хафф побери, мечтаю, чтобы это никогда не закончилось.
Я первым разорвал поцелуй и, оглядевшись по сторонам, понял, что вокруг нас уже не Топи. Впереди все так же возвышался алтарь, но старый и покрытый толстым слоем засохшей крови. Похоже, это забытый храм Никсы в деревне темных. Богиня смотрела на меня со смесью удивления и разочарования. Понимаю. Но я должен выяснить, что происходит. Зачем я здесь? И почему она отвечает мне взаимностью? Я вновь потянулся к ней и заключил в свои объятия.
– Почему? – спросил я, взяв ее за подбородок и заставив смотреть мне в глаза. Пусть она разозлится и убьет меня за столь фамильярное отношение, мне не страшно.
– У меня несколько причин, – по пухлым губам скользнула мечтательная усмешка. – Но главное, ты очень похож на Него. Не внешностью, а своей душой. Ты полон тьмы. Ты нужен мне таким, Клауд.
Он – это, судя по всему, Ашш. Я внутренне похолодел. Вот уж не думал, что могу быть чем-то похож на отца всего сущего. Но.. неужели она и правда меня любит? Нет, невозможно.
– Кровавый Каратель? – предположил я.
Богиня отстранилась с легким разочарованным вздохом.
– Ты единственный, кто может разрушить замки, – она больше не смотрела мне в глаза. – Я чувствую в тебе силу Древних, она еще спит, но я могу ее пробудить. Ты освободишь меня и станешь моим вечным супругом. Я и правда люблю тебя, Клауд. И мне больно от твоего недоверия.
Мне тоже больно. Я и правда хочу верить, но слишком уж это нереально.
– Что я должен сделать? – мой голос прозвучал неожиданно хрипло. Сердце болезненно сжалось. Может, я и полный идиот, но от своего решения не откажусь. Войду в историю как очередной глупец, попавшийся на удочку Темной Богини. Ну и пусть. В конце концов, какое мне дело, что произойдет после моей смерти?
– Просто приди ко мне, Клауд, – она коснулась ладонью моей щеки, и во взгляде ее была неподдельная теплота. – Приди и забери меня из тьмы, пробуди от вечного сна. Я просто хочу жить.
Вместо ответа я впился в ее губы жадным поцелуем. Конечно, я согласен. Моя ладонь скользнула ей на спину, и я, удивленный собственной смелостью, прижал Богиню к холодному камню алтаря. Никса судорожно выдохнула мне в губы и выгнулась, подчиняясь. Голова шла кругом от усиливающегося запаха крови. Полумрак вокруг заискрился багряными каплями, и я зарычал, не в силах больше сдерживаться. Мир покачнулся и взорвался, расплескав густую темноту. Я закричал, поняв, что моя любимая исчезла, а я падаю вниз. Алтарь подо мной разлетелся сотнями каменных брызг, и все они как будто вонзились в мое тело, превратив его в одну сплошную рану.
Все закончилось внезапно. Щеку обожгло болью, и я открыл глаза. Передо мной, бледный и напуганный, стоял Тенелов.
Глава 10
Клауд Эллур-Атар
Моя последняя ночь подошла к концу. Я вконец ослаб, последняя вспышка ярости выпила остатки энергии. Но ненависть к наемникам буквально разъедает вены, и, если представится возможность, я найду в себе силы для последнего удара.
Осада Драконьей Крепости началась. До меня долетают лишь отдаленные звуки битвы, рычание ездовых драконов, но все это периодически заглушается истошными криками напуганных эльфов. Я поначалу глазам своим не поверил. Вокруг наспех сооруженного алтаря выстроились десятки прочных клеток, набитых ушастыми собратьями Тенелова. Как я ни вглядывался, воинов Лексиана не обнаружил. В основном это были совсем молодые девушки и парни, скорее всего, ученики Академии. И когда Гильдия Хаоса успела набрать столько пленных? И, самое главное, где?
В стороне стояли несколько добровольцев из наемников. Идиоты, иначе и не скажешь. Я слушал пламенную речь Тенелова, но, если честно, не проникся.
Наемник долго вещал о приходе тьмы в Алассар, о том, что необходимо открыть врата и выпустить Богиню Смерти из долгого и несправедливого заточения. Он поклялся, что каждый, способствующий возрождению Никсы, получит второй шанс и огромную силу в придачу. Я бы засмеялся, но меня так туго обмотали цепями, что не было возможности даже нормально дышать.
Среди клеток черным вороном кружил некромант. Я кожей чувствовал его холодную, бездушную силу, которую смог бы описать одним словом – голод. Именно голод, жадный, неутолимый, беспощадный. Лицо темного эльфа закрыла черная полумаска. Боится, тварь, что его потом кто-нибудь узнает? Я узнаю. Не лицо. Силу.
Некромант, наконец, сделал выбор, и из клетки выволокли темную эльфийку. Я могу лишь смотреть и "наслаждаться" зрелищем. Жертва орала и брыкалась в руках двух крепких наемников. Я подсознательно отметил, что не заметил в Гильдии Хаоса ни одного рыцаря. Это, наверное, не просто профессия, а какое-то личностное качество, внутреннее благородство, которое не позволяет эльфам ступать на путь разбойников.
Мне глубоко плевать на мучения ушастой расы, но от истошного визга заложило уши. Воздух слегка нагрелся от наплыва магии, и девушка внезапно замолчала, сделавшись очень покорной. С низко опущенной головой она позволила уложить себя на алтарь и покорно развела руки в стороны. Я приготовился услышать полный боли крик, но жертва лишь тихонько охнула, когда нож вошел в ее сердце.
Тенелов засмеялся. Кровь обагрила алтарь. Мертвую девчонку сбросили вниз, не дожидаясь, когда Никса заберет ее в свое мрачное царство. По моей коже как будто мехом провели. Я вздрогнул, осознав, что меня коснулась сила некроманта. Смерть эльфийки вызвала всплеск энергии, которую тут же поглотили стоящие неподалеку маги. Я, сам того не желая, тоже впитал немного.
На алтарь уложили новую жертву, такую же тихую и покорную. Некромант сковал ее волю. Это гораздо страшнее, чем обездвиживающие заклятия. Снова сверкнул жертвенный нож, и воздух наполнился запахом крови. Я сглотнул, почувствовав на языке слабый вкус вишни. Новый выброс энергии сделал меня еще немного сильнее. Я расправил плечи, пользуясь тем, что охранники отвернулись, слишком увлеченные процессом жертвоприношения. В сведенных мышцах искрами вспыхнула боль, и тут же погасла, смытая волной моей собственной магии.
Волшебники на поляне поглощали энергию, накапливая ее в себе. Некромант не позволил ей разойтись, направил и, мне кажется, сконцентрировал. Мне перепали лишь жалкие крупицы, но если так пойдет и дальше, я полностью восстановлю свои силы. Тенелов обернулся ко мне.
– Наслаждайся жестокостью, Клауд, – по губам эльфа скользнула безумная усмешка. – Наслаждайся моей силой. Скоро от Шантары останется лишь печальное воспоминание.
Я не ответил. Голова закружилась от непереносимого
