Читаем без скачивания Пленники Долины - Виктор Кузнецов

– Перестань пускать туман! – вконец рассердился Роган.

– Для Ричарда сейчас взбунтоваться – самое то! Вроде утро, а солнца нет; комендант, как ни в чем не бывало, пытается отправить людей в рудники. Никаких тебе объяснений – сплошная неопределенность. Не прощают люди такое.

Ланс убрал кинжал и встал с табурета.

– Я схожу за принцессой, – объяснил он.

– Постой, – остановил его Роган. – Давай придумаем другой способ для побега. А то я в дымоход не пролезу. Может, через дверь, как обычно?

Оставив неумелую шутку без ответа, Ланс подошел к двери и, открыв ее, нос к носу столкнулся с Заред. Огонек свечи выхватил из темноты юное лицо, обрамленное растрепанными прядями, обманчиво хрупкие плечи и поднимавшуюся в такт дыханию грудь.

Заред юркнула внутрь.

– Ой, я такое слышала! – взволнованно заговорила девушка. – Говорят, что из Таниевой Долины больше нет выхода. – Отдышавшись, она требовательно подергала Ланса за рукав: – Ну чего ты молчишь, это правда?

– Правда, Заред.

– Но как такое может быть? – Полные изумления глаза смотрели на королевского посланника с недоверием. Лансу показалось, что еще чуть-чуть, и девушка заплачет. Как плачут от обиды дети: искренне, навзрыд.

– Или святошам кто-то помешал, или они наткнулись на магическую ловушку, непонятно для чего и кем установленную. Мне удалось переговорить с Христофором сразу после взрыва. Он объяснил все случившееся вмешательством древней силы, а сейчас маги дружно талдычат о магической ловушке. И Христофор в том числе. Но вот что интересно, – Ланс облизал губы, – обе версии, как две дороги, сходятся у одного и того же указателя.

– И что на этом указателе? – усмехнулся Роган.

– А на нем надпись: «Куда ни пойдешь – назад придешь». Мой учитель Орион говорил, что, возможно, наш мир не единственный, и рядом существуют еще один, два или несколько других миров, которые мы не видим. Может быть, в них живут наши двойники, а может, совершенно другие создания, которых и людьми-то назвать нельзя.

– Речь, достойная еретика, – пробурчал Роган, стараясь не упустить подробности и одновременно прислушиваясь к нарастающему за окном гулу.

– По вине магов долина была сдвинута относительно нашего измерения. Нет, мы не проникли в другой мир, – поспешил уточнить Ланс, – мы лишь изменили положение. Маги называют это нарушением пространственного континуума.

– Нарушением чего? – переспросил здоровяк недоуменно.

– Смотри, Роган. – Ланс поднял с пола табурет. – Что видишь?

– Табурет.

– А теперь? – Ланс повернул табурет к Рогану седалищем.

– Его же. Чего ты мне голову морочишь?

– Не нужно говорить, что ты думаешь. Скажи, что видишь.

Роган задумался и нерешительно предположил:

– Квадрат из досок.

– Молодец! – похвалил Ланс. – Понимаешь, что получается? Все зависит от того, под каким углом смотреть. Артуан никуда не пропал, он там же, где и раньше, но видим мы его по-другому. И с нашей стороны выхода не предусмотрено. – Ланс тяжело вздохнул и обнадеживающе добавил: – По крайней мере до тех пор, пока древняя сила – если Христофор говорил правду – не захочет вернуть все назад.

– Что за древняя сила? – совершенно серьезно спросила Заред. За время их знакомства девушка неоднократно убеждалась: о чем бы ни говорил ее друг, никогда не нужно подвергать его слова сомнениям.

– Пока не знаю, но уверен, что скоро все прояснится, – пообещал Ланс. – Долго прятать иглу в кармане бессмысленно. – Привлеченный усиливающимся гулом толпы, он подошел к окну. – Что-то похожее я не так давно видел, – невесело заключил Ланс. – Ты, кстати, тоже, – обратился он к Рогану.

– Бунт?

– Он самый.

Мужчины, не сговариваясь, посмотрели на Заред.

– Как бунт, почему? – В полумраке глаза девушки казались огромными.

– Наверняка комендант пытался отправить заключенных на работы, – Ланс неодобрительно покачал головой. – Как все некстати! Роган, запри дверь, – велел он.

– Ой, подождите. Я сейчас, – воскликнула Заред и метнулась к выходу. – Я быстро, только лук возьму, – бросила она на бегу.

Для Ланса и Рогана поступок девушки оказался полной неожиданностью. Несколько мгновений стали решающими. Роган ринулся Заред на выручку.

– Слишком поздно, – задержал богатыря Ланс и, словно в подтверждение его слов, прозвучал женский крик.

– Ты что? – Роган попытался стряхнуть державшую его руку.

– Нам лучше не трогать бунтовщиков, а спасти Заред не переломав костей не получится.

Свободной рукой Ланс закрыл дверь и задвинул засов.

– Да что ты такое говоришь?! – взорвался Роган. – Пусти меня немедленно! – Он попытался вырваться, и только чудовищным усилием Ланс удержался на ногах.

– С ней ничего не случится, – как можно убедительнее произнес королевский посланник. – Не старайся что-либо понять, просто доверяй. Хоть раз я тебя обманул? Роган, поверь, мы спасем ее позже. Обязательно спасем. А сейчас нам ни в коем случае нельзя устраивать резню. Не забывай, что ты такой же заключенный, как и они, – Ланс кивнул в сторону содрогнувшейся под ударами ног двери. – И только Флэа знает, сколько еще времени нам придется тут жить. Де Йонг обречен. Не сегодня, так завтра его вздернут или посадят на кол. Какая польза от гордости, если ты мертв?

– Ты только о себе думаешь, – скрипнул зубами Роган. – Почему это Заред ничто не угрожает? Потрудись объяснить. – Из-под сдвинутых бровей на королевского посланника смотрел чужой, глубоко ненавидящий его человек. – Очень бы хотелось разделить твою уверенность. По крайней мере тогда мне не придется сворачивать тебе шею.

– Заред спасла Ричарду жизнь.

– Кому как не мне об этом знать лучше остальных, – угрюмо согласился Роган.

– Рич не такой мерзавец, как о нем отзывались стражники, и не допустит, чтобы Заред пошла по рукам.

– Предположим, – не стал возражать Роган. – Но если с ней что-нибудь случится, я порву тебя на куски, и меня никто не остановит, – угрожающе предостерег он. – Ты действительно всегда знаешь, что сказать в спорной ситуации, куда поставить ногу, чтобы не вляпаться в дерьмо. Однако ответь, почему, с такими-то талантами, ты находишься здесь, в Таниевой Долине, на каторге? Где-то оказалось чересчур тонко? Знаю-знаю, ты потянул, а оно неожиданно возьми да порвись. Конечно же, так бывает.

Роган неестественно рассмеялся. Он снова сжал кулаки и с ненавистью посмотрел на Ланса.

– Обещаю обо всем рассказать, – заверил Ланс. – Но позже. А сейчас нам необходимо как можно быстрее покинуть лагерь.

– Но как же мы выйдем? Мне ведь нельзя ни до кого дотрагиваться?! – на удивление спокойно спросил Роган. – Вдруг вывихну ненароком кому-нибудь палец. Или голову случайно оторву – да мало ли что может случиться! Уж лучше тут останусь. – Роган демонстративно растянулся на тахте.

– Напротив восточных ворот, если двигаться по тропе, ведущей в лес, есть небольшая пещерка, где нам придется какое-то время пожить. Сможешь высадить решетку? – повысил Ланс голос, стараясь перекрыть грохот ломившихся в помещение бунтовщиков.

Роган подбежал к оконному проему, одним рывком выдрал два центральных прута, бросил рифленые стержни на пол и выглянул в окно. К счастью для беглецов, двор оказался пуст.

– Я первый, ты сразу за мной. Смотри не переломай ноги, – предупредил Ланс, прежде чем спрыгнуть вниз, – они тебе еще пригодятся.

Он перелез через подоконник, уцепился за нижний край окна и повис на руках. Выбрав момент, задержал дыхание и разжал пальцы. Как только ноги коснулись земли, Ланс тут же перекатился на бок, гася инерцию падения.

– Роган, – позвал он приятеля.

Вверху раздался скрип отпираемой двери; мгновение спустя к нему добавился лязг клинков и рев разъяренной толпы, быстро перешедший в вопли ужаса. Многие из бунтовщиков сегодня впервые взяли в руки оружие и теперь в страхе разбегались перед могучим бойцом, плевавшим на численное превосходство.

«Глупец! – выругался Ланс, догадавшись, что Роган, вместо того чтобы последовать за ним, бросился вызволять Заред. – Вычерпай море, мой друг», – зло процедил он сквозь зубы.

Пользуясь темнотой, Ланс побежал к воротам. В караульном помещении горели факелы, люди что-то тихо обсуждали. Заслышав шаги, они прекратили беседу и дружно посмотрели в окно. Скрипнула дверь.

– Арчи, это ты? – выглянул наружу Керк. – Дьявол, куда же он запропастился? Прирезали, что ли?

– Да и поделом ему, – едко заметил кто-то.

Мастер клинка выругался и захлопнул дверь.

«Странно, что караульных не тронули», – удивился Ланс, минуя одноэтажное здание.

Впереди темнел створ восточных ворот…

Одинокая птица, крича от страха, кружила над землей. Впервые за всю ее недолгую жизнь солнце так и не взошло, и ничего не понимающая пичуга металась в черном небе. Свободолюбивые волки оглашали долину тоскливым воем, жалобно скулили их щенки, вторя родителям. Притихли глотыри. Спотыкаясь о корни, искал путь к реке лоборог. Никто из выросших в долине зверей не понимал, что случилось с их солнцем, почему не занялась заря, как это происходило ежедневно, с самого первого дня.