— Я хотел получить консультацию по одному щекотливому вопросу, пра.
— У нас?
— У вас… коллега.
Инквизитор вздрогнул, и это ясно показало, что я не ошибся. Под личиной монаха скрывался бывший некромант, который, видимо, купил себе жизнь тем, что в критический момент отрекся от черной магии и перешел в стан ее противников. Но этот взгляд, эту ауру — их он подделать не мог.
— Что вам угодно? — прошипел он, мигом меняясь в лице.
— Я расследую цепь таинственных смертей, произошедших в замке Беркана. Как мне стало известно, это начало происходить вскоре после странной насильственной смерти сэра Робера Берканы, одного из наследников фамилии… якобы смерти, — уточнил, бросив взгляд на присутствующего здесь герцога. — Его сестра, леди Руна Беркана, была обеспокоена этим и вызвала некроманта. Очевидно, для того чтобы он — то есть я! — упокоил труп ее брата и остановил поток смертей. Однако мне удалось выяснить, что, во-первых, в некрополе находится тело другого человека, а во-вторых, все таинственные смерти связаны с тем, что некто в замке вовсю использует черную магию.
— То есть занимается некромантией?
Что-то в тоне бывшего коллеги мне не понравилось. И то, как загорелись глаза, и как он сделал несколько шагов мне навстречу, и как хищно напряглись его пальцы.
— Вы неправильно меня поняли, коллега. — Я намеренно выделил это слово. — Некромантия — лишь одна из отраслей черной магии, вам ли это не знать! И я ни за что не поверю, что инквизиция не ведает о том, что из себя представляют представители рода Беркана на самом деле!
— Беркана — суть творения черной магии, — прошептал инквизитор.
— Да, и сейчас там происходит что-то странное и опасное. Насколько я понимаю, сэр Робер пытался вывести их на чистую воду…
— И напрасно! Мы были против его вмешательства! Его поступок, когда он отправил вместо своего тела это… этот труп… никоим образом не заслуживает одобрения!
— Не стоит осуждать столь категорично человека, который всего-навсего пытался защитить свою жизнь! — рискнул я перебить собеседника, пока тот не сказал еще чего-нибудь. — Я прибыл сюда, дабы проконсультироваться у вас, как можно исправить творимое зло. И для начала позвольте мне узнать, где похоронена бывшая кормилица леди Руны Беркана?
— Здесь. — Инквизитор испустил тяжкий вздох. — Разумеется, здесь. Но как вы догадались?
Услышав шаги, она стремительно обернулась. Хлопок распахнутой двери слился с ее тревожным вопросом:
— Что?
— Все готово.
— Сейчас? — Она крепко сжала руки. Ладони вдруг запотели. — А он… согласен?
— Пока нет. Но мы больше не можем ждать. Надо рискнуть!
— А если ничего не получится? — Сомнения грызли изнутри.
— У нас должно все получиться! Ты должна мне верить, сестренка! Мы делаем это не ради нас с тобой — мы делаем это ради всех. Общее счастье стоит одной жертвы!
ГЛАВА 14
К воротам замка Беркана я подъехал в самом мрачном расположении духа. Разговор на кладбище с призраком умершей кормилицы совершенно выбил меня из колеи. Бедная женщина так страдала даже за порогом жизни, так мучилась от переживаний, что в обмен на посмертный покой без колебаний согласилась выдать чужую тайну. К несчастью, ее признание только еще все больше запутало, но зато подтвердило кое-какие подозрения. Она просила лишь сохранить жизнь ее дочери. Скрепя сердце, я дал свое согласие — при условии, что эта самая дочь не будет угрожать моей жизни напрямую.
Теперь надо было придумать, что делать с теми знаниями, которыми я располагаю. Самое простое было попытаться как-то остановить виновного — или, вернее, виновницу, — но в глубине души все восставало против этого.
Робер Беркана вполне разделял мои опасения. Перед расставанием — мы простились недалеко от стен замка, возле оврагов, где нас в весенних сумерках не могли видеть часовые, — он еще раз заглянул мне в глаза и спросил:
— Что же теперь делать?
Присутствовавший при «беседе» с духом кормилицы, молодой герцог был шокирован ее откровениями не меньше. Похоже, большего потрясения он не испытывал с того дня, когда мать открыла правду о его происхождении. Но держался он молодцом и даже как-то нравился мне. Вот странно! Мы были знакомы всего несколько часов, но уже ощутили доверие друг к другу. И сейчас я прибыл в замок с твердым намерением помочь сэру Роберу установить истину.
Еще с первых шагов — а я не отправился к парадному входу, а предпочел сделать небольшой крюк по поместью, проехав в непосредственной близости от храма Смерти, входа в некрополь и на кладбище, то есть вошел в замок через боковые двери, — от самого порога мне почудилось, что все изменилось. На кладбище было неспокойно — между деревьями стоял туман, довольно редкий в это время года. В нем внимательный взгляд некроманта мог различить полупрозрачные тени — те души, которые не отправились на вересковые пустоши, сейчас пробудились и летали вокруг своих могил. На ближайшем надгробии сидел какой-то местный дух с крылышками и копытами, двумя лапками держал свирель и смотрел на громаду замка горящими глазами.
— Бу! — в шутку припугнул его я.
Дух встрепенулся, оскалил острые клыки и растворился в воздухе.
В воздухе над шпилем храма Смерти в сиреневых весенних сумерках вспыхивали и гасли огоньки. Невнимательному наблюдателю — да просто человеку, лишенному воображения, — они бы показались первыми звездами. Но я-то знал правду и почувствовал себя неуютно. Все это говорило только об одном: где-то поблизости готовится волшба, копятся силы для решающего действа.
В замке, несмотря на время ужина, стоял дым коромыслом. Не раздавалось звуков пира, а слуги сновали туда-сюда отнюдь не с переменами блюд. Все казались чем-то озабоченными. Слышались взволнованные голоса. Что-то произошло, пока меня не было. Что-то такое, по сравнению с чем мой отъезд и возвращение прошли незамеченными. Еще кто-то умер? Не верю! Я не чувствовал прихода Смерти.
Изрядно поредевшее семейство собралось в пиршественном зале, но столы не спешили накрываться, а лорды и леди сбились вместе. Собственно, здесь были далеко не все: леди Руна и ее мать, миледи Илона, в два голоса утешали рыдающую леди Герду. В соседнем кресле застыл, невидящими глазами уставившись в пустой камин, старый герцог Роман Беркана. Возле него нерешительно топтался Май, явно порывавшийся куда-то бежать и что-то делать.
Пробегавший мимо оруженосец толкнул меня локтем.
— О, мэтр! Прошу простить…
На это восклицание обернулись сразу все.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
