— Мы видели ее наверху, на осевом мостике.
— Наверно, пробралась через один из люков на марсовых площадках, — добавил я.
— Но я думаю, что она как следует напугана, — Кейт словно пыталась успокоить Брюса.
— Здорово, — произнес он, — надеюсь, эта кровавая тварь уберется с корабля до отлета.
Часы в моей голове напоминали, что времени у нас мало. Скоро здесь будут остальные пираты.
— За дело, — сказал я.
Брюс прочистил горло и кивнул:
— Нам повезло, что балластные танки заполнены доверху. Корабль загружен под завязку. Он просто взовьется в воздух.
Я взглянул на панель управления балластом, на ряд из двадцати рычагов, по одному на каждый балластный танк. Танки размещаются равномерно вдоль киля. Позор, что я не подумал об этом раньше. Без балласта, который можно сбросить, мы бы не взлетели.
— Ты знаешь, сколько сбрасывать? — спросил я у Брюса.
— Обычно — четыреста пятьдесят кило.
Я кивнул, хотя видел, как капитан сбрасывал много больше, когда ветер был неблагоприятный и он хотел взлететь побыстрее. Сегодня, однако, было удивительно тихо.
— Надо запустить главный двигатель, — сказал я. — Здесь должен быть рычаг или что-то в этом роде.
— Вот он, — указал Брюс. И взглянул на меня. — Прежде чем ты за него потянешь, лучше бы определиться, что делать дальше.
Он был прав. Когда мы начнем взлет, здесь через считаные минуты появятся пираты. Если они еще не спят, что маловероятно. Все то время, когда мы отвязывали швартовы, я думал о том, что мы должны будем делать, шаг за шагом, снова и снова, стараясь убедиться, что все верно и что я ни о чем не забыл. Работы хватит всем, включая и Кейт.
Мы с Брюсом обговорили все это и решили, кто что будет делать. Потом для верности повторили еще раз.
— Ну что, все готовы? — спросил я.
— Да, — ответил Брюс.
— Да, — откликнулась Кейт.
Я потянулся к аварийному переключателю и потянул за рычаг. Глухо загудело электричество, все приборы, шкалы и панели засветились оранжевым светом. Корабль был готов.
— Я отдам швартов, — бросил я.
Я спрыгнул в люк и оказался на песке. Последний кормовой швартов был прикреплен к скобе как раз за стабилизатором. Чертов узел был завязан так давно, что успел затвердеть и затянуться намертво, и мои пальцы напрасно дергали за канат. Может, надо было перерезать его или развязать с другого конца. Это был толстенный канат, и его непросто было бы перерубить даже самым острым ножом. Я поколебался всего мгновение и припустил по песку к пальме, к которой был привязан швартов.
На полдороге я услышал крик и обернулся.
Они пришли.
В дальнем конце пляжа я увидел первых пиратов, появляющихся из пальмовой рощи. Их вожак издал клич, и будто в ответ на него выбегали все новые и новые и направлялись к «Авроре». Меньше чем через минуту они будут здесь.
— Брюс! — заорал я. — Поднимай корабль!
Я уже был у дерева и дергал линь, пытаясь развязать узел. Я видел, как Брюс высунул голову в люк и в замешательстве смотрит на меня.
— Поднимай корабль! — кричал я. — Они приближаются! Давай! Не жди меня!
Раздался мощный всплеск, потом еще и еще, балластные танки открывались вдоль всего корпуса, и вода обрушивалась на песок. Мой узел все еще не поддавался, а корабль уже начал подниматься, и линь натягивался. Еще миг — и я не смогу отвязать его. Я налег на узел всем телом, рванул в последний раз, и он поддался, и канат со свистом заскользил по стволу.
Я кинулся назад, к «Авроре». Пираты на всех парах бежали к нам, вопили, махали и ругались. Я был быстрее их, но знал, что все равно не успею. Корабль медленно поднимался, его стабилизатор был уже в нескольких метрах от земли. Кейт свесилась из люка и звала меня. Я споткнулся о колышек, оступился и растянулся на песке.
«Аврора» улетала без меня.
Я услышал, как Кейт отчаянно выкрикивает мое имя. Кормовой швартов, тащившийся за кораблем, проскользнул рядом с моим лицом. Я изо всех сил уцепился за него и, раскачиваясь, начал подниматься в воздух. Обхватив канат ногами, я полез по нему вверх, к стабилизатору. Я добрался до подножки шасси, навстречу из люка уже тянулась рука Брюса, я ухватился за нее, он потянул, я оттолкнулся от подножки, и меня втащили внутрь.
Я высунул голову наружу и увидел, что пираты уже под нами, почти у самого носа «Авроры», и бегут к тем линям, концы которых еще волочатся по песку. Мы поднимаемся недостаточно быстро.
— Надо сбросить еще! — крикнул я и потянулся к панели управления.
— Так не положено! — проорал в ответ Брюс.
— Они заберутся на борт!
Я дергал один рычаг за другим, и нос корабля так резко задрался кверху, что мы потеряли равновесие. Но зато как мы полетели!
Никогда еще «Аврора» не поднималась так быстро, и тело мое захлестнула волна радости.
Я выглянул из люка и увидел быстро удаляющийся пляж и пиратов, становившихся все меньше и меньше. Они кричали и размахивали руками. Ни один не успел ухватиться за линь.
— Ха! — закричал я, показывая им кулак. — Мы сделали это!
Мы взлетели, и теперь опять казалось, что мы сможем все, даже схватиться с пиратами. Я бросился назад в рубку и благодарно прислонился лбом к переборке.
— Ты моя девочка, — тихо сказал я «Авроре». — Теперь пора запустить моторы. — Как это делается, я показал Кейт перед взлетом. Это была ее задача, и она уже занималась ею), запуская все четыре моторных отсека с пульта управления двигателями. Обычно это делали вручную механики, но я видел, как экипаж запускал их с пульта во время тренировок. Задача была не из простых.
— Мы поднимаемся чересчур быстро, — сказал Брюс. — Сбросили слишком много балласта. Я собираюсь выпустить немного газа.
У меня заложило уши. Я взглянул на альтиметр. Мы уже поднялись на высоту двухсот метров и наткнулись на встречный ветер. Я чувствовал, что нас начинает разворачивать. Но мы все еще не запустили двигатели, а без них мы неуправляемы.
— Кейт? — спросил я.
— Газ из отсеков первого, четвертого, седьмого и десятого, — бормотал себе под нос Брюс за пультом управления газовыми отсеками, проговаривая вслух порядок выполнения операций.
— Запущен передний двигатель правого борта, — торжествующе сообщила Кейт, и я услышал доносящийся из люка далекий вой пропеллера.
— Увеличь обороты! — Я схватился за рулевое колесо и изменил угол рулей высоты. Нос начал опускаться. Мы выравнивались. Я быстро перебежал к штурвалу рулей направления. — Я собираюсь начать разворот.
С одним двигателем корабль был неповоротлив, и ветер мешал. Мы едва шевелились.
