сооружение. Не-то развалившийся домик, не то остов придорожного кафе. Стены из тёмно-вишнёвого кирпича едва просматривались в порослевой гуще. Окна вывалились, крыша частично провалена, из бурьяна и разросшегося до безобразия винограда торчали ржавые столбы забора.
«Лучше пройти мимо», - решил для себя Воробьёв.
Он поравнялся с руинами здания, немного притормозил и положил указательный палец на спуск. Разложенный под навесом беседки костёр тихо потрескивал сырыми деревяшками. Рядом никого не было, но в очаге на углях стоял и пыхтел паром закопчённый чайник.
- Эй, ты! - донёсся из-за спины голос. - Ну-ка убери пушку!
Макс покорно опустил ствол и повернул голову.
- Вот так! А теперь получи!
6
«Какой неприятный поворот, - приходя в себя, подумал Макс. - Второй раз за сутки мне чистят физиономию, а я даже ответить не могу».
Сознание померкло лишь на секунду, но и этого хватило, чтобы злобный недруг полностью овладел ситуацией. Здоровый детина стоял над ним и глумливо скалился, угрожая какой-то допотопной двустволкой.
- Не рыпайся! А то у меня нервишки шалят, могу и курки ненароком спустить!
Здоровяк протянул лапу и запустил её в карман Воробьёвской куртки, как будто чётко знал что в ней находится. Выудил худой рулончик банкнот и проворно переложил его в собственный карман.
- Наёмник?! - стараясь сохранить невозмутимость, спросил Макс.
- А тебе что за дело? - отозвался здоровяк.
- Любопытно, откуда такие жлобы берутся, что последние штаны готовы с бродяги снять.
- Никогда не видел бродяг с таким количеством наличности, - хмыкнул верзила. - Ты точно не бродяга. Вон какая пушка накрученная! Мне за такую полгода горбатиться!
Макс покосился на автомат, который валялся в луже и медленно встал на ноги.
- Что дальше? - спросил он. - Так и будешь тыкать в меня своей ржавой железякой?
- Нет конечно! Сейчас пройдёмся до ближайшего овражка и узнаешь на что эта железяка способна!
- Как же вы все мне надоели! - проговорил Воробьёв. - Ну давай веди! А то на словах вы все...
Заскрипела дверь дома. Кто-то спустился по ветхим ступенькам крыльца и вскоре под тяжёлой поступью захлюпала грязь.
«Вот же незадача! - подумал Макс. - С двумя-то мне уже и не справиться».
- Ну привет братишка! - послышался голос. - Я думал уже не свидимся!
Глава 31
Эпизод третий
Шака
Из записок Макса Воробьёва
Долгое время я мечтал познакомится со сталкерами. Это странное желание диктовалось полумифическим ореолом славы, которым были овеяны парни добывающие артефакты. Только этот лучезарный ореол быстро рассеялся, когда я узнал их поближе. Не то что бы профессия старателей стала вызывать у меня отвращение, нет — просто я понял что они ничем не отличаются от простых бродяг блуждающих по дебрям Зоны. Они меркантильны, жестоки, некоторые сродни хищникам, а жажда наживы иногда затмевает рассудок.
Фреза от жадности съехал с катушек. И нашёл свою смерть в Пасти червя тоже от жадности, потому что не мог смириться с мыслью, что кто-то другой станет владеть его богатством. Он и на завод поплёлся за мной, только потому что боялся, как бы я не раскрыл его тайну. Впрочем, он оказался прав. Тайну-то его я всё же раскрыл.
Когда я проявил плёнку и сделал фотографии, то на всех снимках обнаружил очень заметный и странный дефект. У Фрезы вместо головы чернело рыхлое словно клякса мазута пятно.
После всего случившегося слишком символично и многозначительно. Настолько многозначительно, что просто невозможно не поверить во вмешательство каких-то потусторонних сил. Как будто сама Зона за вероломство и жадность решила вычеркнуть его из истории.
Пометила она и остальных. У всех без исключения, у кого на лице, у кого на туловище или конечностях я обнаружил многочисленные точки. Точки искажающие черты лица, контуры рук, ног, вдавленные и рваные, словно отверстия от пуль. Уже позднее, я узнал, что как-то осенью в Мёртвый угол наведалась банда анархистов. Они вломились в лагерь сталкеров, надеясь поживится и перебили всех до одного.
1
Макс повернул голову и увидел коренастого крепыша, который остановился в паре шагов от него. Капюшон брезентового дождевика скрывал лицо, но когда парень сдёрнул его с головы, Воробьёв от удивления охнул.
Перед ним стоял Димон Колосков — тот самый Димон, с которым он побывал в стольких передрягах. Парень здорово изменился. Посуровел, стал жилистым и уверенным в себе. На левой скуле багровел длинный шрам, по-видимому результат стычки. Волосы на голове подёрнуты сединой. Да и выглядел он гораздо старше, чем в день, когда они распрощались на полустанке. Заматерел, загрубел что ли?
- Вот и свиделись, - проговорил Макс.
Пожали друг другу руки. Крепко обнялись.
- Пошли в дом! А то вымокнем до нитки! - кивнул Димон на развалины. - Я тут с бойцами на постой стал. Ждём когда дождь притихнет!
Воробьёв торопливо подхватил автомат и повесил его на плечо. Меньше всего он рассчитывал встретить на этой захудалой дороге старого друга. Впрочем, был ли Колосков сейчас его другом? Добродушие с
