— Девушка в ее положении вряд ли имеет возможность откладывать для себя какие бы то ни было средства, верно?
— Нельзя и представить, каким образом? Морли буквально не сводит с нее глаз.
— В таком случае, как же она может рисковать?
Сара слушала, словно в тумане. Глядя в пространство, она вдруг вспомнила, что мадам Шарлотта обмолвилась, будто у Дейви был полный кошелек денег. Кошелек так и не был найден.
— Интересно, знает ли Фолкнер?
— О чем вы? — удивился сэр Исаак.
— Деньги Дейви так и не были найдены. Аннелиз обнаружила его тело. Вполне возможно, что именно она взяла кошелек.
— Похоже на то, — кивнул старик.
— А если мы найдем деньги, то, глядишь, сможем выяснить, откуда они взялись?
— Вполне возможно.
— Пожалуйста, — попросила Сара, — передайте ему. Он, должно быть, уже вернулся. Если бы только могли…
— Он остановился в гостинице еще третьего дня. Но, судя по его настроению, путешествия не идут ему на пользу. Он мрачен, такое чувство, будто что-то гнетет его.
У Сары в горле застрял горячий комок, настолько свежими и горькими были для нее воспоминания. Хоть бы он поскорее нашел убийцу и уехал отсюда! Если бы ей только не приходилось постоянно сталкиваться с ним. Если…
— Вы ему передадите? — переспросила она. Сэр Исаак помедлил с ответом. У него было доброе сердце, но он умел быть по-своему решительным.
— Дорогая, у меня довольно насыщенный день, — его улыбка была полна понимания. — Боюсь, что вам придется рассказать ему обо всем самой.
ГЛАВА 40
— Понятия не имею, мистрис, — бесстрастно ответил Криспин, — сэр Уильям никогда не говорит мне, куда идет.
— Но у вас должна быть какая-то догадка? — не отставала от него Сара. Они разговаривали через несколько часов после ее беседы с сэром Исааком. Столько времени ей понадобилось для того, чтобы набраться мужества. И когда, наконец, ей удалось обуздать свои чувства, она не могла поверить тому, что все ее старания оказались напрасными.
— Весьма сожалею, — сказал Криспин, кивнул и вновь занялся наведением блеска на башмаках, на сей раз, судя по всему, своих собственных.
Снова оказавшись перед гостиницей, Сара посмотрела в оба конца улицы. Фолкнера нигде не было видно. К гостинице шел Бертран Джонсон. Заметив ее, приятель Джастина ускорил шаг и двинулся наперерез.
— Мистрис Хаксли, — вежливо сказал он, — какое счастье снова встретиться с вами. Я недавно узнал, что вы, оказывается, были в Лондоне. Мне очень обидно, что нам с вами не довелось там встретиться.
— Вы были в столице? — удивленно спросила она. Молодой человек кивнул. У него было приятное лицо, более открытое и спокойное, чем у Джастина. Сара была изумлена: что свело двух столь непохожих людей?
— Я поехал вместе с виконтом. Он остался, а я… — он умолк, будто не знал, что сказать, потом нашелся: — По-моему, я слишком привязался к этому месту. Вот почему и вернулся сюда раньше.
— Понятно. Очень мило. Что ж, весьма приятно снова побеседовать с вами. Но, если вы меня извините…
— У вас на сегодня какие-то планы?
— Да-да, я занята…
Вид у него был довольно унылый, хотя он и пытался скрыть это. Сара даже пожалела, что не может сейчас проявить снисхождения. Однако ей надо было во что бы то ни стало разыскать Фолкнера.
— Кстати, а вы не видели сэра Уильяма?
— Примерно час назад он проскакал вот в том направлении, — Бертран махнул в сторону видневшегося вдали Сильбери.
Сара побледнела. Что заставило человека отправиться к самому древнему и загадочному месту во всей округе? По телу пробежала нервная дрожь. Неужели он задумал сам проверить данное ему предупреждение?
— Мне пора идти, — сказала она и быстро зашагала к конюшне. Там стояла кобыла Фолкнера. Сара оседлала ее в мгновение ока. В следующий миг она уже скакала через двор гостиницы, выехав на улицу, она увидела, как Джонсон вошел в «Розу».
Когда они выезжали к Сильбери в карете, дорога казалась Саре утомительно долгой. Но на армейской кобыле Сара преодолела это расстояние намного быстрее.
Она остановила лошадь в тени холма у его подножия и принялась внимательно осматривать все вокруг. Фолкнера не было нигде видно. Сара уже подумала, что Бертран, скорее всего, ошибся. Но кобыла негромко заржала и двинулась вперед без всякого понукания. Они обогнули выступ холма, и Сара увидела Негодяя. Он мирно пощипывал молодую траву.
— А где же твой хозяин, паренек? — тихо спросила Сара, спешившись. Похлопав Негодяя по шее, она словно ждала от него какого-то знака. Жеребец вскинул голову и закатил глаза в сторону холма. Сара посмотрела. На гребне стоял человек. Его силуэт четко вырисовывался на фоне светлого неба. Фолкнер.
Отпустив кобылу пастись рядом с Негодяем, Сара, путаясь в юбках, стала быстро карабкаться по склону холма. Когда она поднялась на его плоскую вершину, то остановилась, чтобы перевести дыхание. Она раскраснелась. Сердце только из-за крутого подъема было готово выскочить из груди, в горле пересохло. Будь проклят этот человек!
— Чудесный денек! — протянул Фолкнер. Он улегся на траву, подложив под голову скрещенные руки, и уставился на небо. Глядя на него, можно было подумать, что у этого безмятежно ведущего себя человека нет никаких забот и тревог. Сара со злостью смотрела на него. Она устала, была раздражена и требовательно спросила у него:
— Что вы здесь делаете?
— Я? — он, казалось, был удивлен этим вопросом. — Ведь не я, а вы имеете привычку прятаться от мира за высокими стенами. И чему мы обязаны столь высокой чести, мистрис Хаксли?
— Ой, ради Бога!
— Бога? А я-то полагал, что это вполне земное место.
— Что вы хотите сказать?
Приподнявшись, он посмотрел на нее. Глаза его были полузакрыты, невозможно было понять, что таит его взгляд. Однако во всех его движениях ощущалась усталая напряженность. Несмотря на все, что было между ними, а может быть, именно потому, она отступила назад.
— Трусишь? — спросил он и улыбнулся почти приветливо.
— Вовсе нет.
— Весь этот вздор о Белтане и камнях. Разве тебе никогда не приходило в голову, что я могу поинтересоваться? Я очень любопытен. И провел кое-какие исследования, прежде чем уехать из Лондона. Сара, скажите, как по-вашему, кому принадлежит это место? Нетронутой девственнице? Плодовитой матери? Или же беззубой старухе, самой смерти? Может, Сильбери возвели в ее честь?
— Откуда вы знаете? — спросила Сара. То, что он заговорил о подобных вещах, давно никому не известных, сбило ее с толку. Ей показалось, будто земля выскальзывает у нее из-под ног.
— Я навел справки в Королевском Обществе, объяснив, что познакомился с сэром Исааком и глубоко впечатлен его трудами. Мне тотчас же была оказана всяческая помощь.
