- Не разыщем… - Ави печально вздохнул и развалился на кровати, намериваясь немного вздремнуть. - Они все мертвы…
- Мертвы? - Орвид замер на пороге. - Почему?
Эльф приподнялся на локте и с удивлением на него уставился.
- Как это 'почему'? Потому… Ты что, не знаешь? - Ави, сначала с недоверием, а потом с ещё большим удивлением смотрел на ничего не понимающего Орвида. - Понимаешь, нельзя надолго оставлять мага в состоянии Эльми, и уж тем более нельзя отрывать от него силу! Это как… лишить человека какого-нибудь органа. Жить будет, но недолго. Так что та мразь, что отбирала у Адель силу, вдобавок значительно сократила её жизнь!
- Вот как, - задумчиво произнёс Орвид. - Получается, человеческие дети долго не живут после обряда.
- Получается… - эльф снова улёгся на кровать и, печально глядя в потолок, добавил: - Надо было его всё-таки убить.
- В следующий раз, Ави, обязательно!
'Орвид, я не знал, что это сокращает жизнь!' - как истеричный завопил Энан.
'Заткнись! Это не важно… Важно только то, что Адель получит назад свою силу и… больше не будет тихо умирать…'
'Прости…А как же ты?'
'Это тоже не важно!'
Глава 11
В поисках приключений главную роль играет не голова.
Гардаш пришёл в себя только в замке у Тёмного. Страх, охвативший его при пробуждении, немного сдал свои позиции, но окончательно отступать не собирался, заставляя мага нервно оглядываться. Ему отчего-то казалось, что незнакомцы, неведомо как оказавшиеся в его тайной крепости, преследуют его. Этих людей раньше он никогда не видел. По крайней мере, вспомнить их не мог. И то, что ночные гости не являются его друзьями, Гардаш тоже прекрасно понимал. А ещё он понял, что Шоэншус так же не погладит его по голове, если узнает, что магистр магии не только не вступил в бой с недоброжелателями, а трусливо покинул собственный замок, улепётывая от посетителей, как глупый кролик.
Затуманенные непрекращающимися возлияниями мозги скрипели еле-еле, не желая здраво мыслить. Как не пытался Гардаш придумать что-либо правдоподобное, чтобы объяснить свой ночной визит хозяину, путного в голову ничего не приходило. После долгих размышлений, наконец, до него дошло, что Шоэншус почему-то никак не реагирует на его присутствие, и, следовательно, его нет в замке.
Облегчённо вздохнув, магистр решил вернуться в Ильмению, но не в свой замок, а в Змеиную школу, полагая, что странные посетители не решатся проникнуть ещё и туда.
Только оказавшись в своих жилых покоях, магистр смог расслабиться. Не раздеваясь, он упал на кровать, и, проваливаясь в сон, подумал, что завтра трудно будет объяснять Маеру свое долгое отсутствие в школе… и ещё, что надо будет принять чего-нибудь от похмелья, а то…
Делька, не веря своим глазам, держала на вытянутой руке два, похожих друг на друга, амулета-накопителя. Судорожно стиснутый кулак мелко подрагивал, отчего накопители, слегка раскачиваясь, постукивали друг о друга. Она не решалась надеть их себе на шею, боясь, что чуда, которого она ждала почти десять мучительных лет, так и не случиться. Девушке казалось, что мечты её так и останутся мечтами, а сила, запакованная в каплеобразный медальон, её сила, не признает хозяйку.
'Не тяни!.. - не выдержал напряжения момента Энан. - Надевай!'
- Боюсь… - прошептала бледными губами Делька, не спуская немигающего взгляда с накопителей и продолжая издавать ими мерное постукивание.
- Даже если они не активированы, всё равно так будет лучше, - прошептал Орвид, находившийся в не меньшем напряжении, чем дочь. - Надевай.
- Вот, - Делька поправила амулеты на груди и прислушалась к своим ощущениям. Ей показалось, что от накопителей пошла тёплая волна, которая стала стремительно распространяться по всему телу. Но больше ничего не произошло. Даже привычного покалывания магии на коже она не почувствовала. - Ничего… - Она растерянно посмотрела на отца, с трудом сдерживая подкатившие слёзы. - Совсем ничего…
- Ави предупреждал, что такое может быть… если амулет не активный. Он не знает, как его активировать, - Орвид предупредил вопрос дочери, почти слетевший с её губ, - но сейчас главное, что твоя сила с тобой. Отыщем Вию и… Она-то уж наверняка знает, как обращаться с этими штуками!
Наместник попытался приободрить дочь, но Делька только ещё больше нахмурилась и зло проговорила сквозь стиснутые зубы:
- Надо было спросить этого гада! Спросить и убить! Почему ты не взял меня с собой?! - Голос девушки звенел от злости и гнева. - Хлыща этого взял, а меня нет!!! Почему?!
- Потому что не хотел рисковать тобой! - с горечью воскликнул Орвид. - Как ты не понимаешь, что дорога мне больше жизни?! Что я не хочу оправдываться перед твоей матерью, почему не смог уберечь тебя?! Адель, он получит своё, верь мне! Получит, но не сейчас…
- Прости, папа, - пробормотала Делька виновато и прижалась к его плечу. - Я так хочу вернуть этому упырю всю ту боль, которую он причинил маме, тебе, мне…
- Ты знаешь, Адель, он оказался трусливым пропойцей, который при малейшей опасности сбежал к своему покровителю… Зато, - Орвид приподнял её подбородок, заглядывая в заплаканные глаза, - твой эльфийский родственник проследил его перемещение, и нам теперь не надо путешествовать по морю! Пойдём телепортами! Или, как выражается Пресветлый Авиатаниэль - шлюзами.
'Позёр!' - охарактеризовал эльфа Энан.
'Да хоть бы и так! - усмехнулся Орвид. - Главное, чтобы пользы от него было больше, чем вреда!'
- Иди, отдыхай, Адель. Всё складывается лучше, чем мы предполагали!
Всю дорогу до Шихун Милолика не отходила от умирающего Пшоты ни на шаг, ни на секунду, забыв, что только утром мечтала поскорее от него избавиться… Но не такой ценой! Она никому не желала смерти: ни мужу, ни брату… ни, тем более, себе. Она хотела, что бы все разошлись мирно, и, кажется Пшота, в этом вопросе был на её стороне, но Милослав…
Смерть брата отзывалась тупой болью в её сердце, но жалости не было. То, что проделал, возжелавший денег и величия, Милослав, не укладывалось у нормального человека в голове, и уж тем более не вызывало понимания и сочувствия. Милолика пыталась найти ему оправдания, но аргументов в защиту не было. Это, каким же надо было быть циничным и небрезгливым, чтобы подсунуть свою беременную подружку другому мужчине, дабы убедить его в долгожданном отцовстве? Как надо желать денег и богатства, чтобы принести в жертву единственную родную сестру, которая старалась ему помогать и поддерживать во всём, ненавидеть её за это и желать смерти? Этого она не понимала.
Пока караван механиков добирался да Шихун, боярыня думала, вспоминала, размышляла: когда, где, почему изменился Милослав? Да и изменился ли?.. Всплыли в памяти случаи, когда юный Славка совершал весьма неприглядные поступки, но тогда они воспринимались, как детские шалости. Милолика даже прикрывала брата, стараясь смягчить неминуемое наказание. Как оказалось, делала она это зря. Брат ничего не понял, ничему не научился, и выводы сделал абсолютно не те, которые следовало бы. Он, став взрослым, также цинично относился к женщинам, используя их для достижения своих целей, как когда-то использовал младшую сестру, дабы избежать наказаний.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
