Читаем без скачивания Конан и Морская Ведьма - Сэм Феллан

Итак, у меня теперь тело прекрасной Мкори, — торжественно заключила ведьма. — А тебе придется удовольствоваться изувеченным обрубком, который твой отец оставил мне. В любом случае, если ты хочешь смерти, тебе не придется долго ждать. Скилреди скоро придут сюда, чтобы поужинать. Я предоставлю тебе свободу выбора. Сходить на ужин к скилредям или пожить пока в новом теле.

Потихоньку до Лейжеса стал доходить смысл происходящего. В измученное болью сознание юноши проникло понимание того, что Эфрель каким-то образом украла тело его возлюбленной.

Преступление было столь чудовищно, что оно даже не укладывалось в голове. Тем не менее, колдунье как-то удалось сделать это. Паутина бреда и исступления потихоньку рассеялась, и он стал соображать более четко. Силы внезапно вернулись в его тело. Боль отступила.

С хриплым криком «Эфрель!» Лейжес спрыгнул с низкого балкона и побежал к злобному существу, которое прикрывалось, как маскарадным костюмом, телом Мкори.

Эфрель удивленно повернулась на крик, и хотела, было, поднять руку, чтобы остановить несущегося к ней окровавленного воина заклинанием. Заклинанием, которым она поймала в ловушку своих врагов, и которое давало ей силу и власть над всеми, вошедшими без ее ведома и разрешения в ее крепость. Но у нее уже не было времени сдержать мстительного призрака. Лейжес погрузил свой клинок в грудь некогда любимого тела. Он пронзил оскверненную красоту холодной сталью.

Эфрель вскрикнула. Яркая кровь хлынула из раны. Пальцы колдуньи тщетно хватались за клинок. Ее глаза зло блеснули, словно королева пыталась сконцентрировать на чем-то все свое внимание, а затем потускнели. Лейжес, не отрываясь, смотрел на девушку, которую любил.

Но колдунья опять всех перехитрила. Сбежав из умирающей оболочки, Эфрель поменяла физические оковы и снова вернулась в свое изуродованное тело. А душу Мкори она отдала убитой плоти девушки.

— Лейжес, спасибо тебе… Я… — Слабый голос оборвался, и Лейжес взглянул в мертвые глаза своей возлюбленной еще раз.

Он вновь начал звать ее по имени. Но слова захлебнулись в сильном потоке густой крови, хлынувшем из его горла. Последняя вспышка сил иссякла, и Лейжес упал замертво на тело своей возлюбленной.

Все это произошло за считанные секунды, однако происшествие отвлекло колдунью, и ее заклинание чуть-чуть ослабло. Пытаясь воспользоваться этим, чтобы вырваться из-иод влияния магии, Конан изо всех сил напрягал свои мускулы и заставил повиноваться собственные губы. Медленно и очень старательно Конан прохрипел слова контрзаговора, которому давным-давно научил его один из колдунов далекого Кхитая. Главное, не ошибиться! Только бы он правильно распознал секрет Эфрель!

Контрзаклинание сработало, и Конан оказался на свободе. И не только Конан. Все воины начали потихоньку выходить из транса.

Но в этот момент на полу зашевелилось изувеченное тело колдуньи. Обретя свою старую плоть, дух Эфрель быстро освоился в старом теле. Одинокий глаз колдуньи сверкнул бешенной ненавистью.

Поднявшись на ноги перед оцепеневшими солдатами, она открыла рот, чтобы вновь наложить свое заклинание.

С быстротой молнии Конан выхватил копье у одного из солдат. Прежде, чем колдунье удалось произнести хотя бы слово, киммериец вонзил острие прямо в ее сердце.

Сильный удар отшвырнул Эфрель на пол. Она упала навзничь и стала извиваться на черных камнях, подобно пронзенной змее. Силы постепенно оставляли ее. Безумный смех кровавой пеной сорвался с губ. Колдунья издала последний жуткий вопль: «Отец!» и затихла.

Однако ужасы на этом не кончились. И последний кошмар превзошел все предыдущие. Очертания изуродованного мертвого тела Эфрель стали меняться на глазах у присутствующих. Пальцы рук потеряли свои суставы и стали значительно короче. Голова втянулась в туловище, а рот и нос соединились в одну громадную дыру, в то время как разрушенные глаза стали круглыми и белыми. Кожа потемнела и заблестела, словно смазанная слизью, просачивающейся сквозь раздувшуюся мерзкую плоть. Изуродованные ноги стали бескостными и тонкими. Они почти растворились. И, в конце концов, труп Эфрель превратился в обезображенную тушу скилреди. На мгновение даже Конан застыл от неожиданности, но потом, схватив большую горящую масляную лампу, поднял массивный медный сосуд высоко над головой и с силой бросил его вниз на труп чудовища. Поток горящего масла вылился на мерзость — получеловека-полускилредь. Облака вонючего дыма поднялись от потрескивающего погребального костра. Не успело еще эхо предсмертного крика Эфрель замереть под сводами мрачной пещеры, как в черном бассейне появились скилреди. Приглашенные заранее на пир твари, а их прибыло несколько десятков, были готовы получить свою праздничную трапезу. Морские демоны высовывали свои щупальца и хватали тех, кто оказался ближе к краю бассейна. Они утаскивали свои жертвы на дно, в черную воду. Солдаты, еще не успев отойти от предыдущей ужасной картины, не сразу поняли, какая страшная участь их ожидает, если они не отойдут от края бассейна.

— Назад! — закричал Конан. Схватив Арбаса, который еще находился в оцепенении, он рванулся к лестнице.

Чудовища, по-видимому, догадались о трагедии, разыгравшейся в пещере и стали проявлять агрессивность, словно вымещая свою злобу на заговорщиках. Теперь уже из бассейна высовывались и громадные черные щупальца араишей. Каким-то чудом этим бескостным тварям удалось протиснуться через довольно узкий для них тоннель, и они приплыли на пир вместе со своими господами.

Подобно гигантским косам, их щупальца сметали все вокруг, дотягиваясь до самых дальних углов пещеры. Они дюжинами опрокидывали людей на камни, а затем затаскивали их в бурлящую воду. При каждом взмахе щупалец араиши еще умудрялись схватить кого-нибудь своими присосками. Огромные лампы попадали на пол, разливая вокруг масло. Образовавшиеся ручейки пламени ярко пылали на голых камнях.

Конан первым достиг лестницы. За ним, не отставая, бежал Арбас. Позади них раздавались вопли людей, а в сполохах огня мелькали пирующие черные тени.

И вскоре тьма поглотила пещеру и всех, кто в ней был.

С палубы «Айры-Тейвинга» Конан пристально смотрел, как растворяются в туманной дымке на горизонте черные руины, одиноко возвышавшиеся над плоской береговой линией острова Пеллин.

Когда он, вырвавшись из подземной пещеры Дан-Легеха, поднялся наверх, то обнаружил, что его войско уже почти все перебито. Особенно большие потери они понесли из-за того, что неожиданно пришлось сражаться с людьми Лейжеса, да и омерзительная сцена в пещере Эфрель забрала много жизней. Все это нанесло смертельный удар по далеко идущим планам Конана. Теперь, когда все жители острова поднялись на борьбу с ним, бесполезно было и пытаться победить упрямых пеллинитов столь малочисленными силами.