держал обоих.
Вадим никогда об этом не заговаривал, ничего не просил. Он вообще по жизни крайне немногословен, холоден и замкнут. Больше молчит, никаких эмоций внешне. Но все, что кипит внутри, видно по глазам.
Вот как сейчас.
Он вошел в кабинет с маленьким сыном на руках. Мелкий Вадька сразу потянул ручки к ней и требовательно заверещал. Вадим-старший негромко проговорил:
- Тихо, нельзя мешать маме.
Ну разве ж Аня могла удержаться.
- Иди сюда, - забрала малыша и кивнула заглянувшей в открытую дверь кабинета Марине: - Сделай нам какао.
Дети расселись за столом. Вадим сел последним.
- Ма, - начал Илья. - Мы э… - покосился на Батурова. - Были у папы на работе, а потом решили зайти к тебе. Ничего? Мы тебя не отвлекаем?
В этот момент муж шумно выдохнул и бросил на нее горячий взгляд.
По всем бумагам их старший сын Илья – Муратов. Вадим никогда не поднимал эту тему, он принял это пожелание Анны. Но за три года ровным поведением и авторитетом добился того, что мальчик стал звать его папой.
Много чего Вадим Батуров в жизни напротачил, но этот экзамен на отца он сдал.
- Не отвлекаете, - улыбнулась Аня и отобрала у мелкого Вадьки маркер.
- Ну ладно, - успокоился ее большой сын. - А то Вадька хотел увидеть, как тут у тебя в офисе…
И состроил хитрые глаза.
Ну конечно, инициатор всего мелкий Вадька.
Вот такие у нее сыновья, подумалось Анна, Илья Ильич и Вадим Вадимович. Носят имена дорогих ей мужчин.
Тем временем Марина принесла на подносе три чашки какао и печенье. А Аня повернулась к Алсу:
- Как дома? Как мама?
- Ой, тёть Ань, - девочка отпила какао и натурально закатила глаза. - Там такая Санта-Барбара, мы с дедом не выдержали, удрали сюда. А мама ничего, нормально. Опять поменяла имидж. И знаете…
Она подалась ближе и зашептала:
- Кажется, собирается сделать пластику и линзы вставить. Но я вам ничего не говорила. Ага?
- Я никому не скажу, обещаю, - серьезно сказала Анна.
И тут мелкий Вадька все-таки потянул в рот синий маркер.
Упс. Вот как дети успевают мгновенно это сделать? Раз - и все вымазано синим. Костюмчик, лицо, ручки... Хорошо, Аня успела убрать подальше от него стакан. А то залил бы он ей все бумаги.
Дети стали смеяться, а Вадим поднялся из-за стола и подошел к ней:
- Дай его сюда.
И повернулся к старшим:
- Все, уходим, не будем мешать работать маме.
И все это шумное семейство выкатилось из кабинета. А она осталась одна. Некоторое время сидела, глядя в пространство.
***
Она ничего никому не сказала, но вчера ей звонила мать.
Аня привычно напряглась, увидев знакомый контакт. Несколько лет они с Тамарой Александровной не общались. А после того покушения вообще оборвались все связи. Анне стало известно, что та ей неродная мать и что за покушением стояла она.
Но Аня не стала передавать материалы полиции, не хотела огласки. Хватило ресурсов Шамаева. Тамару Александровну изолировали, дело замяли.
И вдруг этот звонок.
Она приняла вызов и поздоровалась:
- Здравствуй, мама.
В конце концов, эта женщина воспитывала ее с рождения и до восемнадцати лет, а свою биологическую мать Аня так и не узнала. Оказалось, что женщина вскоре после родов умерла.
Это вообще тяжко - копаться в семейных тайнах, всегда много грязи.
У отца была случайная связь. Никто не ожидал, что у той аномалия развития и последствия могут быть фатальными. Оказалось, что беременность прерывать нельзя, была опасность для жизни, последние месяцы женщина провела в больнице, и состояние ухудшалось. Василий тогда метался, не знал, что делать.
И тут Тамара поняла, что это ее шанс, и пока другие Ваську не подобрали, вышла за него замуж и согласилась принять девочку. Василий был ей за это благодарен, на руках носил. А она рассчитывала, что пойдут совместные дети, вопрос с приемной можно будет безболезненно решить. Только совместных детей у них не получилось, бесплодной оказалась Тамара. Не получилось и счастья.
Но это все было тогда.
А сейчас Тамара Александровна процедила в ответ:
- Здравствуй, Анна.
- Ты что-то хотела, мама? У меня мало времени.
Она действительно хотела побыстрее завершить этот разговор. А та нехорошо так, презрительно усмехнулась и выплюнула:
- Что ты строишь из себя? Времени нет у нее. Тоже мне, воротила бизнеса. Ты никто, подстилка, прилипла к Илье как банный лист. Что ты ему в уши нассала, чтобы он ублюдка твоего как своего принял и все бабки тебе отписал?! А теперь ты королева, да? Не смеши меня, ты никто и звать тебя никак, умеешь только ноги раздвигать! А этот твой теперешний хахаль! Думаешь, он вертится вокруг тебя просто так?! Ему же нужны бабки. Сам же в разводах поиздержался, а тут такой шанс дела поправить.
Анна хотела отключиться, но что-то держало. А Тамара истерично расхохоталась в трубку:
- Илья! Илья?! Ты видишь это с того света?! Ты всю жизнь бабки копил, над златом как Кощей чах, а теперь их заберет Анькин ё*арь!
Все это лилось как грязная вода из поломанного крана, но мачеха неожиданно переключилась снова. Теперь говорила как-то надрывно, с придыханием:
- Думаешь, Вадим твой белый и пушистый? Ха-ха! Наверняка тебе изменяет. Забыла, как он тебя пинком под зад вышвырнул? Но ты его приняла. Ты же добрая у нас. Он девчонку свою от первой жены тебе втюхал, а ты и рада. Святая Анна, да?! Все тебе на шею сядут! Идиотка блаженная.
Аня слушала это, слушала, потом ответила спокойно:
- А ты хотела меня убить.
