Читаем без скачивания Непрощенный - Александр Лидин

Жон Го Тамм вопросительно посмотрел на барона. Тот криво оскалился — похоже, идея пришлась ему не слишком по душе, — но выбора не оставалось, и он кивнул.

— Отлично. Тогда… Отзовитесь, горнисты.

— На связи!

От голоса ИАКа, казалось, задрожали стены.

— Выведи робота в помещение, где я нахожусь, — приказал Артем. — Через него я передаю типовое изображение живого существа. Приказ: все создания такого вида, где бы они ни находились, должны быть обезврежены, но по возможности оставлены в живых и доставлены в точку… ЦЛ — шестнадцать — тридцать восемь. Существа другого вида при этом пострадать не должны. При попытке оказать сопротивление роботам — обезвреживать без угрозы для жизни. Приказ понятен?

— Есть.

— Жди дальнейших распоряжений. Конец связи.

Артем услышал, как щелкнул динамик, и вытер запястьем лоб.

— Все, — сообщил он, обращаясь к симбионту. — Сейчас сюда войдет робот — вы их называете мехами. Оповестите жителей города, что в ближайшее время такие же… мехи будут появляться на улицах. Может быть, в домах, в магазинах. Распорядитесь, чтобы все сохраняли спокойствие и не препятствовали их действиям. Да, еще… В комнате, где вы меня поселили, из окон дворик виден. Отправьте в тот дворик бойцов получше. Туда будут доставлять захваченных преступников. Вы уж сами решите, куда их сопроводить. Я у вас пока плохо ориентируюсь.

Он приготовился, что «коллега» потребует разъяснений — например, по поводу последнего словечка, — но великан только кивнул и направился к компьютеру.

— А в других поселениях ваши роботы тоже могут действовать? — проговорил он, словно извиняясь.

Перед глазами Артема снова развернулась причудливая схема тайных переходов Диска. Изображение постепенно отодвигалось, словно он поднимался в небо.

Да. И в джунглях, которые копатели называли вильдой, и в удаленных поселениях, разбросанных в ней одинокими островками и архипелагами — везде были «двери», ведущие в подземелье. Такое страшное для жителей Диска и такое знакомое для него. Куда более знакомое, чем этот город.

Через минуту в зал вошел «мех». Паники его появление не вызвало, однако «кошечки» Жон Го Тамма как бы невзначай поудобнее перехватили оружие. Они тревожились напрасно: робот бросил ничего не выражающий взгляд на изображение «ниндзюка», произнес «изображение загружено» и удалился.

Артем посмотрел ему вслед, потом покосился на правителя Диска, который с кислой миной наблюдал за происходящим. А этот волчара, похоже, любит, когда все под контролем. И информацию предпочитает получать из первых рук как минимум… а то и самостоятельно.

— Можно, я еще раз взгляну на план дворца? — спросил Артем. — Попробую найти безопасный путь в вашу Пыточную башню.

Барон прищурился, его ноздри дрогнули. Но это не было выражением раздражения или злобы — когда он злился или раздражался, виновник узнавал об этом очень скоро. Просто Тоар Гемельсоирский оценил ход своего нежданного союзника и с интересом ждал, что будет дальше.

— Я разрешаю, — спокойно произнес он.

Дворцовый комплекс был огромен. Артем смог это оценить, хотя компьютер явно показывал лишь небольшую его часть — только то, что требовалось для дела. Однако и того, что ему показали, было достаточно. Добраться в Пыточную башню по коридорам не получалось, но… будем надеяться, что за время небольшой прогулки от корпуса до корпуса с господином бароном ничего не случится.

Господина барона куда больше волновала прогулка по коридорам — судя по численности охраны, которую приставили и к нему самому, и к Артему. Последних, скорее всего — с целью прикончить коварного Древнего, если ему приспичит что-нибудь выкинуть. Вряд ли они смогли бы справиться с роботами капитана Кровлева. Но когда путешествие закончилось, Артем вздохнул с облегчением…

Гельм Орксилл висел на «распялке», точно потрепанная мягкая игрушка. Представители его вида не лишаются чувств от боли, но состояние, в котором он находился, больше всего напоминало обморок. Без своих роскошных нарядов он выглядел тощим и жалким. Растущая из бедренных костей дополнительная пара крошечных конечностей — с их помощью предки Орксилла лазили по лианам — торчала из мокрого черного меха над распухшими пунцовыми гениталиями. Зрелище было малоаппетитное.

Кажется, барон придерживался на этот счет другого мнения. Он с комфортом расположился в кресле, предложив Артему другое, которое тут же выросло из пола. Потом побарабанил пальцами по подлокотнику, и гибкое пластиковое щупальце поставило на низкий столик широкий бокал с золотисто-бурым напитком, запах которого показался Артему знакомым.

— Угощайтесь, капитан, — произнес правитель. — Кажется, это напиток древних?

Его ухмылка очень не нравилась Артему, и употреблять крепкие спиртные напитки в подобной ситуации — а в бокале было что-то подозрительно напоминающее ром — совершенно не хотелось. Но что поделать, если каноны красоты за пять тысяч лет сильно изменились? Это не повод пренебрегать законами гостеприимства.

Он едва успел пригубить глоток, когда тяжелые занавеси на стене распахнулись. В комнату шагнуло существо, которому следовало бы ходить на четырех конечностях — судя по тому, что его ноги, кривые и мускулистые, были раза в полтора короче рук.

— Допрос почти закончен, повелитель, — голос, доносящийся из-под кожаной маски, звучал неожиданно — глубокий, бархатный баритон, спокойный и немного печальный. — Гельм Орксилл, торговый представитель графа Сувари, готовил заговор с целью свергнуть вас. Для этого он подкупил гарнизон Сирра-Ю. Хотите ознакомиться с мнемограммой?

— Знаю, Арни, — бросил барон. — Дальше?

— Еще одно, повелитель. Флот графа движется к системе Диска, чтобы поддержать мятежников.

— Что ты сказал?!

Барон вскочил, жесткий черный волос у него на загривке встал дыбом.

— Десять минут назад флот графа Сувари прошел фазу хронопространственной синхронизации. Шестая и Двенадцатая ударные эскадры подходят к границам планетной системы. Системы оповещения были выведены из строя.

— Вы позволите, повелитель? — Жон Го Тамм сделал шаг к компьютеру. Барон бросил на него полный ярости взгляд, но ничего не ответил и только махнул рукой.

«А ведь он просто очень расстроен, — подумал Артем. — Просто привык скрывать боль и бессилие под маской гнева. Проще сорвать злость на окружающих, чем признаться им в собственной слабости».

Кургузые лапы симбионта заскользили над пультом управления. Барон, который нервно расхаживал по кабинету, неожиданно подошел к нему и запустил руку в студенистый вырост. Секунду поколебавшись, Артем подошел и сделал то же самое.

Он не задумывался о том, что ожидал увидеть. Но после того, как схлынула боль, перед его мысленным взором предстали не поражающие разнообразием покои дворца, не улицы города, где нищета соседствовала с роскошью, а грязь и запустение — с технологиями, которые он даже не мог себе вообразить.

Он увидел Солнечную систему — такой, какой она стала теперь. Его точка наблюдения находилась высоко над плоскостью эклиптики, и она была видна как на ладони.

Солнечная система действительно очень изменилась. Пояс астероидов заметно поредел. Юпитер и Марс, наоборот, обзавелись роскошными кольцами, от дальних планет не осталось и следа. Но Артем любовался ими недолго. Он уже заметил россыпь серебряных чечевичек там, где когда-то двигался Плутон.

Замечательно… Сколько раз он наблюдал за космическими побоищами на экране компьютера! В натуре это может оказаться не столь увлекательным зрелищем. Особенно когда инопланетные корабли начнут обстреливать ту точку пространства, где находится лично он.

Артем освободил руку и огляделся. Барон по-прежнему стоял перед компьютером, лицо превратилось в маску, на губах выступила пена.

Он тоже видит это. Видит, но ничего не сможет изменить.

А у него, Артема Вишевского, выбор есть.

Он может оставаться беспристрастным наблюдателем, не пытаясь повлиять на ход событий. Почему бы и нет? Судя по тому, что он здесь наблюдал, барона Пако, дальнего потомка капитана Паковского, трудно назвать справедливым правителем. Кто знает, может быть, при графе Сувари — или как там его зовут — обитателям Диска станет легче жить. Прекратятся жестокие казни, снимут с должностей чиновников-взяточников, а копателей примут на государственную службу, используя их знания для исследования Планеты.

Кто знает?

Но ведь все может выйти совсем наоборот. В конце концов, он в этом мире без году неделя — ему ли судить о том, что здесь хорошо, а что плохо? Это только в фильмах герой, едва окинув свежим взглядом место, в которое его забросила судьба, начинает вершить передел на радость всем окружающим. В реальности такой передел обычно оборачивается беспределом.