахнулся Александр.
– Вам легко говорить, а с меня начальство спрашивает, – пожаловался Михаил. – Даже из Москвы уже звонили. Требовали форсировать это дело, чтобы успокоить общественность.
– Угу. Все только интересуются, что там происходит в далеком городке по части криминала, – скривился Александр и совсем иным тоном добавил: – Слушай, Михайло, я тебя никогда не просил. Найди убийц Вани. Даже не найди – просто укажи мне, кто мог бы это сделать.
Глаза полковника при этом были ледяными.
– Мало мне покойников, что ли? Нет, найти я найду, а дальше пусть решает суд.
– Самый гуманный суд в мире, – едва слышно прокомментировал Юрий.
Полковник все глядел на милиционера, и тот вздохнул, без слов давая понять, что постарается выполнить его просьбу.
– Ты не находишь, что приходили по твою душу? – перевел разговор на несколько иную тему милиционер. – Какие-нибудь предположения имеются?
– Нет. Никуда не лезу, никого не трогаю, да и вообще в городе бываю раз в полгода.
– Ладно. Давай съездим на место происшествия. Посмотришь – ничего не пропало? Может, решили, что квартира постоянно пустует, вот и захотели поживиться, – не очень уверенно предположил милиционер.
Пистолет с глушителем не слишком вязался с образом квартирных воришек, и подполковник знал это не хуже, чем кто-либо иной. Но надо же выдвинуть хоть какую-нибудь рабочую версию случившегося!
– Я здесь ничего не хранил, – просто сказал Александр. – Но раз надо… Только один вопрос – когда я могу забрать тело?
– Хоть сейчас. Экспертиза проведена, – пожал плечами подполковник.
– Хорошо. – Александр извлек телефон. – Петруша? Тут такое дело… Ваню убили… Нет. Ворвались в квартиру в мое отсутствие. Так что пришли кого-нибудь… Что? Огейчук здесь? Ладно. Тогда пусть он и заберет… Сам позвонишь?… Хорошо… Нет, я немного задержусь. Надо уладить кое-какие формальности. Вечером приеду. Все. До встречи! Карла не забудь предупредить.
Пока Александр подписывал бумаги, писал какие-то заявления, словом, занимался неизбежной волокитой, к моргу подъехала крытая грузовая машина. Из кабины торопливо вылезли двое: средних лет водитель с незапоминающимся лицом и его напарник – уже в летах, с вислыми седыми усами и крепкой, несколько полноватой фигурой.
– Где вин? – с украинским акцентом спросил вислоусый, перед тем едва не вытянувшись перед Александром.
– Там, – кивнул на дверь полковник. – В общем, забирайте. И двигайте без остановок. Эх, Ваня, Ваня…
– Да… Вот где не знаешь, – протянул Огейчук. – Вы с нами, Александр Александрович?
Полковник отрицательно покачал головой:
– Пока не могу. Как только закончу дела, так сразу…
– Мабуть, помощь треба, Александр Александрович?
– Зачем? Сам доберусь. Но наших на всякий случай предупреди. Мало ли…
К дому полковника поехали тем же составом, который был в морге. Город действительно был не очень велик, и времени это почти не заняло. Александр молча сидел за рулем, репортеры его тоже не беспокоили. Юрий хотел кое-что уточнить, но наедине. Диана вообще больше деликатно смотрела в окно, не унижая полковника излишним сочувствием.
Как убедился Юрий, в квартире действительно не было ничего ценного. Мебель сугубо функциональная, телевизор и тот какой-то допотопной модели. Зато все в комнатах несло следы борьбы и поспешного обыска. Кресло и столик были опрокинуты, все дверцы и ящики открыты, повсюду валялись книги, одежда, даже часть посуды была без малейшей жалости брошена на ковер. Тут явно не столько старались что-нибудь вынести, как найти. Деньги, драгоценности, какие-нибудь ценные бумаги…
– Не скажу, что все на месте, – через несколько минут изучения открывшейся квартиры сказал Александр, – но вроде бы ничего не пропало. Если уж совсем по мелочам…
Он явно не переживал по поводу разгрома, в отличие, скажем, от убийства, после которого даже на какое-то время переменился в лице. Сейчас-то он с виду был вполне обычным. Не то когда-то привык к смертям, не то просто умел владеть собой.
– Тогда вопросов больше не имею. Пока, – предупредил Михаил. – Если что – позвоню.
Уже в прихожей, когда их двоих никто слышать не мог, он тихонько добавил:
– Уехал бы ты на несколько дней. Мало ли что?
Милиционеры отбыли. Александр же как-то машинально стал наводить в квартире видимость порядка. Он просто брал валявшиеся вещи и пихал их в секции и шкафы без какой-либо системы, только для того, чтобы убрать с глаз долой.
Первой стала помогать ему Диана. Юрий чуть помешкал и тоже взялся за работу. Не уходить же в такую минуту!
– Я хоть пол в кухне и коридоре помою, – предложила журналистка. – Где у тебя ведро и тряпка?
– Где-то были.
Диана в ответ тяжело вздохнула, мол, вот они, мужчины, и пошла искать необходимое.
Александр поступил как истинный мужчина. Он кое-как запихал в шкаф последние из вещей и сразу громогласно объявил:
– Диана, если ты не против, я пока выйду на балкон покурить.
После чего счел долг вежливости исполненным и двинулся к балконной двери.
Конечно, упустить такой случай Юрий не мог. Он устремился следом, будто сам не мог прожить ни минуты без затяжки, хотя никогда в жизни не курил. А кто осудит, коли работа такая? Да и не о работе сейчас должна была пойти речь.
Вопреки ожиданиям репортера, Александр извлек из кармана вместо трубки сигарету. Балкон с одной стороны был крайним, с другой от соседского его отделяла стенка, и можно было считать условия достаточно уединенными.
– Я бы на вашем месте лучше ехал со своими людьми, – тихо сказал Юрий.
– Так сами видите – дела. – Пальцы полковника не дрожали. Никакого испуга он явно не испытывал.
– Но охота объявлена на вас.
– Почему именно на меня?
