Я все время записываю в дневник какую-то ерунду, а дельные мысли, которые меня изредка посещают, забываю.
Если бы мы могли совершенно не принимать в расчет все правила и общепринятые способы, которыми делаются фильмы, книги и проч., какие бы замечательные вещи можно было бы создавать! Мы совершенно разучились наблюдать. Наблюдение мы заменили деланием по шаблону. Недаром так часто приходит на ум Кастанеда со своим Доном Хуаном.
Прошлой ночью я видел сон: будто бы в Москве, кажется, на Полянке, полной машин и народа, среди городской сутолоки я увидел корову, прекрасную темно-шоколадную корову с головой Изиды, с рогами, словно мера и глубокими человеческими глазами. Она подошла ко мне, я погладил ее, и она, перейдя улицу, ушла вдоль тротуара. До сих пор помню ее запах, оставшийся у меня на ладони: резкий, нежный, домашний. Запах жизни и счастья.
10 июня
Ужасный день. На телевидении было совещание, на котором мне и моим друзьям было сказано, что если картина будет стоить больше 900 млн, то РАИ не станет делать ее вообще. Тонино разоблачил одного из чиновников Фикеры как недобросовестного. От него зависело найти прокат за границей, но он ничего не успел или не смог сделать что и продиктовало Фикере особые условия для сегодняшнего разговора. Но тем не менее, все плохо. В пятницу мы встречаемся снова, с тем, чтобы уступить друг другу. Мы многого не сможем, РАИ много не захочет. Боюсь, что все рухнет. Я предложил Фикере отказаться от услуг СССР. Что же они думали раньше? Они же знали, что этот сценарий нельзя поставить меньше, чем за 1800 млн. Или они просто некомпетентны. Все гораздо хуже, чем я ожидал.
Приехала София из Стокгольма, но я ее не видел еще.
Разговаривал с Ларой по телефону. Сизов просил послать прессу по «Сталкеру» Ермашу, чтобы поставить его на место.
Прошлой ночью мне приснилось, будто я проснулся в незнакомом месте, на земле, где я спал вместе с мамой. Какой-то полузнакомый деревенский пейзаж. Я подошел к ручью и умывался. Я совершенно не понимаю, как я здесь очутился. Мама же говорит, что я накануне выпил лишнего, поэтому и не помню, как сюда попал. Странный сон… Уж не к смерти ли моей? Господи, помоги!
11 июня
Картина висит на волоске. Сократили сегодня 270 млн.
1. Лошадь наполовину.
2. Все павильоны.
3. Экспедицию вне Рима (только десять дней).
4. Сроки съемок уменьшили на двенадцать дней (!?).
Все плохо потому, что нам все равно надо 1600 млн. Продюсеры не хотят делать ничего путного, только ради денег.
Рози без работы, Антониони без работы. Нас спасет только чудо.
12 июня
С утра звонил Нарымов. Договорились встретиться в субботу. Для этого надо созвониться в пятницу вечером. Он сказал, что в Москве очень заинтересованы в нашем проекте. И рекомендовал быть жестче и не идти на поводу у РАИ. С Нарымовым мы встретимся завтра (у него) в 2.30.
Звонил огорченный Ронди в связи с тем, что в Пезаро раньше, чем в Таормине, будет показан «Сталкер».
Сегодня решили предложить для РАИ короткий и дешевый (на 1.200 млн) вариант фильма. Но тем не менее появился продюсер, росо mafioso, как говорит Тонино, который обещал за четыре дня достать миллиард.
Звонила заинтересованная в проекте Мартин Оффруа. Есть надежда! Дай-то, Господи.
Обедал с Софией и ее внуком. Они приехали в Рим туристами. Он, Христиан, — красивый 16-летний юноша. Очень милый. Договорился насчет приглашения в Швецию в случае чего.
13 июня
Работали с Франко и Норманом над сметой.
Был у Нарымова. Мой фильм пойдет в Пезаро на фестивале сов. фильмов. Им будет закрыт фестиваль. С одной стороны это неплохо.
Ужинали с Самохваловыми. Фикера на месяц переносит срок подписания контракта из-за денег. Мы с Тонино попробуем достав денег сами. И быстрее, чтобы Лариса, которую выпустят лишь после подписания контракта, могла поехать со мной в Таормину.
Сегодня не смог поговорить с Ларой.
Звонила София.
14 июня
Забыл записать вчера:
Звонила из Парижа Мартин Оффруа и сказала, что «Гомон» не только перекупил «Сталкера» у французского прокатчика, купленного им за 500 тыс. франков, но и скупил права проката на все мои фильмы. «Зеркало» было куплено ими раньше. (Что же означают разговоры о том, что «Гомон» в тяжелом положении?) «Ностальгию» они тоже хотят прокатывать. Слава Богу!
София назвала мне имя финского режиссера и актера Lasse Pòjsli. Сейчас он стал директором всех шведских драматических театров. София говорит, что он мой давний поклонник и может прислать приглашение. А не Бергман, у которого отвратительные отношения с властями.
Пытался звонить Ларисе, но, увы, не застал. Она уехала с Тяпусом в деревню.
Ужинали у Ронди. Он впервые пригласил гостей в дом после смерти матери. У него культ матери и ее памяти. Дом странный, вдовий, педантически устроенный. Он подарил мне свою книгу с трогательной надписью: «Единственному гению кино Андрею от его Джан Луиджи. Рим, 14.VI.80». Угощал нас прекрасным ужином с замечательным вином. Он хочет просить приехать Бергмана в Таормину, чтобы тот сказал обо мне несколько слов или хотя бы написал несколько строк. Он хочет, чтобы премию мне вручил президент Италии. Не знаю, что из этого получится, но я благодарил его за одни его мечтания. Во всяком случае, он хочет, чтобы все это прошло на высоком уровне.
Очень скучаю о доме.
15 июня
Ничего.
Рядом с Тонино есть гостиница, видимо, недорогая. Думаю переехать туда. Здесь слишком дорого: 40.000 в день, 1.200.000 в месяц.
16 июня
Работали с Тонино. Сделали Разговор у ручья и Письмо Березовского. Надо еще сделать два внутренних монолога Горчакова.
Звонил домой. Разговаривал с Анной Семеновной. Лариса доехала хорошо. Это передал шофер, который отвозил наших в деревню. Лара еще не звонила.
Эта неделя, говорит Тонино, решающая в смысле денег на РАИ. В любом случае надо решаться на съемки даже с 1.200 000 000. Идти на заведомый обман. Ну что ж. Они сами меня толкали на это.
17 июня
Кончили с Тонино сценарий.
Франко говорил с Канепари (РАИ). Когда тот (К.) узнал, что 1.200.000.000 — это без Madonna del Parto и без Лошади, то испугался.
Сегодня Норман предложил жить у него в студии, в центре. Я смотрел эту квартирку — очень мило, лучше, чем в гостинице, хотя бы потому, что бесплатно, а гостиница 40.000 в день. Телефон, ванна, кухонька, большой стол для работы, много русских книг. Чего лучше. Завтра и перееду.
