Читаем без скачивания Опытный кролик - Дмитрий Полковников

Его палец, путешествуя по листу, вопрошающе остановился около мест расстановки батарей.

«Ступай туда, и стреляй в том направлении», Панов поморщился, ну не выходил из него «наш человек в другом мире». Ему все больше верилось, что тянул он вместе с Костей лямку в училище, прыгал через забор к пиву и бабам.

Майор имел полное право на сомнения и Саша ответил:

— Где наши зенитчики? Вот-вот, на сборах под Минском. Расставишь так и не надо беречь лес от пожара. Пусть дымит гуще. Обязательно проверь противогазы. Еще бы еще в твой образцовый парк бревен на колесах напихать. Чисто из моей антифашистской вредности.

— Ты очень изменился Максим.

— Эй, стаканы неси, а? — анекдотов у Панова хватит на триста лет жизни. Так что «интеллектом» забьет любые воспоминания.

— А взойдем ли мы? — усомнился «однокашник», судорожно глотая воздух и оценивая объем посудины.

Если гнать первач, надо соблюдать технологию. Доктора правильно пишут про некачественный самогон. Но первые слезы из свеклы, настоянные на бруснике, с крепостью градусов так в шестьдесят…

Короче, надо дружить с местным населением, потому как качественный продукт всегда делали исключительно для себя, обходясь по утрам без компота с квашенной капустой.

— Обещаю, — наливая еще по полстакана, уверил его Ненашев, немного мрачнея.

Обязательно взойдем. Куда-то. Вместе или по отдельности. На Голгофу или куда рядом. Постоим, а после неизбежно посмотрим сверху. Панов окончательно перестал парить над действительностью, он в нее верил.

Но пафос не помешал Максиму рассказать Константину три раза подряд смешную байку: как долго строили немцы ложный аэродром, но англичане сбросили на туда лишь одну бомбу из дерева. Заодно посоветовал заехать к нему на границу.

Ребят из полка, занимавшихся привязкой строившихся ДОТов к огневым планшетам Панов неоднократно видел, так пусть и комполка посмотрит, что к чему.

Мысль завести вторую печать, возникла у Панова спонтанно, но…

В сорок втором году некий Павленко создал «Управление военных работ» из дезертиров, уголовников, родственников и хороших знакомых. Занимались злодеи-уголовники хищениями и аферами в строительстве десять лет, пока в пятьдесят втором году не вскрылось, что за хорошо охраняемым забором, откуда каждый день выезжают грузовики, тракторы и экскаваторы орудуют жулики, возглавляемые бравым орденоносным «полковником».

А в лихие девяностые криминал так и норовил найти «подход» к командирам воинских частей. Они, как и расстрелянный проходимец, шли по знакомому пути, желая избежать любого контроля. Вооруженная охрана неизменно заворачивала любого «пинкертона» решившего узнать о людях, подозрительно копошившихся у военных.

Вот и пан Новицкий превратился в начальника склада, одев поношенную форму старшего лейтенанта интендантской службы. Так он только выиграл. Теперь шпионить за Красной Армией можно изнутри.

Саша скептически смотрел на обрадованного перспективами контрразведчика. Результат пограничного сражения не изменить, и то, что соберет поручик, может сразу занести себе глубоко в анналы.

Но бездельничать он ему не дал.

Новицкий набрал себе человек тридцать, жить которым пришлось, как «большевикам». Поводить строевые занятия, учить уставы и стоять в карауле, охраняя площадку, постепенно наполняемую ящиками с боеприпасами. Готовить ее тоже пришлось полякам в небольшом лесном массиве рядом то ли с хутором, то ли деревней Скверики. Рядом шоссе и железная дорога, так что возить груз туда не составляло проблем.

Где-то недалеко, на юге постоянно слышались выстрелы — там окружной артиллерийский полигон.

Пан Александр с изумлением узнал, как просто у русских обделывать дела и насколько наглым и беспринципным может быть «Арнимов», казалось способный изымать имущество большевиков вагонами. Вот это масштабы!

У двух нянек дитя без глаза. Панов знал, что штаб армии не нес ответственности за снабжение войск. Он планировал потребности. Заявки удовлетворял Наркомат обороны. От Главного интендантского управления в каждой армии находился специально назначенный представитель. Не один, а с подчиненными лично ему разными службами и складами [428].

Благодаря своему «канцелярскому» набору, пишущей машинки и ряду средств, купленных в аптеке, Максим до совершенства довел технологию подделки накладных, вписывая, то, что считал нужным или менял цифры в «правильную» сторону.

Засветить Сашу могла лишь встречная проверка или опытный, в смысле вооруженный хорошей оптикой, взгляд криминалиста.

Но Брест перегружен боеприпасами, и все сходило с рук. К множеству военных складов добавился еще один. Все логично, в состав УРа включались и самостоятельные артиллерийские дивизионы [429], так чего удивляться заявкам на выстрелы к пушке-гаубице.

Недовольной публики не было. Даже среди тех, кто разгружал ящики с грузовиков армейской автобазы. Пан поручик легко установил железный порядок, тут даже красноармейцы ходили с отменной офицерской выправкой.

Сожалел лишь Максим, больше чем полтора боекомплекта он «украсть» не мог. У любого дела существует придел, так и здесь — превышение нормы грозило постановкой склада на особый учет и приезду проверки.

Еще отдушина. По утвержденному штату у Ненашева предусматривалось полторы тысячи бойцов, вот и брал капитан все исходя из существования батальона, как «кастрированной»… тьфу, Саша сбился на жаргон, кадрированной части.

— Вы знаете, что ваша дама работает на ОГПУ? — Новицкий пристально посмотрел на «Арнимова».

— На погранохрану НКВД, — машинально уточнил Максим.

— Даже так? — что-то клацнуло рядом.

— Что вас удивляет? Если хотите судить человека по его друзьям, то знайте — у Иуды они были безупречны.

— Хочу попросить вас быть осторожнее. Последние дни вы плохо выглядите.

— Думаю, не ошибусь, если не стану вам возражать.

Пан Александр умолк. То, что человек работает против Советов не вызывало никаких сомнений. Но чистый прагматизм капитан, постоянно заставлял поляка злиться. Контрразведчик чувствовал себя уязвленным. Почему-то местной обстановкой «Арнимов» владел гораздо лучше, постоянно делая точные и убийственные прогнозы.

Директивы правительства Сикорского предписывали ждать удобного момента. Когда большевики и немцы обескровят другу друга во взаимной бойне, они восстанут и вернут себе все, и даже больше. Тактика, сработавшая на благо Речи Посполитой после первой мировой войны, должна повториться и сейчас.

«Арнимов» вздохнул и спросил, как будет выглядеть новое «чудо над Вислой», когда армия коммунистов встанет на Одере и Рейне?

— Но вы же сами уверены, что «красных» выбьют из Бреста.

— Ну и что? Они могут отступать хоть до Урала и все равно сломают Гитлеру хребет.

— Вы симпатизируете азиатам?

— Я думаю, что скоро вам придется подружиться с русскими.

— Англия нас предаст? — вырвалось у Новицкого.

— Аккуратнее выбирайте слова. Страна, которую вы назвали лишь маленькое государство с огромным чувством собственного величия! А Британской империи, над которой не заходит солнце, всегда есть определенные интересы. Ее судьба решится в России. На континенте больше не осталось сил, способных остановить вермахт. И не надо скрипеть зубами, Лучше хмурое лицо друга, чем улыбка врага.

«A friend's frown is better than a foe's smile», машинально перевел Новицкий и поджал губы. Нельзя же быть настолько циничным.

— Не обижайтесь поручик. «Германизация», «украинизация», «полонизация» хороша для туземцев, живущих где-то далеко. Обыватель, читая газеты, обязан восхищаться солдатами, наконец-то научившими дикарей пользоваться зубной щеткой. А что, правда, что вы считали белорусов в Войске Польском солдатами второго сорта?

— То наша проблема! — поручик выдал вековой убийственный аргумент.

— От можа до можа? Как эти? — Ненашев щелкнул каблуками, поднял правую руку вверх с распрямленной ладонью под выверенным углом в сорок пять градусов. Сокрушенно посмотрел и пробормотал «Mit Adolf Hitler in ein neues Europa!» [430] Затем брезгливо стряхнул, иронично посмотрел на поручика.

— Что вы себе позволяете?

— Да нет, все гадаю, почему вас там нет.

Поручил сжал губы, вспоминая, как по Варшаве ходили длинные колонны люди с плакатами Морской колониальной лиги «Почему нас там нет?», требуя доли в африканских колониях у Англии, Франции и Португалии [431]. Как им хотелось дешевого сырья и слуг с далекого континента.

А Саша наугад открыл ящик с выстрелом и помрачнел.

Следственная группа, в которую входил майор Панов, загрузившись в БТР, выехала на место происшествия. Подрыв группы инженерной разведки. Пять «двухсотых», двух из которых пришлось собирать почти в ведро.