– Я шел своей дорогой, увидел шарф, который высунулся из-под простыни, ею кого-то накрыли, подумал, что под простыней ты лежишь, вот и прибежал, даже упал, – быстро проговорил Маграр.
– Это, не я, это моя соседка по подъезду.
– А почему у нее твой белый шарф?
– У нее свой белый шарф, вот и у тебя я вижу белый шарф, но это не значит, что у тебя, мой шарф.
– Логично. А, что с соседкой произошло, почему она лежит на улице?
– Мог бы сам догадаться: она выпала из окна.
– Сама? Почему?
– По кочану и по капусте! Я не знаю почему, я ее увидела, когда выходила провожать Амгольда.
– Он сегодня раньше уехал?
– Ненамного раньше обычного времени, минут на пять.
– И не стал ждать, когда отвезут труп соседки?
– У него работа, он не может опаздывать, ты ведь ходишь в одно время по этой дороге.
– Твоя, правда. Милицию вызвали?
– Мы вызвали скорую помощь, думали, она еще жива. Ты чего мне допрос учинил? Шел бы на работу, а я сама подожду. Ты, где живешь?
– Меня сейчас зовут не Маграр, а Эдик, я и, правда, сегодня могу опоздать на работу, до свидания! – крикнул Маграр.
Он взбежал по лестнице на свою дорожку и пошел быстрым шагом. Я проводила его глазами, потом перевела их, на подъезжающую к подъезду, скорую помощь. Врач вышла из машины и подошла трупу под простыней, подняла простынь над головой, лицо женщины было прикрыто шарфом, подержала в руке ее руку:
– Пульса нет, – сказала врач, ни к кому не обращаясь, потом задумчиво посмотрела на труп женщины, и спросила у меня, – Вы что-нибудь видели? Милицию вызвали?
– Я соседку увидела на земле, когда вышла на крыльцо, думала, она жива и ей плохо, вот и вызвала по сотовому телефону скорую помощь, потом посмотрела на нее ближе, поняла, что она умерла и сбегала домой за белой простыней. Утро. Дети в школу идут, чтобы не напугались.
– Девушка, вы все правильно сделали, я, вызову специальные службы, и мы уедем, а вы уж их подождите, – сказала врач, вскочила в машину и уехала.
Я тоской смотрела на белую простыню на снегу и кусок белого шарфа, который опять высовывался из-под простыни в области головы. Подъехала милицейская машина, из нее легко выскочил на морозный воздух мужчина. Он кивнул мне головой, резко откинул простыню и застыл на месте. Я посмотрела туда, куда смотрел мужчина: лицо женщины было в маске, или точнее на ней лежала лепешка из теста, раньше я этого не заметила, из-за того, что лицо прикрывал шарф, а врач только трогала пульс, а шарф с лица не снимала. Приехавший милиционер в штатском снял с трупа одним жестом простыню и шарф.
– Она задохнулась под тестом, но почему она его с лица не сорвала? – спросил вслух мужчина, потом повернулся ко мне:
– Вы кто этой женщине приходитесь?
– Соседка по подъезду.
– Что знаете по этому поводу?
– Увидела ее на улице, лицо у нее было прикрыто шарфом, она не дышала. Я вызвала скорую помощь и накрыла простыней, больше ничего не делала и ничего не знаю.
– Как вы определи, что она не дышит, если шарф с лица не снимали?
– Пульс трогала, да и врач только пульс потрогала и уехала.
– Значит, врач была?
– Была.
– Знаю, кто приезжала, она всегда так делает, не лезет в наши дела, если случай безнадежный. В бумагах у нее будет полный отчет, а на месте преступления эта врач не задерживается. Меня, кстати зовут детектив Ваня. Да, мы с вами хорошо знакомы.
Только сейчас из машины вышли еще два человека, они сфотографировали труп на фотопленку и опять сели в машину. Подъехала еще одна машина и увезла труп. Я пошла к двери подъезда.
– Мариона, остановитесь, вы единственная свидетельница.
– Я не видела, как она умерла.
– Оставьте свои координаты, и тогда домой пойдете, я с вами должен поговорить.
Ваня, еще раз посмотрев на меня, уехал.
Глава 52
Странно, но думать о трупе ему не хотелось, он думал о Марионе в светлой куртке.
Подумав о ней, он решил, что с ней обязательно встретиться, после вскрытия трупа.
Ему дадут выписку о том, почему женщина умерла, и умудренный этими данными он поговорит с женщиной, пусть она его ум почувствует.
Я пришла домой, с ощущением, что мне плохо, я легла и уснула.
Детектив Ваня получив данные вскрытия, приступил к делу с трупом под тестом.
Вскрытие показало, что она не падала с девятого этажа, где живет, она умерла от удушья в тесте, это тесто на лице ей держали белым шарфом, одета она была так, словно выбежала из дома, чтобы открыть входную дверь в подъезд: в тапочках, брюках, вязаной кофте. Теперь он был готов встретиться с женщиной в светлой куртке. Я открыла дверь детективу Ване, он вел дело об убийстве соседки по подъезду.
– Мариона, что вы можете сказать о своей убитой соседке? Какой у нее характер?
Какой образ жизни она вела?
– Ее звали Маня, соседей редко зовут по имени и отчеству, последнее время она жила в общей квартире, у нее была комната в трех комнатной квартире, до этого у нее была однокомнатная квартира. У каждого своя комната и свои финансовые интересы, мы с ней практически не разговаривали, и почти не здоровались.
– А кто третий сосед или соседка?
– Третью комнату сдают хозяева много лет разным людям, сами живут в другом городе.
– С кем стоит из них поговорить?
– С другом ее соседа, он живет этажом ниже, под моей квартирой.
– У Мани были подруги?
– Не видела.
– А дети у нее были? В паспорте у нее сын Паша записан.
– Я видела ее сына, но давно.
– Крики или ругань в их квартире слышали?
– Глухо, у них двойные двери, но соседка этажом ниже их квартиры на них жаловалась, у нее слышимость лучше, чем через двери. С ней поговорите.
Детектив Ваня ушел делать опрос соседей. Я осталась одна. Семен Семенович только иногда живет у меня, гостит у меня неделю, потом исчезает, даже нового телефонного номера мне не оставляет.
На Рождество я скучала, новогодние елки еще светились празднично, по телевизору показывали золото церковной утвари и богослужение среди дорогих икон, я решила поехать к церкви, где проходило богослужение. Внутрь церкви попасть было трудно, но народ стекался на свет свечей и чистые звуки церковного пения. Для народа организовали крестный ход вокруг квартала с иконами, так толпа приобщилась к святыням церкви, внутри все было забито людьми. Я совершила с толпой крестный ход.
Амгольд подошел ко мне:
– Мариона, скучаешь одна, вот и помолиться пришла, к чему бы это?
– К Рождеству христову!
– Не, я все понимаю, но моя машина стоит через два квартала от церкви, могу доставить тебя, куда прикажите! Так, Мариона, идем быстро!
Амгольд взял меня под руку и быстро повел в сторону от церкви. За нами из толпы пошли два человека, но их я не видела, я почти бежала рядом с ним. Он быстро втолкнул меня в машину, она стояла с работающим мотором и завелась с пол оборота.
