«Я написал и пел «Yesterday», - жаловался Пол. - Я получал всего около пятнадцати процентов от тех денег, которые приносила эта песня, и я не считал это достаточным. Мне хотелось получать немного больше, чем пятнадцать процентов, и было бы очень благородно со стороны Майкла позвонить и сказать: «Я думаю, что пора бы пересмотреть твое соглашение». Денни Лейн, который, по последним слухам, ночевал на автомобильной стоянке в Виндзоре, мог бы сказать аналогичные слова по отношению к самому Полу, но у Маккартни были абсолютно субъективные взгляды на вещи, касающиеся бизнеса.
Но если его реакцию на поступок Джексона в отношении того, что Пол до сих пор считает своей собственностью, можно было предвидеть, то решение Маккартни не приобретать для себя компанию ATV все еще вызывает огромное удивление в музыкальных кругах. Конечно, он мог сам купить ее, при его заработках это стоило бы ему чуть более ежегодного дохода. Во время телевизионного интервью в Соединенных Штатах Питеру Брауну предложили дать этому объяснение. Когда его спросили, почему Маккартни не выкупил собственные песни, он ответил: «Потому что он скряга».
Это нежелание расставаться ни с одним из нулей своих денег, к которым он, по его словам, равнодушен, является не слишком привлекательной чертой характера Маккартни. Когда, например, в 1968 году Нил Аспинол женился, Пол придерживался мнения, что вполне достаточно будет скромного свадебного подарка. И только остальные трое «Битлз» настояли на том, чтобы их самому старому служащему, который так много сделал для успеха ансамбля, но никогда не был по достоинству вознагражден за свою преданность, в качестве свадебного подарка была куплена квартира в Найтсбридже.
Однако наибольшие основания для возмущения скупостью Маккартни были у Йоко Оно. Во время своего последнего телефонного разговора с Ленноном Маккартни, по его словам, обменялся несколькими фразами «о его семье, о моей семье». Однако его отношения с Йоко всегда были враждебными. «Иметь с ней деловые отношения было очень трудно», - говорила Линда в 1984 году. То же самое в отношении Маккартни говорила Йоко.
Вскоре после смерти Леннона трое «Битлз» прилетели в Нью-Йорк, чтобы встретиться в отеле «Плаза» с Йоко, которая с готовностью пришла на эту встречу. Предметом разговора были финансовые трудности, возникшие после смерти Леннона. Вспоминая, Йоко говорила, что с ней даже не советовались: она ждала за дверьми комнаты, пока Харрисон, Ринго и Маккартни решали, что делать, хотя так ничего и не решили. Как позже она рассказывала в своем окружении, по предложению Ринго и при согласии Маккартни все деньги были заморожены «до окончательного решения всех вопросов». Йоко с горечью жаловалась, что подобное решение оставило ее без денег. Как говорил один из ее служащих, «Йоко в течение нескольких месяцев оставалась вообще без денег».
Принимая во внимание ее желание выставить себя в более выгодном свете и представить Маккартни настоящим злодеем, Йоко, конечно, могла преувеличивать, чтобы подчеркнуть то, что она назвала «бессердечностью» бывшего партнера своего мужа. Хотя нет сомнений, что Йоко чувствовала, как грубо с ней поступили, и денежный вопрос был только частью этого отношения. Но это были тяжелые времена для всех, кто был связан с «Битлз», и особенно для Маккартни.
Джон всегда был для Пола очень близким человеком (как подчеркивал Джон, они были «Битлз» потому, что вместе писали песни), и смерть Леннона буквально сбила с толку Пола, одновременно напугав его. Всегда самый доступный и спокойный из поп-звезд, ездящий на автобусе или поезде и с удовольствием раздающий автографы или подмигивающий и показывающий большой палец поклонникам, он почувствовал необходимость нанять профессиональных телохранителей и превратить свой дом в Суссексе в крепость, оборудованную современными средствами наблюдения. Пол решил прекратить всякие гастроли.
Как раз в это время он переживал один из творческих кризисов, поражавших его каждое десятилетие, и этот кризис усугублялся смертью Леннона. После скандала в Японии ансамбль «Уингз» распался. К этому времени Маккартни подписал контракт с компанией «Коламбиа» стоимостью в 20 миллионов долларов на создание музыкального оформления к кинофильмам. Однако даже деньги не смогли вдохновить его, и качество пластинок заметно ухудшилось. Йоко, никогда не упускавшая возможности задеть Маккартни, с удовольствием рассказывала своим друзьям, как она сказала Полу: «Ведь ты тот человек, который написал «Hey Jude», а теперь ты пишешь всякую чепуху. Как случилось, что ты больше не в состоянии писать великие песни?»
В попытке возродить свои творческие способности Маккартни снова ударился в музыкальное партнерство, сначала со Стивом Уандером в песне «Ebony and Ivory», а затем с Майклом Джексоном в песнях «The Girl is Mine» и «Say Say Say». В коммерческом отношении песни оказались довольно удачными, а песню «Ebony and Ivory» Маккартни всячески защищал, рассматривая ее как благородный призыв к расовой терпимости. Однако это были не те песни, которые могли бы заслужить одобрение Йоко.
Незадолго до смерти Леннон заметил: «Пол очень способный лирик, который сам не осознает этого. Вместо того чтобы выискивать проблемы, ему бы лучше избегать их». Маккартни был достаточно честен перед собой, чтобы понять, что его музыка стала хуже той, которую он писал раньше. Пол говорил: «Сочинение песен - это словно заноза в теле, и чем больнее она жалит в случае неудачи, тем сильнее желание работать».
К сожалению, те проблемы, которые теперь окружали Маккартни, были совсем не теми, которые могли бы вылиться в песню. Он был настолько богат, насколько вообще об этом можно мечтать. «Страсть к деньгам у меня пропала», - говорил он. Пол был женатым человеком, интересующимся в первую очередь семьей, которая по вечерам собиралась возле телевизора. «Если считаешь себя удовлетворенным, то не будешь писать гневные стихи и песни», - говорил Пол.
Чтобы взбодрить себя, он решил создать фильм. Но лучше бы он оставался дома и больше смотрел телевизор. Он же ринулся в мир кино и сделал фильм «Give My Regards to Broadstreet». Пытаясь проверить свои возможности в другом ремесле, Пол написал сценарий и снялся в главной роли в фильме, который обошелся ему в девять миллионов долларов. Он говорил: «Это фильм обо мне и о том, что происходит со мной». Однако это уже никого не тронуло. Фильм оказался явно неудачным, он был логическим продолжением фильма «Magical Mystery Tour».
Конечно, можно было воспользоваться помощью профессионалов, но Маккартни, убежденный в собственных способностях, проигнорировал это. «Я считаю, что гораздо труднее, когда идея чья-то чужая, а не твоя собственная», - говорил он. Ливерпульский драматург Вилли Расселл, написавший популярную пьесу «Джон, Пол, Джордж, Ринго и Берт», набросал проект сценария, но Маккартни сказал: «Это не совсем совпадает с моими мыслями» - и написал собственный сценарий, в основу которого легла история о музыканте, потерявшем пленки с записями. Такая история как-то произошла с Маккартни в одной из дорожных пробок.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
