Последние слова стали отдаленным эхом в моей пустой от усталости голове. Я вздохнула, принимая вновь себя и физически, и духовно. Мой затылок лежал на чьих-то коленях, кто-то заботливо перевернул мокрую тряпицу на моем лбу, на животе лежала ладонь, которая грела и защищала то, что было внутри. Облегчение наполнило меня, потому что я до сих пор полностью ощущала ребенка внутри. Я была дико и безумно рада, что путешествие во тьму не закончилось фатально.
-Она пришла в себе? – взволнованно спросил Роуп, опустившись подле на колени. Я ощутила порыв воздуха, который он вызывал. Тут же поспешила притупить свой Динео, который бесконтрольно вырывался наружу. К счастью, последствиями была только слабость и недомогание.
-Я думаю, что да, но пока ничего убедительного сказать не могу. Ты ощутил ее Динео?
-Безусловно, - подтвердил Роуп.- Мощная вспышка.
-Надеюсь, она себе не навредила.- Пальцы на моем животе дрогнули, но Хелл держал себя в руках.
Как же хотелось его успокоить, но силы пока еще не полностью вернулись, так что я могла только дышать и осознавать себя. Но постепенно все возвращалось в прежнее состояние, я нуждалась только во времени. Жаль, что не могла себе его дать. Пусть и отчаянно пыталась.
-Хелл… - невнятно позвала я.
Бастард тут же наклонился к моему лицу, я ощутила недовольство Роупа, он резко поднялся и, хлопнув дверью, ушел. Я не понимала его обиды, но разбираться сейчас в этом не было смысла. Оставалось только верить, что Наставник справиться со своим гневом, и тьма не вырвется наружу.
-Эв… - облегчено выдохнул Хелл. Длинные пальцы переместились на лицо, бастард постарался осторожно переместить мою голову на подушку. Его лицо вдруг оказалось подо мной, щеку обожгло взволнованное прерывистое дыхание.
Голова слегка кружилась, но пульсациями в тело возвращалась энергия, отобранная общением с Янро. То, что он мне рассказал, стоило того, я могла только терпеть.
-Что же ты натворила? – возмущенно спросил бастард, глаза его не сходили с моего лица. Во взгляде читалась ласка и забота, он весь дрожал от волнения и беспокойства, пропуская через себя весь спектр чувств, в которых ранее себе отказывал.
На губы попала влага, я жадно глотала воду, ощущая облегчение в засохшей гортани.
-Спасибо, - прошептала я, стараясь не переоценивать своих возможностей. Опираясь на руку бастарда, я пыталась подняться, и у меня это получилось. Спина уткнулась в спинку перевернутого стула, с которого, судя по всему, вскочил Хелл, когда я упала без сознания.
-Ты скажешь мне, что это было?
Я открыла рот, но потом вдруг передумала. Стоило ли Хеллу знать обо всем? К сожалению, я не могла что-то скрывать от своего друга.
-Это Янро призвал меня, я была с ним… где-то. И он забрал мой Хлыст.
-Забрал твой Хлыст? – взвыл Хелл, словно он вообще когда-то размышлял о важности серебряной цепи на моих бердах. Реакция его вызывала во мне недоумение.
-Что в этом такого ужасного, бастард? Мне не нравится твоя реакция.
Нахмуренный взгляд Хелла не предвещал ничего хорошего, но я все-таки решила дождаться ответа, чем строить разнообразные гипотезы.
-Ты бездумно отдала дракону свою единственную защиту! – воскликнул Хелл. Он возбужденно поднялся на ноги и заходил по комнате, пытаясь измерить ее широкими шагами.
-Какую защиту? О чем ты, Хелл? – продолжала я допытываться правды.
Мне достался осуждающий взгляд, который откровенно говорил о том, что он сомневается в моих интеллектуальных способностях.
-Твой Хлыст был гарантией того, что Волхвы тебя не отыщут. Это еще и Правительнице мешало наткнуться на твой след, когда мы выбрались из замка и направились в Зисо, - быстро и невнятно говорил бастард.- Теперь ты говоришь мне, что отдала Хлыст дракону, который способен и так себя защитить, а сама осталась беззащитной перед проницательным взором всего Круга.
-Но зачем я Кругу?
-Этот вопрос, надеюсь, ты задала для затравки диалога, но никак не с серьезными намерениями, Эв, - осуждающе укорил меня Хелл.- Они преследуют аналогичную цель. Хотят того же, что и Монтэя.
-Восстановить естественный порядок вещей, а меня убрать из истории, - продолжила я сама, отчетливо усвоив то, что рассказал Янро.
Переубеждать меня бастард не начал, значит, вывод получился верным. Это, конечно же, не нравилось, но противиться не было сил, как и смысла. По-моему, я уже успела смириться со своим предназначением, которое мне все предписывали и желали его исполнения. Что ж, если придется прятаться от Круга Волхвов, я буду это делать, но от своих целей я никогда не откажусь.
-Иногда мне хочется вернуться в родительское поместье и представить, что ничего этого не было, - тяжело вздохнула я, действительно частенько испытывающая данное желание.
-Думаешь, помогло бы?
-Вряд ли, - согласилась я.- Но стоит вспомнить, что какой-то год назад я мечтала о приключениях и опасностях, сидя в родительском гнездышке и учась вязать кружева, становится не по себе. Все так круто поменялось. Даже не хватает слов, чтобы описать все мои впечатления.
-Но, выходит, все твои желания сбылись. Ты получила и приключения, и опасности, - ухмыльнулся он.
-Они приходят ко мне с каким-то фанатизмом.
-Когда мечта сбывается, не время плакать, что она получилась не такой, как представлялась. Мечты реальны, но в действительности иные. Человек частенько об этом забывает, а потом удивляется и жалуется на свою никчемную жизнь без чудес.
Пусть бастард говорил с уверенностью, я не могла с ним согласиться. Ведь я не жаловалась, но действительно удивлялась. Не значит же это, что я плачусь на свою судьбу. Она преподнесла мне подарок – Силенса и ребенка, который медленно, но все же рос во мне. Я не представляла еще себя в роли матери, но ощущала постоянное тепло, неописуемое чувство, наполнявшее меня до краев нежностью, заботой и любовью. Казалось, даже мужа я люблю не так сильно, как еще нерожденного малыша. Которого я отчетливо слышала, приложив ладонь к животу. Сказывался мой Динео, все равно обостряющийся при контакте с ребенком. Может, боги все-таки благосклонны ко мне, ведь наделили меня самым великолепным счастьем, какое только может быть у женщины за всю ее жизнь.
-Я не жалуюсь, советник. Я удивляюсь. И все, - тихо, наслаждаясь теплом под своей ладонью, ответила я.
Взгляд Хелла был странным, он смотрел на меня с проницательностью, мудростью и заботой. Я так часто забывала, что он старше своих лет, что он далеко не двадцатилетний юнец, которого я привыкла видеть перед собой каждый день. Только в светлой зелени глаз читался его возраст. При этом бастард умело его скрывал, если боялся вскрытия лжи. Все равно я позабыла о том, насколько он умудрен жизнью и полон опытом и знаниями. В советнике была искра преданности Дейстроу. К сожалению, сейчас я понимала, что любовь ко мне затмевала эту искру ярким пламенем. Это расстраивало. И льстило. Да, я солгу, если скажу, что чувства Хелла были безразличны мне. Странный отклик вызывали он внутри моей души, но ответить на него я никак не могла. Все-таки Силенс значил для меня больше, я всегда буду его выбирать, несмотря на все то, что испытываю к Беллсу. Этот факт огорчил бы бастарда, но он этого не знал потому, что я все никак не находила в себе сил признаться в ужасающей правде. А что если… я скажу ему правду, но солгу себе? Это двойственное состояние и держало меня на месте, не позволяя пойти навстречу. Вот только чему? Об этом можно размышлять бесконечно, но у меня не нашлось бы ни времени, ни способности так долго размусоливать бессмысленную тему.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
