Капитан Хорн взял медальон, с которым Сара никогда не расставалась. На мгновение вспыхнул луч надежды. Она носила его в память о матери. Медальон значил для нее очень много – так много, что Сара ни за что не оставила бы его, если бы не была уверена, что вернется.
Да, но ведь мать Гидеона тоже оставила драгоценную брошку – в тот страшный день, когда бросила мужа и маленького ребенка.
Крепко сжав медальон, Гидеон снова повернулся к Харгрейвзу:
– Но если подлец граф не увез Сару силой, то с какой стати она вообще уехала? Ей незачем было возвращаться в Англию. Мы собирались пожениться. Она говорила, что хочет остаться со мной.
Питер и Энн переглянулись.
– Не знаю, капитан, – ответил матрос. – Может быть, мисс Уиллис должна уладить на родине какие-нибудь дела, прежде чем навсегда поселиться здесь.
– А может быть, – ледяным тоном возразил Гидеон, – она вовсе не собирается возвращаться. А медальон – всего лишь хитрость, уловка, чтобы я не бросился в погоню и не захватил корабль брата.
– Не думайте о мисс так плохо, капитан, – сказала Энн. – Граф привез с собой очень много людей и оружия. Если бы он хотел с вами расправиться, то не стал бы медлить. Однако он этого не сделал потому, что не позволила мисс Уиллис. Она умоляла его не начинать сражение, и граф скрепя сердце согласился.
– Неудивительно. Этот аристократишка знал, что и он сам, и все его матросы, а может, торговцы, получат по заслугам. Трус! Тайком пробрался на остров и украл ту, которую я собирался назвать своей женой! Даже не попытался вступить в схватку! На его месте я ни за что не поддался бы на уговоры с такой легкостью! С огромной радостью сразился бы с тем, кто осмелился...
Гидеон осекся. Внезапно вспомнились слова, которые он сказал Саре два дня назад. «Я не позволю ему увезти тебя. И готов сразиться с любым, кто попытается тебя отнять». Она наверняка запомнила угрозу. Приняла ее близко к сердцу и постаралась устроить так, чтобы капитан Хорн не смог причинить вред брату.
В душе зарождался гнев, такой же неукротимый, как мощный океанский шторм. Больше всего Сара заботилась о безопасности сводного брата! Да этот трус наверняка даже не умеет держать в руке саблю, а пистолета боится как огня!
Как бы ни старались оправдать Сару Энн и Питер, горькая правда заключалась в том, что, едва представилась возможность выбирать между ним – бывшим пиратом, а ныне предводителем колонистов – и семьей, она не колеблясь выбрала семью. Все разговоры и рассуждения о преобразовании мира, о создании на острове колонии, которой можно было бы гордиться, оказались пустыми словами. В противном случае она ни за что не уехала бы.
Крепко сжав медальон, Гидеон обвел взглядом стоящих вокруг костра людей. А как же они? И как быть с другими обитателями острова, с теми, к кому она проявляла интерес? С теми, кто успел искренне полюбить общительную, добрую, участливую мисс? Да, Сара действительно много сделала для обустройства острова и его жителей. Самоотверженно отстаивала права женщин и предлагала учить мужчин. Все ей доверяли. Но как только появилась возможность вырваться на свободу, Сара ухватилась за нее как за спасительную соломинку и не преминула ею воспользоваться.
Она рассуждала о необходимости дать женщинам право выбора, а сама не взяла собой ни одной из подопечных. Просто улизнула с острова вместе с трусливым братцем, а остальных бросила на произвол судьбы. Проклятие! Он жестоко ошибся в ней, ошибался с самого начала, с первых дней знакомства!
Все аристократки слеплены из одного теста: лживые, слабые, готовые на любую подлость ради возвращения к своим богатым могущественным семьям. Как мог он ей поверить?
– Пожалуйста, капитан Хорн, – снова зазвучал неуверенный голосок Энн. – Пожалуйста, не мучьте себя дурными мыслями. Мисс Уиллис обязательно вернется, не нарушит своего обещания.
Гидеон смерил маленькую валлийку мрачным взглядом.
– Очень в этом сомневаюсь. Она уехала, не подумав ни об одной из вас. И уж конечно, обо мне. Сара не вернется. Ну и пусть. Атлантис и без нее проживет.
– Но все произошло совсем не так, – возразил Питер.
Капитан взглядом заставил его замолчать.
– А тебя, Харгрейвз, я не желаю слушать. Я дал тебе больше золота, чем ты видел за всю свою жизнь, чтобы ты убрался с острова подобру-поздорову. Ты же отплатил мне черной неблагодарностью, пустив по моему следу волков.
В этот момент капитану пришла в голову ужасная мысль. Подойдя вплотную к матросу, он схватил его за воротник.
– И теперь все эти люди знают, где расположен остров, так ведь? Полагаю, граф дожидался лишь освобождения сестры. Едва вернувшись, он немедленно нашлет на нас королевский флот и попытается уничтожить. Благодаря твоим стараниям мы вполне можем считать себя мертвыми.
Харгрейвз отчаянно замотал головой:
– Его сиятельство не ставил в известность военно-морское ведомство, чтобы не бросить тень на репутацию сестры. Клянусь, это так. И даже своим людям не сказал, кто живет на острове, иначе, при одном лишь упоминании вашего имени, они разбежались бы еще в Сантьяго. А маленькая мисс поставила непременное условие, чтобы граф никогда и никому не рассказывал, куда именно плавал.
Гидеон пристально смотрел на маленького человечка, похожего на обезьяну. Отважный и честный, он никогда не боялся отстаивать свою позицию.
– Но почему я должен тебе верить?
– Судите сами. Знай я, что с минуты на минуту нападут военные корабли, нашел бы в себе силы остаться? Я бы просто уплыл вместе с графом и прихватил с собой невесту.
Что ж, разумно. Гидеон не мог не согласиться. Капитан перевел взгляд на Энн: хорошенькое личико откровенно излучало страх, который так мужественно прятал друг.
– Пожалуйста, сэр, прошу вас! – Ее голос дрожал. – Не наказывайте, не обижайте Питера. Он остался здесь ради меня. Мы оба верим в Атлантис. И я не переживу, если... если с ним что-нибудь случится.
– Не волнуйтесь, мисс Энн, – загудел Сайлас. – Капитан не причинит Харгрейвзу зла. Во всяком случае, до тех пор, пока ваш друг будет прилично себя вести.
– Не лезь, Сайлас, – буркнул Гидеон, продолжая сверлить взглядом несчастного Питера. Внезапно мелькнула мысль: как здорово было бы задать парню хорошую трепку и хотя бы так отомстить ему за пособничество в бегстве Сары!
Но капитан Хорн не терпел расправ и тем более не был способен на жестокость на глазах у очаровательной малышки Энн. Она так искренне, так жалобно молила о прощении! Да что говорить? Харгрейвз всего лишь выполнил свой долг. А предала всех Сара. Сара бросила его.
Едва слышно выругавшись, Гидеон оттолкнул тщедушного матроса.
