Я просканировал тело. Особых повреждений не наблюдалось. Обычные синяки и ссадины, обычные для трупа, когда его волокут по земле, а потом бросают в машину.
Неожиданно машина начала притормаживать. Я насторожился. Что это? Мы приехали? Надо готовиться к атаке?
Откуда‑то издалека донесся голос Ленивого Тигра:
– Добрый вечер, офицер!
– Добрый вечер, – ответил чужой голос, но чем‑то знакомый. – Проверка документов.
– Да‑да, конечно.
Возникла пауза. У меня закралась в голову мысль – а не стукнуть ли в крышку багажника? А что? Мысль здравая. Лучше уж с полицейскими разбираться, чем со своими сотоварищами по цеху.
Я напряг ноги и что было силы ударил в крышку багажника. Руки всё также были скованы за спиной, поэтому не мог сделать никакого оммёдо, но вот ударить от души в крышку…
– Что там у вас? – тут же откликнулся чужой голос.
– Да это собаку нашли на дороге. Кто‑то переехал ей лапу, да и бросил, – раздался голос Малыша Джо. – А мы везем в ветеринарную больницу.
– Они всё пиздят!!! – что было силы заорал я и снова саданул в крышку. – Это насильники! Хотят трахнуть малолетку!
– Что‑о‑о?
– Офицер, подождите! Мы сейчас всё объясним! Что вы делаете? Не стреляйте!
Бах! Бах!
В ночной тишине прозвучали два выстрела. После этого крышка багажника тренькнула и распахнулась.
– Вылезай, малолетка, – послышался голос полицейского. – Сегодня трахать тебя не будут.
Темный пластик разошелся под воздействием острого ножа. Ко мне протянулась рука. Я за неё ухватился и вывалился наружу из багажника машины. Уставился на улыбающееся лицо Хаяси. Он был одет в форму полицейского, и полицейская же машина стояла чуть поодаль. Мы находились на небольшой трассе, вокруг была темная ночь и только редкие машины проносились со слепящими глазами вдаль.
Но мало того – к красной «Тойоте» Тигра подходил мастер Нагаи! Он шел неторопливо и улыбался так, что его лицо превратилось в подобие печеного яблочка.
– Как вы здесь? – только и смог я спросить.
– А об этом ты должен узнать у своего сэнсэя Норобу. Он организовал всё это, и он теперь наблюдает за тем, как обувают Кибаято.
– Но как? Что это вообще всё значит?
– Изаму‑сан, не мути воду раньше времени. Сэнсэй Норобу всё организует и потом тебе расскажет. Сейчас прыгай в машину.
Я заметил, что мастер Нагаи втирает какой‑то из своих порошков в лбы Тигра и Малыша Джо. При этом он негромко что‑то им говорит. Заметил, что из руки одного и груди второго торчат небольшие дротики. Снотворное? Я прислушался.
– Вы сбросили тело Тени в Токийский залив и решили вернуться обратно. По пути вас сморил сон, и вы решили остановиться, отдохнуть. Через полчаса вы проснетесь и вернетесь в игровой дом. Там вы сообщите господину Кибаято, что выполнили приказ.
И так раз за разом.
Я не стал слушать больше двух раз, а полез внутрь полицейской машины. Вскоре ко мне присоединились и мастер Нагаи и Хаяси. Мастер Нагаи передал водителю два вытащенных дротика. Хаяси поклонился в ответ.
– Мастер, а вы недавно не давали кое‑кому порошок, от которого становилось очень холодно? – спросил я, когда мы тронулись.
– Эх, молодой хинин, я такой добрый и такой забывчивый. Я всё время забываю, кому и что давал, – уклончиво ответил мастер.
– Но всё равно – спасибо вам за помощь.
– Пустяки. Мне иногда хочется прокатиться перед сном… в полицейской машине, – хихикнул мастер Нагаи.
Дальше на все вопросы они отвечали одной и той же фразой: «Узнаешь у сэнсэя Норобу». Хаяси завез мастера в дом Окамото, где мы очень тепло распрощались. Из‑за поздней ночи решили не будить Масаши. Завтра с ним в школе увидимся. Или уже сегодня?
После этого Хаяси завез меня домой. Обрадованный Киоси сразу же выпрыгнул из своей палатки и начал скакать вокруг меня радостным щенком.
– Изаму! Изаму! Ты вернулся! Ты живой! Изаму‑сан!
– Ну тихо, тихо, а то всю улицу перебудишь. Где сэнсэй Норобу?
– Он сказал, что скоро будет.
– Как сказал? Он же оставался у игрового клуба.
– Сэнсэй Норобу звонил. Он просил поставить чайник и ждать его.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Да? Тогда пойдем ставить чайник.
Возле порога Киоси замешкался. Я оглянулся на него:
– Ты чего?
– Он не велел мне без него заходить.
– Да ладно, пойдем. Под мою ответственность. Ты же недавно помогал ему, чего сейчас‑то случится?
Радостный Киоси промчался вперед меня и тут же раздался звон разбитой посуды. Киоси молнией вылетел наружу:
– Слушай, Изаму‑кун, там на полу тарелка разбитая валяется. Может это специально? Давай лучше подождем сэнсэя?
– Пойдем, я сейчас её уберу. Только ты не прыгай больше. Постарайся медленно дойти до столика и сесть. Всё, больше от тебя ничего не требуется.
Киоси понятливо кивнул. Мы зашли в дом и начали дожидаться сэнсэя с остальными. Я убрал разбитую тарелку. Конечно же сэнсэй заметит её отсутствие, будет ругаться, но пускай… Я сегодня перенес столько, что какая‑то тарелка уже роли не сыграет.
Уже под утро появился сэнсэй с кожаной сумкой в руках. Он улыбался так, что десны поблескивали в тех местах, где раньше были коренные зубы.
– Всё нормально! – бухнул он сумку на столик. – Операция завершена, Кибаято пустился в бега.
– Да? А меня о вашей операции можно было предупредить? – потянул я за бегунок сумки. – Ох и ни хуя себе!
Сумка была почти под завязку набита пачками иен.
– Это что?
– Это наша доля. Вернее, наша с тобой и Акеми. Утром отнесешь ей. А сейчас выпьем чаю и спать.
У нас с Киоси глаза вылезли наружу.
– Какое спать? Пока ты всё не расскажешь, мы же не уснем. И вообще, могли бы меня предупредить о вашей операции!
– Не могли, – покачал головой сэнсэй. – Ты мог нас непроизвольно сдать, а так… А так и волки целы, и овцы сыты.
– А где остальные? Где старая гвардия?
– Разъехались по домам. Уже получили свои доли и рванули на такси. Эх, вижу, что всё равно поспать не дадите. Ладно, слушайте…
Сэнсэй начал говорить неспешно, прихлебывая чай.
Как оказалось, мой план не просто разнесли в пух и прах, как глупый и несостоятельный, но и решили наложить на него свою задумку. Старая гвардия разыграла благородных мошенников, выдающих молодого хинина, с одной только целью – втереться в доверие к Кибаято.
А я едва в вентиляционном переходе не застрял!
Так вот, чтобы я ничего не знал и не смог их выдать, они сыграли в свою игру. Они подсыпали рвотное в еду Акеми, отчего девушка не смогла выйти на работу. Тем самым старая гвардия обезопасила девушку от гнева Кибаято. Дальше они специально выдали меня, чтобы предложить Кибаято сыграть краплеными картами с более крупной рыбехой. Когда я выдал достаточно информации, то Бизон нейтрализовал действие порошка правды очередной разработкой мастера Нагаи, а потом и вовсе вывел из игры имитацией убийства.
Эта имитация произвела на Кибаято очень большое впечатление. Он даже послал Тигра и Малыша Джо сбросить моё тело в Токийский залив. Этим самым он вовсе оставил игровой клуб без охраны. Старой гвардии это было нужно для беспрепятственного отхода после их Большой Игры. Чтобы ни у кого не возникло подозрений.
На пути выставили заслон из Хаяси с дротиками, заряженными снотворным, и мастера Нагаи, который должен был обставить мой уход должным образом. Как оказалось, мастер Нагаи тоже состоял в старой гвардии. Вот это было новостью даже для меня.
А с моим уходом взялись обсаживать самого Кибаято.
Да‑да, мошенники присели на уши боссу игрового клуба и сказали, что сейчас среди них играет крупный бизнесмен, недавно продавший три дома на побережье. В кубышке этого бизнесмена валялось полмиллиарда иен. И если молодой хинин был настолько туп, чтобы подарить им возможность сыграть краплеными картами, то глупо было бы этим не воспользоваться.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Они взяли господина Кибаято в долю и успешно выиграли у вежливого бизнесмена все пятьсот миллионов. В это время к бизнесмену то и дело подходили люди с разного рода просьбами и вопросами. Он огрызался и всеми силами показывал, что занят. Этим он показывал свою важность. Да и сложно было не поверить ухоженному моложавому мужчине свыше пятидесяти в дорогом костюме и с дорогими перстнями.
