Она смотрела пристально, и я слышала, как она раздумывает, принимать меня всерьез или нет. Я не казалась ни маньячкой, ни идиоткой. У меня был вид нормальной молодой привлекательной женщины при чертовски красивом кавалере.
— Вы мне угрожаете? — спросила она.
— Нет, мэм. Я пытаюсь спасти вашу шею.
— Мы сперва протанцуем еще один танец. — Женевьева Треш приняла решение. — Дэвид, лапушка, давай покружимся малость на танцполе, а потом извинимся и домой. У меня так голова раскалывается, как в жизни ни разу не было.
Дэвид тут же прервал беседу с Квинном, вывел жену на открытое место и закружился в вальсе с царственной вампирской парой, которая здорово обрадовалась нарушенному одиночеству. Я было приняла более свободную позу, но взгляд Квинна мне напомнил, что держаться мне необходимо очень прямо.
— Как мне нравится это платье, — сказал Квинн. — Потанцуем?
— Ты умеешь вальс?
Я только надеялась, что челюсть у меня совсем не отвалилась.
— А то, — сказал он.
И не стал спрашивать, умею ли я — было видно, как я смотрела на шаги королевы. Умею я танцевать — петь не умею, но танцпол люблю. Вальсировать не приходилось, но должно получиться.
Чудесно было ощущать обнимающую меня руку Квинна, чудесно было, когда так изящно он вел меня по танцполу. На миг я забыла обо всем и только наслаждалась этим ощущением, только смотрела на него, испытывая чувство… знакомое любой девушке, танцующей с мужчиной, с которым собирается заняться любовью рано или поздно. От прикосновения пальцев Квинна к обнаженной спине у меня искры бежали по коже.
— Рано или поздно, — сказал он, — мы с тобой окажемся в комнате, где будет кровать, дверь с замком и ни одного телефона.
Я улыбнулась ему и поглядела вслед Трешам, пробирающимся к двери. Надеюсь, их машина уже поблизости. И это была последняя нормальная мысль, что посетила меня в течение некоторого последующего периода.
Мимо плеча Квинна пролетела чья-то голова — слишком быстро, чтобы разобрать, чья, хотя казалась знакомой. Красно-рыжим туманом неслись за ней брызги крови.
Я не вскрикнула, не ахнула — скорее это был звук на вдохе, что-то вроде «йип!».
Квинн застыл, как вкопанный, хотя еще долгую минуту играла музыка. Он оглядывался во все стороны, соображая, что происходит, как избежать опасности. Я-то думала, что один танец мы протанцевать успеем, но теперь поняла, что надо было нам уходить вместе с четой Трешей. Квинн потащил меня в сторону, сказал: «Спиной к стене». Нам казалось, мы знаем, откуда ждать опасности — и это была правильная мысль, но кто-то влетел в нас как пушечное ядро, и мою руку вырвало из руки Квинна.
Крики, метания. Кричали — вервольфы и прочие супернатуралы, присутствующие на приеме; метались — вампиры, разыскивающие в хаосе своих союзников. Вот тут-то одетые в жуткие костюмы вампиры короля и нашли своих. Конечно, это заодно превратило их в видимую мишень — для тех, кто не любил короля и его миньонов.
Тощий черный вампир с дредами размахивал кривым мечом, невесть откуда взявшимся. Клинок был окровавлен — наверное, это он снес ту голову. Одет вампир был в тот самый жуткий костюм, значит, от него надо было уклоняться: если у меня тут и были союзники, то не среди тех, кто служил Питеру Тредгиллу. Я скрылась за колонной, поддерживающей потолок в западном конце трапезной, и пыталась придумать безопасный способ покинуть зал, когда наткнулась ногой на предмет, который под ней шевельнулся. Опустив глаза, я увидела голову — голову Вайберта. На долю секунды мелькнула мысль, может ли она двигаться или говорить, но декапитация — это всегда конец, к какому бы виду ты ни принадлежал.
— Ой, — простонала я и решила, что лучше пока затаиться здесь, чтобы не стать похожей на Вайберта — по крайней мере, в одном, но существенном смысле.
По всему залу шел бой. Я не видела, с чего он начался, но черный вампир с дредами под каким-то предлогом напал на Вайберта и снес ему голову. Поскольку Вайберт был телохранителем королевы, а черный — слугой короля, обезглавливание было весьма решительным актом.
Королева и Андре стояли спина к спине посреди зала. Андре в одной руке держал пистолет, в другой — длинный нож, а королева вооружилась кухонным ножом из буфета. Их окружала цепь белых костюмов, и когда один из них падал, на его место становился другой. Как последний бой Кастера, но в роли Кастера — королева. Точно так же осадили Зигеберта на эстраде, а оркестр, состоящий из оборотней и вампиров, разделился на две составляющие. Одни бросились в бой, другие пытались скрыться. Последние, со всех ног пытающиеся удрать, сгрудились в дверях зала и образовали пробку.
На короля напали трое моих друзей: Расул, Честер и Мелани. Я была уверена, что ему прикрывает спину Нефритовый Цветок, но у нее обнаружились свои проблемы, как я с радостью увидела. Мистер Каталиадис изо всех сил пытался… ну, казалось, что он пытается просто ее коснуться. Она отбивала его выпады взмахами меча — того самого, что развалил пополам Гладиолу, и непохоже было, что кто-нибудь из них в ближайшее время устанет.
В этот момент меня сбили на пол, да так, что дыхание вышибло из груди. Я пыталась отбиваться, но руку перехватили. Меня придавило к полу чье-то крупное тело.
— Поймал, — сказал Эрик.
— Какого черта?
— Я тебя прикрываю, — ответил он.
В его улыбке сверкала радость боя, синие глаза блестели как сапфиры. Любит Эрик драки.
— Никто на меня не покушается, — возразила я. — И королеве ты нужен больше, чем мне. Но спасибо.
Уносясь на волне восторга, Эрик поцеловал меня долгим и крепким поцелуем, потом поднял голову Вайберта.
— Вампирский боулинг, — радостно сказал он и швырнул этот страшный предмет с такой силой и точностью, что у черного вампира выбило из руки меч. Тут же одним прыжком к оружию метнулся Эрик, и меч с убийственной силой поразил своего владельца. Испустив боевой клич, который не был слышен уже тысячу лет, Эрик обрушился на круг возле королевы и Андре с дикостью и самозабвением, которые можно было бы назвать по-своему прекрасными.
Какой-то оборотень, пытавшийся выбраться из зала, налетел на меня с такой силой, что меня выбило с моей относительно безопасной позиции. Вдруг между мной и колонной оказалось слишком много народу, а путь назад был перекрыт. Черт побери! Мне была видна дверь, которую до того стерегли Вайберт и его брат. На той стороне зала, черт, зато только там не было затора. А любой путь из этого зала был сейчас хорошим путем. Чтобы не вылезать на опасное открытое место, я стала пробираться туда вдоль стен.
И тут передо мной вырос белый костюм.
