Красивое, печальное, самоотверженное…
Даже странно, что меня от понимания того, что «он всё понимает и отпускает» прошибает на злость.
— ТЫ ДУРАК! — гневно цежу сквозь зубы. — Думаешь, о тебе я бы не переживала?!
— Наверное да, но…
— Ой, всё!!! — у меня заканчиваются доводы, а руки чешутся отвесить ему пощёчину, чтобы привести в себя. — Не хочу об этом говорить, ясно?!
— Ясно… — Никита несмело улыбается.
— Чего улыбаешься? — снова нападаю. — Нам Андрея надо найти! Ты нашёл его?!
— Вообще-то да, — хмурится. — Пока ждал тебя, обзвонил больницы, его отвезли вот в эту, — показывает мне адрес на карте в телефоне.
— Вот и поехали! — воинственно устремляюсь к двери. — Вызывай такси!
Глава 79
Андрей
Где-то под ухом противно пикает медицинский прибор. Во рту сушит и почему-то сложно сделать вдох полной грудью. Пытаюсь пошевелиться, но от малейшего движения начинают ныть рёбра. Хочу позвать кого-то, но язык тоже не слушается.
В голове какой-то странный вертолёт. Тело кажется тяжёлым и неуправляемым. Я пытаюсь вспомнить, как оказался там, где я теперь есть, но воспоминания ускользают. Я словно солнечные зайчики поймать пытаюсь. Вроде бы, касаюсь одного, но он тут же исчезает…
Перед глазами встаёт заплаканное лицо Олеси… словно шёпот ветра в ушах звучит её нежный голос: «я люблю тебя…»
Мне это приснилось? Или было взаправду? Сейчас почти невозможно разобрать.
— Он очнулся? — словно из-под толщи воды доносится голос Никиты.
— Не знаю… — теперь слышу Олесю.
Олеся, милая… я тебя слышу! Я тут! Я в сознании, просто глаза открыть не могу! Веки словно свинцом налиты!
— Андрей, ты слышишь нас? — ласковая ладошка накрывает мою, и я изо всех сил стараюсь сжать её в ответ.
— Я сбегаю за врачом! — тут же говорит Никита.
— Давай!
Хлопает дверь, но Олеся никуда не уходит. Так и продолжает стоять рядом, нежно поглаживая мою руку.
— Андрей, я тут… — шепчет, склоняясь. — Я так рада… боже… — она всхлипывает. — Я так за тебя переживала! Если ты слышишь меня, пожалуйста, борись! Не сдавайся, умоляю тебя! Ради меня… я… я… люблю тебя, Андрей, дорогой…
Сердце заполняет горячая нежность. Грудь сдавливает от боли, от осознания того, что эта хрупкая девочка, несмотря ни на что, оказалась самой сильной женщиной из всех, кого я когда-либо знал! Ведь она смогла найти в себе силы простить… Она смогла всё преодолеть… она любит…
Чувствую, как по щеке скатывается одинокая слеза.
Кажется, Олеся её тоже замечает, потому что вытирает щёку и нежно гладит меня по волосам.
— Тихо, тихо… я рядом, любимый, я знаю, ты меня слышишь!
Мне хочется кричать во всё горло о том, как сильно она нужна мне, но вместо крика получается лишь хрип.
В этот момент распахивается дверь.
— Говорите, очнулся? — слышу взрослый мужской голос.
— Да! — с жаром отвечает Оленёнок. — Он всё слышит! Я знаю!
— Хорошо, — вздыхает доктор. — Отойдите, девушка. Мне надо проверить рефлексы. Два дня без сознания — не шутки, знаете ли. Сейчас посмотрим.
Чувствую, как мои веки принудительно разлепляют, а потом светят в глаз ярким фонариком. Твою ж мать, зачем так резко?
У меня снова начинают слезиться глаза, а от выброса адреналина удаётся пошевелить рукой и открыть другой глаз.
— Андрей, вы меня слышите? — надо мной склоняется бородатый мужчина в белом халате.
— Кхм… — пытаюсь ответить, но пока не получается.
— Я понял, не напрягайтесь. Сейчас я убавлю вам дозу лекарства и обезболивающего, через час вы сможете двигаться более активно!
Моргаю, обводя взглядом столпившихся возле моей кровати. Медсестра, врач, ещё какой-то мужик в белом, Никита с бледным как мел лицом и подбитой челюстью и, конечно же та, ради кого я открыл глаза.
Милое взволнованное личико склоняется надо мной, робко улыбается, а потом шепчет одними губами:
— Привет…
От её улыбки меня переполняет настоящее блаженство. Один её взгляд, и мне больше не нужно обезболивающих!
Глава 80
Никита
Сложно не чувствовать себя мудаком, когда завидуешь больному человеку. А я как раз из таких. С недавних пор постоянно думаю о том, чтобы тоже заработать себе какую-нибудь болезнь. Желательно пострашнее. Такую, чтобы могла конкурировать с ножевым ранением, полученным в драке за честь любимой девушки.
— Андрюш, ещё пюрешку хочешь? — нежно воркует Олеся, пока я бесполезно стою возле кровати дяди.
— Спасибо, Леся, я уже сыт, — Андрей благодарно кивает, а я уже мысленно примеряюсь к табличке «осторожно мокрый пол», которую мы видели в коридоре. Эх, надо было растянуться там, сломал бы руку… может быть тогда, Леся и на меня обратила внимание?
— А я тут ещё котлетки на пару приготовила. Доктор сказал, что у тебя гемоглобин низкий, — с беспокойством выдаёт суетящийся Оленёнок. — Тебе надо кушать побольше говядины.
— Обязательно попробую на ужин, — отзывается Андрей и ловит малышку за руку, притягивая к себе для лёгкого поцелуя в щёку.
Вот же симулятор! Да он здоров уже как бык! Две недели тут загорает. Завтра выписывают. А он…
Вздыхаю, снова чувствуя себя скотиной. На самом деле, пока Андрей был без сознания, я молился всем известным богам, чтобы он выжил и был здоров. Я тогда почти не спал, всё дежурил возле его кровати. Потом он очнулся, и довольно быстро пошёл на поправку. Паника отпустила меня. Только, кажется, Леську так и не отпустила. Потому что она с утра до ночи суетится возле него. То готовит ему одному как на роту солдат, то из ложечки кормит, то подушку поправляет…
Конечно, последние дни мы проводим вместе довольно много времени, но, когда я провожаю её до дома, всякий раз не решаюсь ни на что более серьёзное, чем целомудренный поцелуй в щёку. Всё думаю, что она пока не готова… берегу её. Да и мысли Лесины сейчас, в основном, только о здоровье Андрея.
