По иронии судьбы люди Соузы затащили нас внутрь пещеры, в которую мы чуть раньше хотели зайти и сами. Они, видимо, сделали это для того, чтобы нас, связанных, никто не смог увидеть и чтобы мы не доставили им хлопот. Получалось, что наш статус поменялся — из «приманки», с которой Соуза обращался весьма обходительно, мы превратились в обычных пленников, отношение к которым было уже совсем другим.
— Уж лучше бы ты тогда попридержал язык за зубами… — упрекнула меня мексиканка.
— А откуда, черт побери, я мог знать, что этот тип стоит за нашими спинами и все слышит?
— Мне кажется, — вмешался в разговор профессор, — что мулат сообщил по портативной радиостанции Соузе о том, что мы ведем себя как-то подозрительно, и тот незаметно подошел к нам сзади и, можно сказать, поймал нас на горячем. Однако ссориться сейчас из-за этого не стоит. К сожалению, то, что произошло с нами, произошло бы в любом случае — рано или поздно.
— А по-моему, в этом могут быть даже и положительные моменты, — сказал я, немного поразмыслив. — Мы теперь по крайней мере знаем, как нам себя правильно вести.
— О-о да, — пробурчала Касси. — Сидеть связанной по рукам и ногам в темной пещере — это просто фантастическое удовольствие. Не знаю, как тебя отблагодарить.
— Как вы думаете, они сейчас за нами подсматривают? — прошептал профессор, меняя тему разговора.
— В такой темноте это вряд ли возможно, — сказал я, — но я абсолютно уверен, что у входа кто-то стоит на страже. А почему вы об этом спрашиваете? Хотите пойти прогуляться?
— Мы могли бы попытаться это сделать.
— Будем со связанными руками и ногами прыгать, как кенгуру? — с горечью спросила Кассандра. — Замечательная идея! Они нас точно не заметят!
— Я не говорил ничего по поводу того, чтобы попытаться выбраться наружу, — возразил профессор.
Мексиканка несколько секунд молчала.
— Неужели вы предлагаете… — недоуменно произнесла она после паузы.
— Да, я предлагаю пойти вглубь пещеры. Мне не приходит в голову ничего другого.
— Но как быть с тем, что там темно, а у нас связаны и руки, и ноги? — Я невесело рассмеялся. — Вы это говорите серьезно, проф?
— Мы могли бы освещать себе путь твоей зажигалкой.
— Ее у меня забрали в первую очередь, — мрачно сообщил я. — Вместе с ножом для подводного плавания. Эти типы свое дело знают.
— Но мы все равно должны что-нибудь придумать, — еле слышным голосом сказал профессор. — Мы не можем спокойненько отсиживаться здесь, пока они ищут Валерию, чтобы ее убить. Мы должны каким-нибудь образом отсюда удрать.
— Мы, по-вашему, спокойненько отсиживаемся? — с легким раздражением воскликнула Кассандра. — Я вам напоминаю, что перспективы у нас с вами ничуть не лучше, чем у вашей дочери.
— Да, конечно… Я это знаю, — пробормотал профессор с удрученным видом. — Простите меня.
— Вам не нужно перед нами извиняться, профессор, — сказала мексиканка, вдруг проникнувшись состраданием к озабоченности профессора. — Я прекрасно представляю себе, что вы сейчас чувствуете.
— А мне кажется, что горевать пока еще рано, — оптимистически заявил я, пытаясь подбодрить своих друзей. — Мы ведь еще точно не знаем, что они хотят с нами сделать. Кроме того, может случиться так, что у нас появится возможность дать деру. Нужно только выждать и не пропустить такую возможность, если она и в самом деле представится.
— Ты своими словами, наверное, хочешь сказать, что… — в голосе Кассандры прозвучала слабая надежда, — что ты придумал, как нам спастись?
Я, разумеется, понимал, что в темноте она все равно ничего не видит, но все же повернулся к ней и состроил рожицу:
— Может, помолимся?
Прошло несколько часов, наступила ночь, и в пещере все погрузилось в кромешную тьму.
Мои спутники уже давно умолкли, потому что никому из нас не хотелось разговаривать, и, когда со стороны входа в пещеру послышались чьи-то тяжелые шаги, мы без труда сразу смогли определить в царящей тишине, что они приближаются к нам. Чуть позже замелькали два луча беловатого света, отражающегося от влажных стен, а затем перед нами появились лейтенант Соуза и Луизао. Каждый из них держал в правой руке фонарик большой мощности.
— Как вы себя чувствуете? — издевательским тоном спросил Соуза.
— Этот гостиничный номер довольно уютный, — ответил я, — а вот качество обслуживания не мешало бы улучшить.
Соуза тихонько засмеялся и осветил нас всех троих фонариком.
— Я рад, что вы пребываете в таком хорошем настроении, — сказал он, — потому что мне нужна ваша помощь.
— Идите в задницу! — буркнула Касси.
— Я еще не сообщил вам, для чего вы мне нужны, — невозмутимо продолжил лейтенант. — Возможно, мы сумеем прийти к соглашению.
— К соглашению? — переспросил профессор.
— Именно так, к соглашению, — повторил лейтенант. — Вы поможете мне, а я помогу вам.
— А нельзя ли объяснить поподробнее?
— Можно… Мои начальники — думаю, что в данной ситуации у меня нет никакой необходимости в том, чтобы рассказывать вам, кто они такие, — не хотят, чтобы хоть кто-нибудь узнал о существовании этого заброшенного города, а потому я даю вам возможность помочь мне разыскать вашего друга индейца… ну и ту, вторую экспедицию. Она, судя по отдельным следам, которые нам удалось обнаружить, находится где-то неподалеку.
— Вы хотите сказать, что вы эту экспедицию еще не нашли? — осведомился, воодушевляясь, профессор.
— Не тешьте себя иллюзиями, друг мой. Мы их все равно рано или поздно найдем — это всего лишь вопрос времени. И чем раньше мы их найдем, тем раньше мы сможем все это закончить.
Я не поверил своим ушам — настолько циничным мне показалось то, что нам только что заявил лейтенант Соуза.
— Дайте-ка подумать… — спокойно произнес я, стараясь сдерживать одолевающий меня гнев. — Вы рассчитываете на нашу помощь в поиске туземца и членов второй экспедиции, чтобы затем как можно быстрее убить всех нас и вернуться домой, к своим семьям?
— Убить вас? — спросил Соуза с деланным удивлением. — Разве кто-то говорил, что вас собираются убивать? Наше намерение заключается в том, чтобы заставить вас подписать соглашение о конфиденциальности, в котором вы возьмете на себя обязательство не разглашать сведения о существовании этого города, после чего мы гарантированно вернем вас в цивилизованный мир. Мы не убийцы.
— А если мы не подпишем это соглашение? — спросила Касси.
Соуза приблизил свое лицо к лицу мексиканки и угрожающим тоном сказал ей на ухо достаточно громко, чтобы услышали и мы с профессором:
