Читаем без скачивания Измена по-венециански - Стив Берри

79

14.00

Зовастина прилетела из Самарканда в поместье Винченти на самом быстром вертолете из всех, какими располагали военно-воздушные силы Федерации.

Внизу виднелся дом Винченти — большой, дорогой и, как и сам его хозяин, одноразового использования. Возможно, с ее стороны было не самым разумным решением позволить капитализму расцвести на территории Федерации. Придется менять порядок вещей. Нельзя позволить воцариться здесь Венецианской лиге.

Впрочем, сначала — дело.

Вертолет опустился на землю.

После ухода Эдвина Дэвиса она велела Камилю Ревину сообщить Винченти о том, что у нее побывали американцы. Но сообщение было отправлено в самый последний момент, когда она и ее военные уже были на подходе. Ей сообщили, что дом оснащен системой защиты, поэтому она приказала солдатам оставаться в вертолетах, взяв с собой всего девять бойцов. Из дома была выведена и отправлена восвояси вся прислуга. У нее не было претензий к местным, они здесь всего лишь зарабатывали на жизнь. Ей был нужен Винченти.

Она выбралась из вертолета, прошла по аккуратно подстриженной лужайке к каменной террасе и уже с нее вошла в дом. Хотя Виктор считал, что ей нет дела до его архитектурных изысков, она внимательно следила за строительством. Сорок три комнаты, одиннадцать спален, шестнадцать ванных. План сооружения ей предоставил сам архитектор. Она знала о существовании роскошной обеденной залы, изысканных кабинетов, кухонь и винного погреба. Взглянув на одно только убранство, можно было понять, почему дом обошелся хозяину в восьмизначную сумму.

В главном вестибюле двое ее солдат охраняли главный вход, еще двое стояли на мраморной лестнице. Все здесь напоминало ей Венецию, а она не любила вспоминать о тех местах, где потерпела неудачу. Она вопросительно взглянула на одного из солдат, и тот качнул стволом автомата вправо.

Пройдя по короткому коридору, Зовастина вошла в помещение, напоминающее библиотеку. Тут находились еще трое ее бойцов и мужчина. Хотя прежде они никогда не встречались, Зовастина знала, как его зовут и кто он такой.

— Мистер О'Коннер, вам сейчас придется принять важное решение.

Мужчина встал с кожаного кресла и повернулся к ней лицом.

— Вы давно работаете на Винченти. Он зависим от вас и, откровенно говоря, без вашей помощи вряд ли сумел бы добиться всего, что имеет сейчас.

О'Коннер молчал.

— Позвольте мне сообщить вам кое-что, о чем вы, вероятно, не знаете. В прошлом году Винченти заработал благодаря своей компании свыше сорока миллионов евро. Ему принадлежит пакет акций стоимостью более миллиарда евро. Сколько он платит вам?

Ответа не последовало.

— Сто пятьдесят тысяч евро, — ответила за О'Коннера Зовастина и по лицу мужчины поняла, что назвала верную цифру. — Видите, мистер О'Коннер, мне многое известно. Сто пятьдесят тысяч евро — за все, что вы для него сделали. Ради него вы запугивали, принуждали, даже убивали людей. Он гребет десятки миллионов, а вам достались жалкие сто пятьдесят тысяч. Он живет вот так, — она обвела библиотеку рукой, — а вы… Вы всего лишь существуете.

— Я никогда не жаловался, — сказал О'Коннер.

Зовастина остановилась возле стола Винченти.

— Нет, не жаловались. И это удивительно.

— Чего вы хотите?

— Где Винченти?

— Уехал. Прямо перед тем, как прибыли ваши люди.

Она усмехнулась.

— Ага, вот еще одна вещь, которую вы прекрасно делаете для него. Лжете.

Он пожал плечами.

— Думайте, что хотите. Ваши люди наверняка прочесали весь дом.

— Тут вы правы. Дом обыскали, но Винченти не нашли. Но мы-то с вами знаем почему.

Зовастина обратила внимание на очаровательные алебастровые фигурки, расставленные вдоль кромки стола. Китайские статуэтки. Она никогда не испытывала трепета перед восточным искусством. Взяв одну из статуэток, она стала рассматривать ее. Это был сидящий человечек — толстый и полуодетый.

— Во время строительства этого похабного архитектурного уродства Винченти предусмотрел сооружение боковых ходов — якобы для прислуги. Но мы-то с вами знаем, для чего они используются на самом деле. Он также велел соорудить большое подземное сооружение, выдолбленное в скале прямо под нами. Я полагаю, именно там он сейчас и находится.

О'Коннер даже не моргнул.

— Поэтому, мистер О'Коннер, как я уже сказала, вам предстоит сделать выбор. Я найду Винченти в любом случае, но с вашей помощью у меня это получится быстрее, а время, должна признать, сейчас имеет значение. Вот почему я торгуюсь с вами. Мне очень пригодился бы такой человек, как вы. Изобретательный, — она помолчала, — нежадный. Итак, выбирайте: согласны ли вы перейти на мою сторону или остаетесь с Винченти?

Такой же выбор она предлагала и другим. В основном это были члены Народного собрания, ее правительства или поднимающей голову оппозиции. Некоторые не стоили того, чтобы перетягивать их на свою сторону, и их просто убивали, но большинство перевербованных доказали свою полезность. Все они были либо азиаты, либо русские, либо полукровки этих двух рас. Сейчас она впервые пыталась сделать это с американцем, и ей было интересно, как он отнесется к предложенной наживке.

— Я выбираю вас, — сказал О'Коннер. — Что я должен сделать?

— Ответить на мой вопрос.

О'Коннер сунул руку в карман, и один из солдат тут же вскинул автомат. О'Коннер поспешно вынул руку из кармана и показал, что в ней ничего нет.

— Чтобы ответить на ваш вопрос, мне нужен один предмет.

— Доставайте, — разрешила она.

О'Коннер вытащил из кармана серебряный брелок с тремя кнопками.

— В боковые комнаты можно попасть через потайные двери по всему дому, а вот в подземные помещения — только отсюда. — Он показал устройство. — Одна кнопка открывает все двери в случае пожара, вторая закрывает их. Третья кнопка, — он указал в противоположный конец комнаты, — открывает это.

Изысканный китайский шкаф повернулся на девяносто градусов, открыв освещенный проход. Зовастина подошла к одному из солдат, расстегнула его кобуру и вытащила из нее девятимиллиметровый пистолет Макарова. Затем она повернулась и выстрелила О'Коннеру в голову.

— Столь дешевая лояльность мне не нужна.

80

Ситуация вышла из-под контроля, и Винченти понимал это. Но, если он будет сидеть тихо и сохранять спокойствие, возможно, все еще обойдется. О'Коннер решит проблему, как это бывало всегда. Вот с Карин Вальде и Грантом Линдси было сложнее. Карин металась по лаборатории, словно тигрица по клетке. Силы возвращались к ней, и она не могла дождаться окончательного выздоровления.

— Расслабьтесь, — сказал ей Винченти, — Зовастиной нужен я. Она не станет делать глупостей.

Винченти знал, что потребность в антигенах заставит ее держаться в рамках, и именно поэтому никогда не раскрывал ей их секрет.

— Грант, обезопасьте свой компьютер. Защитите паролями все, что только можно.

Он видел, что Линдси испытывает не менее сильные эмоции, чем Вальде, но если ею двигала ярость, то молодым ученым — страх. Винченти, однако, было нужно, чтобы его помощник сохранял ясность мысли, и поэтому он сказал:

— Нам здесь ничто не грозит, так что не паникуйте.

— Она ненавидела меня с самого начала. Ей было противно даже разговаривать со мной.

— Может, она вас и ненавидела, но нуждалась в вас и до сих пор нуждается. В этом ваше преимущество.

Линдси не слушал. Он стучал пальцами по клавишам, бормоча что-то себе под нос испуганным шепотом.

— Эй, вы, оба! — прикрикнул Винченти. — А ну-ка успокойтесь! Мы даже не знаем, здесь ли она.

Линдси поднял голову от компьютера.

— Прошло уже много времени. Что делают здесь эти солдаты? Что вообще происходит?

Хороший вопрос, но Винченти оставалось полагаться на О'Коннера.

— Та женщина, которую Зовастина забрала из лаборатории, — проговорил Линдси. — Я уверен, что она не довезла ее до Федерации. Я прочитал это в ее глазах. Зовастина намеревалась убить ее. Просто так, для развлечения. Она готова убить миллионы людей, что уж говорить о нас! Кто мы для нее?

— Мы — ее спасение.

По крайней мере, Винченти хотелось в это верить.

Стефани свернула с шоссе на аллею, по обе стороны которой, словно часовые, высились тополя. Они доехали довольно быстро, преодолев сто пятьдесят километров за два часа. Эли удивлялся тому, как все изменилось за те несколько лет, что он здесь не был. Строительство дорог и туннелей было одним из важнейших приоритетов Федерации. Через горы была проложена новая система дорог, значительно сократившая путь с севера на юг.

— Здесь теперь все по-другому, — говорил он с заднего сиденья. — Я был тут два года назад, и дорога тогда была покрыта камнем и щебенкой.