– Конечно, я использую свободный вечер, – сказала та, нанося страшный удар омару. – Другие тоже с удовольствием проведут вечер в городе. Нелл теперь встречается с молодым человеком, они познакомились в Сочельник в церкви. Миссис Кинсэйд говорит, что он вполне порядочный человек, но безработный. Нелл платит за билеты в кино и за чай. В мое время уважающий себя мужчина никогда не позволил бы даме платить. Миссис Кинсэйд говорит, что времена меняются, а я добавлю – не в лучшую сторону.
– Какой молодой человек? – На сетования кухарки Кэрол не прореагировала. – Я не знала, что Нелл ходит на свидания.
– Она и не ходила, до этой недели. Вон они идут, – окончила мисс Маркс театральным шепотом.
Из столовой для прислуги появилась Нелл. Ее светлые локоны танцевали, а пухлое личико розовело от чувств, которые Кэрол сразу не смогла определить. Рядом с ней шел высокий светловолосый молодой человек, а следом за ними в кухню вошел Крэмптон. Кэрол показалось, что он оканчивал серьезную лекцию.
– Я надеюсь, что вы приведете Нелл домой не позже одиннадцати, – предупредил Крэмптон юношу, – я заменяю ей покойных родителей и отвечаю за нее, поэтому прошу придерживаться этого освященного веками правила прислуги.
– Конечно, мистер Крэмптон. Я позабочусь, чтобы Нелл вернулась вовремя, – ответил молодой человек.
– Ой, мисс Симмонс, – Нелл увидела Кэрол, – это Эллен Симмс. Эл, это та леди, о которой я тебе говорила.
– Эл? – Молодой человек протянул ей руку, Кэрол пожала ее, но больше ничего не смогла сказать. Но, кажется, он и не заметил, что язык ее скован, и Нелл не заметила.
– Мы пойдем смотреть новое кино, – сказала ей Нелл и добавила, понизив голос:
– Можно подумать, что Крэмптон и мисс Маркс моя бабушка и дедушка, они так беспокоятся, куда я хожу и когда возвращаюсь.
– Они заботятся о вас, – ответила Кэрол. – Желаю вам хорошо провести время.
Молодая пара вышла, поднялась по лестнице, а Кэрол все еще смотрела им вслед.
– Нелл и Эл вместе? – пробормотала она про себя. – Ни за какие небесные и земные дары не смогу разобраться, как это получается. Интересно, что скажет леди Августа?
– Это интересная постановка вопроса, мисс Симмонс, и я с ней вполне согласен. – Крэмптон стоял к ней ближе, чем мисс Маркс, и услышал ее замечание, но вряд ли мог догадаться, почему это сочетание представляется Кэрол таким непонятным.
– В наши дни поступки молодежи совершенно необъяснимы, – вставила кухарка. – По моему мнению, этот молодой человек совсем не пара Нелл.
Кэрол пребывала в замешательстве. Она не понимала, почему эти две пары – Кинсэйды и Нелл со своим другом – образовали такое сочетание. На самом деле они должны сочетаться совсем иначе. И все же Люциус Кинсэйд с женой, кажется, совершенно счастливы. Может быть, не в каждой жизни пары находят друг друга. Эта мысль подействовала на нее угнетающе.
Как бы то ни было, Кэрол скоро перестала размышлять об отношениях своих друзей и занялась своими собственными отношениями с Николасом Монфортом – или, точнее, отсутствием этих отношений. Весь вечер, проведенный в обществе Бэскомов в театре и за обедом, Николас держался с ней так же вежливо, но церемонно, как и при совместной работе. Постепенно Кэрол убеждалась, что она ничего для него не значит.
Вернувшись в Марлоу-Хаус и выпив по чашке чая в библиотеке, Бэскомы ушли к себе.
Николас и Кэрол проводили их, поднявшись по лестнице, и в верхнем холле все пожелали друг другу спокойной ночи. Дверь спальни закрылась за Биллом и Джоанной, и Кэрол с Николасом остались одни.
– Спокойной ночи, мистер Монфорт, – Кэрол начала подниматься дальше, к своей комнате.
Она не знала, что заставило ее внезапно посмотреть поверх перил на Николаса, стоящего внизу в холле. Может быть, в воздухе неожиданно пахнуло лавандой? Или потому что Николас не ответил на ее слова?
Он стоял у двери в апартаменты леди Августы, положив руку на блестящую медную ручку. Она застала его врасплох, когда все вежливые официальные перегородки рухнули. Он смотрел на нее с такой страстной тоской, что она замерла, не сводя с него глаз.
– Николас? – впервые она назвала его по имени.
– Кэрол, – прошептал он, но она услышала. Продолжая смотреть ей в глаза, он подошел к лестнице, где она все еще стояла, не в силах пошевелиться. Поднявшись к ней, он положил руку на ее руку, лежащую на перилах, словно желая удержать ее. И снова заговорил тем же резким шепотом:
– Кто вы?
– Я – Кэрол Ноэлли Симмонс.
– Вы же знаете, что я не это имею в виду! – Его голос был груб, как будто он старался подавить чувства, в которых не хотел признаваться. – КТО вы? Что вы такое, почему вы так действуете на меня?
Она ответила, но не словами. Вместо этого она нагнулась, чтобы погладить его по лицу свободной рукой. Николас затаил дыхание и, схватив ее руку, сжал так, что Кэрол не могла ее выдернуть.
– Мы где-то встречались раньше, – сказал он. – Наверное, поэтому все так. Другого объяснения тому, что происходит со мной в эти дни, я не нахожу.
– А что происходит, Николас? – Кэрол спустилась на одну ступеньку, потом на другую, постепенно возвращаясь в холл. На второй ступеньке она задержалась; – Скажите, что вы чувствуете?
– Вы… вы очень много значите для меня. – И вдруг, как если бы он больше не мог сдерживаться, его прорвало, и он сказал низким, грубым голосом:
– Бог мой, что же я, по-вашему, должен чувствовать? С первой же минуты, как я вас увидел, я только и думаю, как вас обнять, как отнести к себе в постель. В рождественскую ночь я вас не узнал, я ведь никогда не встречал вас раньше, насколько я помню. Но я не могу выбросить вас из головы. Кажется, я не сомкнул глаз с тех пор, как приехал в Лондон. И каждый день, видя вас, работая с вами, вынужденный скрывать свои чувства…
– А этого и не требуется. – Кэрол удивилась, как ровно она говорит, тогда как Николас теряет самообладание. Она взяла его за руки и посмотрела ему в глаза. – Я этого не предполагала. Я думала, я вам безразлична. Я надеялась только, что когда-нибудь стану вашим другом.
– Другом? – Он задохнулся. – Гораздо большим! Но ведь этого не должно быть!
Я здравомыслящий, практичный деловой человек. А то, что я чувствую, – это из области волшебных сказок и средневековых легенд. Разумные люди не станут бешено влюбляться с первого взгляда или воображать, что знали какую-то особу до начала времен. Наверное, я спятил, – заключил он.
– А вы не допускаете, что мы предназначены друг для друга?
– Вы говорите о судьбе? На Востоке я встречал людей, которые верят в такие вещи. – Он посмотрел на нее еще строже. – Вы верите в это? Вы чувствуете то же, что и я?
