— Секундочку… Оружие вы взяли себе, а мне дали всего лишь этот дурацкий фонарик? — возмутился я. — И как, по-вашему, я буду себя защищать, если надо мной вдруг нависнет опасность? Буду ослеплять неприятеля светом фонарика?
— У тебя есть красивый и острый нож, — ответила Кассандра, показывая на нож. — А еще — твой острый ум.
— Уж в чем в чем, а по части остроты ума ты меня всегда превосходила.
Мексиканка ничего не ответила, но я даже и в полумраке смог увидеть, как она улыбнулась.
И тут мы, ненадолго замолчав, услышали со стороны входа в пещеру звуки приближающихся шагов.
Мы втроем тут же дружно бросились вглубь пещеры.
Поскольку у меня был фонарик, я бежал первым, освещая себе путь и подбадривая профессора и Кассандру, чтобы они не отставали от меня. Перед моим внутренним взором по-прежнему то и дело появлялась жуткая сцена, свидетелем которой я стал всего лишь несколько минут назад, и у меня невольно возникало ощущение, что я веду двух своих друзей не к спасению, а в какие-то тартарары, где им и мне придется столкнуться с чем-то гораздо более опасным, чем кучка наемников.
Мне вдруг припомнились слова старого шамана племени менкрагноти, который назвал это место адом, а его обитателей — демонами.
Вопреки собственной воле я мысленно спросил сам себя, а не в ад ли мы сейчас направляемся, и у меня по позвоночнику побежали холодные мурашки.
62
Маленький луч света, исходивший от фонарика, дергался то вправо, то влево в такт моим движениям. Я концентрировал все свое внимание на том, куда я ставлю ступни, чтобы ни в коем случае не споткнуться, и старался не думать обо всем остальном — а особенно о том, что сейчас откуда-нибудь из темноты могут появиться черные конечности, которые схватят меня за шею.
— Подожди немножко, Улисс, — донесся сзади голос профессора, начавшего отставать.
— Я понимаю, что вам трудно, — ответил я, тяжело дыша, но отнюдь не снижая скорости бега, — однако останавливаться нельзя. Если эти типы нас поймают, все это закончится, поверьте мне, очень печально.
— Тогда бегите без меня, — голос профессора задрожал, — потому что мои легкие сейчас лопнут.
— Да ладно, не стройте из себя мученика.
— Послушай, давай ненадолго остановимся, — с явной неохотой поддержала профессора Касси. — Нам самим же будет хуже, если в конце концов придется нести дедушку на руках.
— Идите вы оба к черту!.. — Голос профессора стал каким-то приглушенным. — Хотел бы я посмотреть, сможете ли вы, когда доживете до моих лет, вот так носи…
Профессор замолчал на полуслове, а затем до меня донесся глухой звук удара.
Мое сердце екнуло, и я остановился — так резко, что Касси врезалась мне в спину.
— Профессор? — спросил я испуганным шепотом, оглянувшись и посветив позади себя фонариком.
Затем я, повернув назад, осторожно прошел с десяток метров, внимательно осматривая при свете фонарика пол пещеры (и невольно заметив при этом, что очертания пещеры уж слишком симметричные для того, чтобы можно было поверить в ее естественное происхождение), однако от профессора не осталось даже и следа.
Вспомнив об ужасной сцене, которую мне довелось увидеть несколько минут назад, я настороженно осветил фонариком потолок пещеры, опасаясь, что сейчас увижу тело своего друга, трясущееся в предсмертных судорогах.
Но и там я профессора не обнаружил. Кроме того, над нашими головами в потолке не было никаких отверстий.
— Куда же, черт побери, он подевался? — тихо пробормотал я, чувствуя, что мной овладевает уже не только страх, но и любопытство.
— Возможно, он потерял нас из виду и побежал куда-нибудь в другую сторону, — предположила Касси. — Тут, наверное, есть боковые ходы.
Я на всякий случай прошел еще с десяток метров, освещая фонариком буквально каждое углубление в стенах пещеры, и в подтверждение предположения Кассандры в конце концов обнаружил в стене слева вход в боковое ответвление, мимо которого мы с мексиканкой пробежали чуть раньше, впопыхах не заметив его.
Мы осторожно вошли в него и увидели, что здесь такой же широкий и высокий проход, как и тот, в котором мы только что находились.
Касси слегка опередила меня и, сложив руки рупором, громко произнесла:
— Профессор!.. Вы здесь?
В ответ не раздалось ни звука.
Зато сзади до меня донеслось эхо голосов нескольких людей, громко разговаривавших друг с другом. Разговаривали они на португальском языке.
К нам приближались Соуза и его люди, и, судя по их тону, они разозлились не на шутку.
— Черт бы вас побрал, проф! — взорвался я. — Если вы меня слышите, ответьте!
Я уже собирался еще раз крикнуть то же самое, но тут Кассандра с силой схватила меня за руку и тем самым заставила замолчать.
— Ты слышал? — спросила она. — Мне показалось, что он что-то ответил.
Я напряг слух, пытаясь игнорировать голоса наемников, раздававшиеся все ближе и ближе.
— Я здесь… — донеслось до меня, как мне показалось, откуда-то издалека. — Внизу.
Мы устремились туда, откуда послышались эти слова, но едва я сделал несколько шагов, как вдруг Касси, преградив путь рукой, заставила меня резко остановиться.
— Там какая-то дыра, — сказала она, хватая меня за руку, в которой я держал фонарик, и направляя его свет на пол на несколько метров дальше.
И в самом деле, впереди в полу пещеры виднелась большая яма. Мы поспешно подошли к ее краю и заглянули вниз.
Я посветил в нее фонариком и увидел, что яма эта очень глубокая и что именно в ней и находится профессор: он стоял по пояс в воде, и от его головы до края ямы было почти три метра. Тем не менее голубые глаза моего старого друга светились радостью.
— Слава Богу! — сказал он, облегченно вздыхая. — Я уж начал бояться, что вы меня не найдете.
— Вы себя хорошо чувствуете? — спросила Касси.
— Я свалился в эту яму, — ответил профессор, — но вода смягчила удар, и мне кажется, что я ничего себе не повредил. Если ситуация позволяет, попытайтесь вытащить меня отсюда.
Мы с Кассандрой обменялись быстрым взглядом, и я понял, что мы оба подумали об одном и том же.
— Ты что думаешь? — спросила меня Касси, глядя вниз.
В мою голову тут же нахлынуло множество труднореализуемых идей — таких, как, например, сделать из нашей одежды веревку и с ее помощью вытащить профессора наверх. Однако доносящиеся до меня из глубины пещеры голоса, становившиеся все более громкими, вернули меня к реальности.
— Проф, вы меня слушаете? — спросил я.
— Конечно, — ответил он. — Какая там ситуация?
