дома, говоришь? — усмехнулся Вивьен.
— Ага, — на губах заместителя управляющего Кастилией тоже появилась улыбка, ибо он знал своего начальника и догадывался, что эта ухмылка на его лице не сулила заключенному ничего хорошего.
— Хм-м, интересно, — Де’Сад начал искать что-то глазами на столе. — А, вот она, — в его руках появилась папка из которой он достал несколько листов. — Так. Род на грани банкротства. Потом он разрешает ситуацию в городе с эпидемией. Дальше Проклятые земли и потом попадает на войну. Хм-м, — мужчина задумался. — Насыщенная жизнь за последний год, который еще даже не закончился, — добавил Вивьен, после чего отложил эту папку в сторону и взял другую.
Несколько минут он молча читал бумаги, а затем заметно напрягся.
— Сын кардинала хочет выступить защитником, — недовольно произнес Де’Сад.
— Они знакомы? — удивился Аднот
— Видимо, — нервно ответил управляющий тюрьмой.
— Это плохо, — произнес Де’Руг за что сразу же удостоился взглядом, который не сулил ему ничего хорошего.
— Конечно, плохо! — рявкнул на него Вивьен, и молодой мужчина вжался в спинку стула, на котором сидел.
Ледяной маг очень боялся этого человека, как, впрочем, и многие другие. Де’Сад был очень жестким, озлобленным, завистливым и мстительным человеком. И все эти отрицательные качества, с каждым годом управления Кастилией, все больше и больше отравляли его душу, делая из него настоящее чудовище для всех, кто попадал в это Богом проклятое место.
А еще у Вивьена была власть.
Власть не только над всеми заключенными, которые сполна хлебнули уже горя из-за него и продолжали это делать по сей день, но и над теми, кто работал в Кастилии.
Ведь всего-то и нужно было не понравиться Де’Саду, чтобы самому оказаться здесь в одной из камер.
И каждый, кто тут работал, это прекрасно знал. Поэтому и приказы начальника тюрьмы исполнялись беспрекословно.
Вивьен боялся всего трех людей в стране.
Одним был король, вторым — кардинал, а третьим — Поль Рошфор, который знал о нем то, благодаря чему сам Де’Сад мог стать одним из тех, кто гнил в камерах этого страшного места.
И, разумеется, этого он не хотел больше всего.
Ничего так сильно не пугало его, как возможность оказаться заключенным в Кастилии.
И это несмотря на то, что заключенные в самой страшной тюрьме Галларии даже не пересекались: каждый из них сидел в небольшой камере, доступ в которую осуществлялся только сверху.
Причем высота, где сидели заключенные, в некоторых камерах достигала десяти, а то и всех пятнадцати метров.
Еда спускалась заключенным на веревке, а иногда с помощью той же веревки, у них забирали отходы жизнедеятельности.
Причем, именно иногда.
Ну и, разумеется, все, кто попадал в Кастилии, весь свой срок пребывания в этом месте находились в кромешной тьме.
Прибавьте к этому сырость, холод, особенно в зимние месяцы, скудную еду и антисанитарию и итог был вполне очевиден.
Многие не пережили в этой тюрьме и пары недель.
Остальные могли продержаться от пары месяцев до полугода.
Бывали случаи, когда заключенные жили в Кастилии год и даже несколько.
Ну и, конечно, легендой этой тюрьмы был Каратель, который продержался здесь больше десяти лет.
Вивьен понятия не имел, как этот человек смог так долго прожить в подобных условиях. Но в целом, это его не сильно волновало до тех пор, пока он не сбежал.
Это был плевок ему в лицо.
За те три десятка лет, что он проработал в Кастилии, тринадцать из которых управляющим тюрьмы, такого не случалось ни разу.
Последним, кому удалось сбежать отсюда, был человек по имени Эдмон, который в последствии исчез и о нем никогда не слышали.
Но это произошло больше сотни лет назад. Причем та Кастилия, что была при беглеце сильно отличалась от той, что была сейчас при Карателе.
Совершенно другие меры защиты, но при этом Франсуа Де’Кларри, каким-то образом удалось это сделать.
Как же тогда Вивьену влетело от короля и кардинала…
Вспомнив все это, Де’Сад невольно сжал кулак, а его лицо помрачнело.
Управляющий тюрьмой посмотрел на своего подчиненного и тот вжался в кресло еще сильнее. Сейчас он хотел бы быть где угодно, пусть даже в самой преисподней, но только не здесь.
Не перед этим человеком.
Де’Сад прекрасно чувствовал страх Аднота и наслаждался этим.
— Не кормить его сегодня, — произнес Вивьен, и Де’Руг кивнул. — Завтра я поговорю с ним лично. Возможно, даже устрою этому Люку экскурсию по Кастилии, — на губах Вивьена появилась улыбка. — Возможно, даже предоставлю шанс посидеть в одной из ям. Ну а пока Жумельяк будет решать различные бюрократические вопросы, чтобы попасть сюда, глядишь, этот Кастельмор уже и помрет от голода или какой-нибудь болезни, в коих тут нет недостатка, — усмехнулся управляющий Кастилией. — Да, так и поступим, — кивнул он, говоря, скорее себе, нежели своему подчиненному.
«Надеюсь, хотя бы теперь этот Рошфор оставит меня в покое,» — подумал Де’Сад и, увидев, что Аднот до сих пор сидит в его кабинете, смерил его презрительным взглядом.
— Ты еще тут? — спросил мужчина ледяного мага.
— Прошу прощения, — он резко поднялся с места. — Я не…
— Иди уже, — махнул рукой управляющий тюрьмой, и Де’Руг, как ветром сдуло.
Проводив подчиненного недовольным взглядом, Вивьен вновь взял папку с делом молодого Кастельмора и открыл ее.
— Чем же ты так не угодил Рошфорам, — буркнул он себе под нос и, взяв из папки бумаги, начал заново их перечитывать.
Несмотря на свой скверный характер, Де’Сад обладал острым умом, благодаря которому и стал одним из самых молодых управляющих Кастилией.
Хотя были и другие причины. Одна из которых заключалась в том, что за последние десять с небольшим лет в Кастилии пропали люди, которые имели все шансы занять пост управляющего тюрьмой.
Разумеется, пропадали в Кастилии люди и раньше, просто в основном это были заключенные.
Но с приходом Де’Сада многое изменилось. Стали исчезать не только те, кто отбывал в тюрьме свое заключение, но и амбициозные стражники, управляющие теми или иными сферами жизни тюрьмы и так далее.
И в итоге, пост дали Де’Саду, которому, к моменту его назначения, и так подчинялась большая часть людей, работающих здесь.
И, разумеется, основным рычагом давления был страх.
Вивьен не гнушался ничего. Надо было подставить кого-то? Он делал это. Убить? Да проще простого. Запугать самого человека или его семью? Да
