— Замечательно, — сказал профессор, — но… но если мы станем убирать одни камни, разве из этого отверстия не начнут падать другие?
Кассандра невозмутимым тоном ответила:
— Да, конечно, такое возможно.
— К тому же, если даже нам и удастся убрать камни так, чтобы стенка этой ямы не рухнула и нас здесь не засыпало, — обеспокоенно продолжал профессор, — нет никакой гарантии, что мы найдем ход, по которому можно будет отсюда выбраться. Разве я не прав?
Я, опережая Кассандру, снисходительно посмотрел на профессора и сказал:
— Проф, если вы хотите, чтобы кто-то дал вам какую-то гарантию, купите себе стиральную машину.
Профессор посмотрел поочередно на меня и Касси и, поджав губы, кивнул.
— Ну хорошо, — сказал он. — Терять нам все равно уже нечего.
Поскольку мы с Кассандрой были помоложе профессора и, следовательно, легкие у нас были поздоровее, чем у него, мы вдвоем стали погружаться поочередно в воду и убирать камни, которые преграждали нам путь, а профессор тем временем держал над нами зажженный фонарик, чтобы мы могли хоть что-то видеть в становящейся все более мутной воде.
— Ну, как там у вас дела? — спросил меня профессор, когда я, чтобы подышать, высунул голову из воды, а убирать камни под водой начала Кассандра.
Мне пришлось сделать несколько глубоких вдохов, прежде чем я смог что-то ответить.
— Думаю, что хорошо… — ответил я, прерывисто дыша. — Мы убрали в сторону уже целую кучу разных каменюк, и стенка ямы на нас еще до сих пор не обвалилась. Мне кажется, что это очень даже хорошо.
— Ты и в самом деле веришь, что мы сможем подобным образом отсюда выбраться?
— Ничего другого мне пока что в голову не пришло, так почему бы не попытаться это сделать? Может, нам действительно повезет.
— Надеюсь, что повезет, — удрученно пробормотал профессор. — Во всем виноват я. Если бы я не свалился в эту яму, ничего подобного не произошло бы.
— Не морочьте мне голову подобной болтовней, проф, — пробурчал я. — Когда возвратитесь в Барселону, то, если захотите, обратитесь к психологу и излейте ему душу. Сейчас же единственное, о чем нам стоит думать, — это как выбраться отсюда, а потому светите нам этим фонариком и старайтесь верить в то, что мы очень скоро будем пить пиво и со смехом вспоминать обо всем, что с нами здесь происходило.
— Да, конечно. Просто дело в том, что я…
В этот момент, заставляя профессора замолчать, из воды появилась мексиканка с искаженным от гнева лицом.
— Профессор, — мрачно произнесла она, — вы не могли бы светить этим чертовым фонариком туда, куда надо? Там, под водой, ни черта не видно!
Я, еще успев услышать, как начал извиняться профессор, погрузился в воду, сменяя Кассандру, и немедленно вступил, можно сказать, в схватку с грудой камней, которую мы безостановочно, хотя пока и без особых успехов, пытались камень за камнем переместить в сторону.
Я ухватился обеими руками за крупный камень и, расставив ноги в стороны и упершись ими в другие камни, стал тащить его на себя. Не знаю, по какой причине — то ли из-за того, что я стал тащить именно этот камень, то ли из-за того, что я с силой давил ногами на другие камни, — но вся груда камней подалась и затем повалилась подобно карточному домику.
У меня уже в самый первый миг мелькнула мысль, что если меня завалит камнями, то я из-под них не выберусь, а потому я молниеносно отпрянул назад — и тут же почувствовал, как кто-то схватил меня за руку и, сильно потянув, оттащил — очень даже своевременно — в сторону.
— Что случилось? — встревоженно спросила все еще державшая меня за руку Кассандра, когда я, выпрямившись, появился из воды.
— Не знаю… — пробормотал я, дрожа всем телом от охватившего меня нервного напряжения. — По-моему, я спровоцировал небольшой обвал, когда попытался вытащить увесистый камень. Нужно подождать, когда осядут поднявшиеся частички грязи, и затем посмотреть. Надеюсь, что ничего страшного не произошло… Да, кстати, спасибо за то, что помогла мне.
— Я тебя спасала уже два раза, — заметила Касси, приблизив к моему лицу указательный и средний пальцы.
— Два раза?
— А ты что, забыл про змею, которой я снесла башку в сельве, когда она уже вот-вот собиралась тебя укусить?
— А-а, да, что-то такое было… — произнес я таким голосом, как будто с трудом вспомнил об этом инциденте. — Вообще-то, я тогда держал ситуацию под контролем.
— Правда? — Касси слегка усмехнулась. — Однако твои вытаращенные от страха глаза свидетельствовали совсем о другом.
— Я вытаращил глаза потому, что очень сильно сосредоточился. Я ждал подходящего момента, чтобы напасть на змею, и…
— Ну да, конечно… В следующий раз я постараюсь об этом не забыть.
— Друзья мои, — вмешался в разговор профессор. — Ваша дискуссия, безусловно, имеет немаловажное значение, однако грязь, как мне кажется, уже осела.
Посмотрев вниз и увидев, что профессор прав, я снова погрузился в воду, чтобы проверить, что же я там натворил. Я перелез через те камни, которые рухнули на дно, и, пытаясь нащупать руками стенку ямы, состоящую из лежащих друг на друге камней, протянул руку так далеко, как только мог, но, как ни старался, нащупать эту стенку мне не удалось.
Решив, что будет лучше попытаться это сделать с фонариком, я быстро вынырнул и, не обращая внимания на вопросы, которые мне стали задавать профессор и Кассандра, выхватил из рук Кастильо фонарик. Затем, сделав глубокий вдох, я снова погрузился в воду.
Всмотревшись в воду, мутную из-за плавающих в ней мелких частичек грязи, я увидел в том месте, где раньше была груда камней, что-то очень темное. Я осторожно, чтобы не спровоцировать новый обвал, продвинулся вперед и понял, что это черное пятно представляет собой не что иное, как отверстие, в которое я смог бы пролезть, но с большим трудом. Тем не менее я решился это сделать и наполовину пролез в него, обнаружив с другой его стороны туннель идеальной квадратной формы, явно сделанный человеческими руками. Ширина туннеля составляла примерно полтора метра, и он был наполовину затоплен водой.
Затем я полностью пролез в этот туннель и, встав на ноги и тем самым наполовину вынырнув из воды, осветил фонариком сначала стены и потолок, выложенные плитами из отшлифованного камня, которые были покрыты лишайником и идеально состыкованы друг с другом. Затем я рассмотрел дальнюю часть этого туннеля, в глубине которого исходящий из моего фонарика мощный луч белого света постепенно терялся.
Я даже понятия не имел, что это за туннель и приведет ли он нас к какому-нибудь выходу, однако было ясно одно: больше идти нам некуда.
