А вот он, засранец такой, пользуется своим привилегированным положением и не гнушается! Например сейчас, урывает хоть и невинный, но, всё же, поцелуй в губы! Офигенная роскошь, особенно если учесть, что Леся две недели назад ему в любви призналась. Ему призналась, а мне нет…
В груди неприятно сжимается, и я отворачиваюсь.
— Посетители, на выход! — в палату заглядывает медсестра. — Часы посещения окончены!
— Ну всё, мы придём завтра, заберём тебя, — обещает Олеся, а я просто киваю Андрею на прощание.
Он улыбается, глядя нам вслед, а мы с Лесей послушно выходим в коридор.
Спускаемся к тачке, и я открываю перед ней дверь.
Садимся в салон. Оборачиваюсь к ней. Демонстративно долго разминаю шею.
— Ты чего? — спрашивает Леся.
— Да вот, что-то шею потянул, — смотрю на неё с несчастным видом.
— Может, подушка неудобная? — она смотрит на меня с сочувствием.
Чёрт… какая же она охрененно милая…
— Да, очень неудобная, — отвечаю после небольшой паузы. Пока смотрел в её нежное, но немного усталое личико, чуть не забыл, что надо отвечать. Так и хочется добавить, что подушки на её кровати пипец удобные, и одна ночь на них уж точно исцелит меня, но… не решаюсь переть напролом. Почему-то мне до сих пор кажется, что мир между нами очень хрупок. Я лелею его. Не хочу спугнуть её расположение.
— Кхм-кхм! — кашляю, а потом прикладываю руку к своему лбу. — Пощупай, мне кажется, у меня жар?
Леся, конечно же, всё принимает за чистую монету и прикладывает к моему лбу ладошку.
Сосредоточенно трогает, придвигаясь ближе. А я кайф ловлю от её запаха… От прикосновений…
— Нет у тебя никакого жара! Что ты выдумываешь?
— Горло ужасно болит, — жалуюсь, изо всех сил показывая, как я несчастен. Чёрт! Как бы мне хотелось сыграть с ней в медсестру и пациента… я знаю пару отличных рецептов, которые безотказно помогут мне встать на ноги. Да… встать… видимо, не только на ноги.
— Слушай, может, ты инфекцию подхватил, пока мы по больницам ходим? — обеспокоенно говорит она.
— Да, вполне возможно! — согласно киваю.
— Ещё где-то болит?
— Да, — беру её за руку и кладу себе на грудь. — Вот тут.
— Лёгкие?
— Угу, — веду её ладошкой ниже. — И тут.
— И живот тоже? — хмурится Олеся.
— Да… и тут…
Опускаю её руку ещё ниже… гораздо ниже талии, и она с укоризной смотрит на меня.
— Никит? Ты что, симулируешь?
Твою ж… видимо, переборщил!
— Лесь, ты всё время думаешь про Андрея, — решаю сказать всё как есть. — А я… тоже болен.
Смотрю ей прямо в глаза. Это правда. Я, и правда, словно заболел ею. Каждую минуту думаю о ней. И когда её нет рядом мне очень больно.
— Больно, когда ты не рядом, — вздыхаю.
— Никит… прости, что не обращала на тебя внимания… — опускает глаза Олеся. — Просто Андрей… понимаешь, его ранили из-за меня. Я… — она вздыхает. — Чувствую вину! Если бы с ним что-то случилось, я бы…
— Детка, — сгребаю её в охапку, видя, как дрожит её нижняя губка. — Всё в порядке. Он уже выздоровел! Всё хорошо!
От кайфа, что она так близко и нуждается в моём утешении, мне хочется улыбаться. Понимаю, что момент крайне неподходящий, но просто не могу сдержаться! Леся рядом… Такая ранимая и нежная… Она рядом и позволяет мне её обнимать… Гладить шёлковую кожу, перебирать рассыпанные по плечам волосы…
— Я тебя люблю, — выдаю на выдохе. — Чёрт, как же я тебя люблю!
Леся всхлипывает и прижимается ещё плотнее.
— И я тебя, Никит, — признаётся негромко. — И я тебя очень люблю… влюбилась в первого взгляда!
— А… как же Андрей? — непонимающе переспрашиваю.
— И его тоже люблю, — шепчет. — Думаешь, это ненормально? Я ненормальная, да? Раз люблю вас обоих…
— Нет, маленькая… — сжимаю её ещё крепче. — Ты — самое чудесное создание в этом мире. В тебе столько доброты, что хватило на любовь к двоим… Я тобой восхищаюсь, Лесь! Я без тебя не могу…
— И я без тебя. Пыталась внушить себе, что могу, но в итоге, — вытирает вздёрнутый носик пальцами. — Не могу. Ни без тебя, ни без Андрея.
Она молчит несколько секунд, а потом добавляет решительно:
— И я прощаю вас, — стреляет в меня взглядом. — Но только больше мне никогда не ври! Ясно?
— А про больное горло можно? — лукаво усмехаюсь и тянусь к её губам.
— Ну если только про больное горло… — хихикает, а потом прикрывает глаза, и я касаюсь самых нежных губ в мире страстным поцелуем.
Глава 81
Олеся
— Эй, Андрей, погоди! — не успеваю бежать за Заречным по коридору больницы. Сегодня его выписали. Наконец-то! — Тебе нельзя…
— Что, малышка? — улыбается он, оглядываясь на меня.
— Не знаю… Так быстро двигаться? — смотрю на него с сомнением. До сих пор жутко волнуюсь за его здоровье. Кажется, одно неосторожное движение, и его рана снова откроется!
— Олесь, всё хорошо, честно! — он резко останавливается, а потом чмокает меня в щёку. — Пошли уже! Я больше ни минуты не хочу тут задерживаться!
Мы спускаемся в лифте, и я смотрю на Андрея. Сегодня он выглядит точно также, как в день нашего первого знакомства — в костюме, в пальто. Чисто выбрит, и даже волосы стильно уложены! Вообще, сегодня, когда по привычке пришла к нему в палату, так не узнала! Точнее, узнала в нём того, прошлого Андрея, и сильно удивилась переменам. Ведь последние пару недель я видела его исключительно в пижаме. Ну а теперь он снова стал тем стильным красавчиком, в которого я когда-то влюбилась.
— Где Никита? — спрашиваю, продолжая улыбаться. Вспоминаю, как после вчерашнего поцелуя в машине Ника, он подвёз меня до дома. Долго напрашивался в гости, и мне самой дико хотелось его пригласить, но… я решила, что пока не могу этого сделать. Несмотря на моё искреннее прощение, и то, что я,
