королю, что он вчерашнего числа был во дворце и позабыл свой курган. Король за сие на него прогневался и запретил, чтобы о сем не осмеливался никогда упоминать, а если не последует приказанию королевскому, то заслужит достойное наказание как преступник. Он более о сем не упоминал, и вторично был приглашен к столу. После обеда королевна сказала Ивану-гостиному сыну, что нет ли у него какой вещицы, она бы с ним на оную стала играть в карты. «Очень хорошо, ваше величество, — говорил гостиный сын. — У меня есть сумочка, которая завсегда наполнена всякими лучшими кушаниями; и я соглашаюсь на оную с вами играть, только пойдемте в сад». Королевна одобрила его предложение, и лишь только взошли в сад, то Иван-гостиный сын разостлал ковер-самолет. И как на оный королевна и он успели сесть, то вдруг сказал Иван-гостиный сын: «Слушай, ковер-самолет, понеси нас на пустой остров». Не успел почти он сих слов выговорить, как очутились на том острове.
Королевна весьма сему удивилась и не знала, что делать, почитая себя уже совсем погибшею. Она предалась глубокому размышлению, изыскивала различные способы, каким бы образом отсмеять сию насмешку Ивану-гостиному сыну. В один день сказала она ему: «Добрый человек, удалой молодец, прикажи — я поищу тебя в голове». Гостиный сын согласился на сие предложение, лег на колени королевне, и как она начала искать в его голове, то он столь крепко уснул, что не слыхал, как королевна его сбросила с коленей своих и столкнула с ковра-самолета, потом сказала: «Слушай, ковер-самолет, понеси меня в Арбазамское королевство». И таким образом оставя гостиного сына на острове, возвратилась в оное.
Пробудясь от своего сна Иван-гостиный сын и увидя, что нет ни ковра-самолета, ни сумки, ни королевской дочери, досадовал на самого себя, что отдался в обман. Около двух лет находился на оном острове, питался разными плодами древесными. В некоторое время, ходя по острову, пришел в маленький лесочек и увидел два дерева: на одном были черные ягоды, а на другом красные. Он подошел и начал есть черные ягоды. Лишь только успел съесть ягодки три, то вдруг почувствовал, что у него на голове выросли рога и он сделался весь в шерсти, и столько стал безобразен, что смотря на себя, сам приходил в несказанный ужас страха. Рассуждал он, что уже не может ничем переменить сей гнусный вид, но подошед к дереву, произрастающему красные ягоды, ел оные. Вдруг рога исчезли, с коими и все безобразие. Сделался такой прекрасный молодец, что ни вздумать, ни взгадать, ни пером написать, ниже в сказке сказать. По сем, набрав в два судна обеих оных ягод, пошел на берег, сидел и дожидался, не поедет ли какое судно мимо того острова, то намеревался просить, чтобы его взяли с собою и довезли до Арбазамского королевства. Счастие ему вспомоществовало и споспешествовало в сем его намерении. Он недолго сидел, как увидел плывущий корабль мимо острова, закричал громким голосом: «Господа корабельщики! Сделайте милость со мною, не дайте мне умереть безвременною смертию, возьмите меня к себе на судно и довезите до Арбазамского королевства». Корабельщики сжалились над ним, подъехали к тому острову, взяли его на судно и спрашивали, каким образом попался он на сей необитаемый остров. Гостиный сын рассказал им выдуманную баснь, говорил им, что ехал на корабле с товарами, вдруг море взволновалось, разбило его корабль, прочие все потонули, а его прибило к сему острову и выкинуло на берег. Корабельщики сожалели о его несчастии и, посадя с собою на корабль, привезли при благополучных ветрах в Арбазамское королевство. Он их благодарил чувствительнейшим образом и обещался, если счастие его не оставит, быть им во всякое время слугою.
Сошедши с корабля, пошел прямо ко дворцу, и как он шел дорогою, то увидел девку, черпающую воду из ключа, спросил у ней: «Красная девица! Кому черпаешь воду?» — «Королевне», — отвечала она. «Пожалуй мне напиться», — примолвил он. Девка ему в сем не отказала, и гостиный сын за сие дал ей три красных ягодки, которые как она съела, то сделалась такая красавица, каковых мало бывает на свете. Увидя ее, королевна спрашивала, от чего она сделалась [с]толь прекрасною. С учтивостию отвечала девка-чернавка, что как она черпала воду, то прохожий попросил у нее, чтобы она его напоила, она в сем ему не отказала, и он ей за сие дал три ягодки, которые она как съела, то и сделалась таковою прекрасною. Услышав сие, королевна сказала ей: «На вот тебе довольное количество денег, поди сыщи того прохожего и купи у него мне ягод». Девка-чернавка побежала без памяти искать Ивана-гостиного сына и, к счастью, нашла его на дороге, говорила ему: «Прохожий! Королевна наша прислала меня к тебе, чтобы ты ей продал тех самых ягод, которые давеча мне дал». — «Очень хорошо», — сказал он и дал ей три ягодки черных, за которые взял триста рублей. Девка возвратилась с поспешностию во дворец и отдала королевне купленные ягоды, которые как скоро она съела, то вдруг начали вырастать у ней рога и покрылась вся шерстью и сделалась столь безобразною и страшною, что все боялись к ней приступить.
Родители королевны, услыша о таковом несчастии, приключившемся с их дочерью, поражены были жесточайшею печалью и прилагали всякое старание, чтобы как-нибудь помощию врачей излечить свою дочь, но все старания были тщетны и бесплодны. Наконец король вздумал кликать клич, что если кто его дочь освободит от таковой болезни, то не разбирая, какого бы он состояния ни был, отдает за того свою дочь. Гостиный сын явился во дворец и донес королю, что он обещается излечить его дочь. Король, услышав о сем, чрезвычайно обрадовался и приказал проводить его в покои дочери. Как скоро он вошел в оные, то сказал королевне, обещается ли она за него выйти замуж. Королевна отвечала, что нимало в сем не будет противиться, только бы ее учинил по-прежнему. Гостиный сын не доверял сему и требовал, чтобы она дала ему своеручное письмо. Королевна, желая избавиться такового безобразия, нимало в сем ему не прекословила и тотчас дала обязательное письмо. Гостиный сын, получа оное, тотчас дал ей съесть три ягодки красные, которые лишь только она съела, то вдруг начали пропадать рога и все безобразие, и она сделалась наипрекраснейшею в свете. Король исполнил данное свое слово без всякого нарушения, и королевна нимало тому не противилась. И так Иван-гостиный сын, женясь на королевне, по
