Тэйтэ фыркнула, громко и пренебрежительно.
— Понимаешь, — произнесла она задумчиво. — Слишком много людей в империи традиционно боятся магов. Их еще бабушки в раннем детстве запугали страшными сказками. Это первое. Именно из-за этого совсем нехорошо получится, если мы появимся непонятно откуда в людном месте. Наверняка последует паника, будут вопли о злобных колдунах, которые пришли захватывать в рабство несчастных людей и прочие сопутствующие глупости. Поэтому появимся мы в безлюдном месте. Второе, что для народа империи не менее важно бабушкиных сказок, это этикет. А он говорит, что приличные люди просто так не являются в гости. Исключения делаются только для очень близких родственников. Так вот, нам полагается послать кого-то в ближайший к лесу город, точнее пойдут командиры, но это уже частности. Они там представится градоначальнику, которого о нашем прибытии и без того предупредили. Градоначальник сделает вид, что впервые о нас слышит, расспросит о всякой ерунде, вроде урожаев зерновых и выпишет подорожную своей собственной рукой. Это, кстати, высочайший признак уважения. Потом секретари градоначальника скопируют эту подорожную в нужном нам количестве. Примерно так и закончится первый день нашего пребывания в империи. Прийти туда хотя бы после того как командиры получат подорожные мы не можем, это оскорбление и о подобных оскорблениях всегда тем или иным способом узнают. Так что придется сидеть в лесу и делать вид, что нас тут нет.
— А второй день? — спросил Хаски, размышляя о том, как они все поместятся в несчастный домик, и есть ли там на чем спать. Он, конечно, может поспать и на полу, но не тогда, когда кто-то вроде Рино будет лежать хотя бы на матрасе набитом соломой.
— А на второй день градоправитель отправит гонца к императору со счастливой вестью о нашем прибытии и мы, наконец, пойдем в город.
— Занятный этикет, — признал Хаски.
Каждый сходит с ума по своему, и жители империи в этом вопросе простых путей не ищут. Лишь бы не оказалось, что по их этикету нужно сверять с ближайшим градоправителем любое свое движение. Бывшего командира ведь как-то искать надо. А то пока со всеми раскланяешься, эта сволочь успеет исчезнуть из предела.
Впрочем, скучно не будет.
Эту простую истину Хаски понял в тот момент, когда прошел сквозь линзу и увидел, с каким нездоровым любопытством на него смотрят трое из пятерых присутствующих на поляне помощников. Тоже желают обвинить в том, что звание ему досталось не по праву? Заняться им больше нечем?
Хаски тряхнул головой, посмотрел на изображавшего приветственную улыбку для Ленока Тошиминэ, перевел взгляд на задумчивого Тиаша и обернулся к Тэйтэ.
— У нас ведь есть свободный день? — спросил у блондинки.
Она кивнула.
— А у тебя наверняка припрятана бутылка…
— Напиться хочешь? — насмешливо спросила вторая помощник.
— Нет, согреться. Где-нибудь подальше от этой компании. Чувствую, что долго я их не выдержу. А бить лица коллегам из соседних секторов нехорошо.
— Думаешь, выпитый алкоголь тебя оправдает?
— Наверняка, — улыбнулся Хаски. — Выпил, расслабился. А тут они. Но это только в том случае, если кто-то из многоуважаемых коллег решит поискать меня в лесу.
— Берешь пример с подчиненных вечно прячущихся по кустам?
— А почему бы и нет? У нас целый свободный день. В течение которого мы должны сидеть в этом лесу и делать вид, что нас тут нет. Искать никого мы не можем. Заняться нечем. Я ведь правильно понимаю — следы применения плетений могут напугать местных жителей?
— Могут, — подтвердила блондинка. — И бутылка у меня есть. Только давай подождем ухода Феринэ, Ленока и, Тошиминэ. Порядочные помощники не должны нарушать дисциплину в присутствии командиров.
— Давай подождем, — согласился Хаски.
Тиаш жизнерадостно кивнул, решив, что без него распитие бутылки не обойдется.
Спрятаться от коллег сразу по отбытии командиров не получилось. Пришлось заглянуть в домик, удивленно посмотреть на внутреннее пространство, больше всего напоминавшее тюремную камеру рассчитанную на два десятка постояльцев. У этой камеры было только две вещи, которые могли примирить с ее неприглядным видом. Внутри домик оказался раза в три больше, чем снаружи, и выстроившихся в два ряда кроватей было гораздо больше, чем претендентов на них. На этом преимущества заканчивались. Сквозняки в домике гуляли такие, словно это был школьный класс в котором учили детей различать просто ветер и ветер кем-то созданный, или призванный. Хаски точно не помнил, как оно называется, а спросить у кого-то было неловко. Первый помощник все-таки.
Огромный камин, делавший вид, что он способен обогреть это помещение при должном старании желающих его растопить и всю ночь подбрасывать дрова в неимоверных количествах, на самом деле был скорее дизайнерским изыском. Тем более запаса дров никто найти не смог, а рубить их — не захотел.
О еде, воде и прочих удобствах хозяева тоже побеспокоиться забыли.
— Гостеприимство Яжега Северного во всей его красе, — фыркнула Тэйтэ. — Старый хрыч экономит на чем только может.
Хаски пожал плечами. Им-то в принципе все равно. Благодаря поделкам помощницы Ферине не замерзнут. А вот как тут ночуют другие несчастные совершенно непонятно. Наверное, если вырыть в сугробе пещеру и набиться туда всей толпой, будет теплее.
— И главное, умный сволочь, — продолжила рассуждать блондинка, заметив, что на нее с интересом смотрят все присутствующие. — Домик явно поддавался воздействию магии, обратное вряд ли кто-то сможет доказать. Поэтому отсутствие запасов можно объяснить тем, что селяне из ближайшей деревеньки боятся к нему подходить, а кто-то умный и образованный из родового замка прибудет не раньше завтрашнего вечера. С другой стороны, магия же и защищает домик от грабителей и разбойников, которые не прочь найти на зиму более надежное жилье, чем неглубокие землянки и шалаши из веток.
— А из города никто не мог прийти? — спросила Санья, брезгливо рассматривая отродясь нестиранное одеяло.
— Нет, город не принадлежит семье, а звать кого-то со стороны, значит нанести гостям оскорбление.
— Меня больше этот домик оскорбляет, — сказал Тиаш.
— Брось ему вызов, — улыбнулась блондинка.
— Хозяину? — с надеждой спросил Тиаш.
— Нет, домику. Чтобы бросить вызов хозяину, нужно сначала доказать, что он преднамеренно довел это строение до оскорбляющего тебя вида. А если тебе это и удастся, то первенство в вызове будет принадлежать императору, потому что мы его гости. Как ты понимаешь, император сам сражаться не будет, у него для этого есть заместитель, встречу с которым пока ни один противник не пережил. В общем, безнадежно оно. Я же говорю, умная сволочь. Понимает, что обиженные захотят отплатить за оскорбление собственными руками, не опускаясь до жалоб кому бы то ни было. А это невозможно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
