Лес обступил нашу поляну, тёмный, незнакомый, опасный. С чего мы взяли, что эта планета не представляет для нас никакой опасности? Напридумывали себе непонятно чего! Наивные, легковерные…
Солнце ещё не взошло, но небо уже утратило свои глубокие тёмные краски. Оно как будто выцвело под лучами восходящего Солнца и стало напоминать блеклую застиранную тряпку. Не верилось, что это чужая планета. Я вскинул голову и внезапно в поле моего зрения попало нечто.
Это было похоже на то, как в мультфильмах рисуют привидений, только не белое, а чёрное, непроглядно чёрное. Крылатое, хвостатое нечто зависло над поляной, раскинув антрацитовые крылья. Потом появилось ещё одно и ещё.
Ева испуганно зашипела и с рекордной скоростью рванула в лес. Не соображая, что делаю, я побежал за ней. В душе родилась паника. И теперь я понял, что причиной моей тревоги были именно эти неизвестные животные, не похожие ни на одно живое существо, которое мне приходилось видеть в жизни. От них исходило такое острое чувство опасности, что мой разум полностью отключился и работали только инстинкты. В тот момент я не задумывался о том, насколько опасно разгуливать в незнакомом лесу и как я смогу вернуться обратно. Я просто бежал, задыхаясь, спотыкаясь о выступающие корни деревьев. Оглянувшись, я обнаружил, что стая неизвестных тварей с лёгкостью преодолевает ветви деревьев и вот-вот нагонит меня.
Кое-как собравшись с мыслями, я представил, что сжимаю в руках рукоятку пистолета и, не целясь, стал палить по крылатым монстрам. Пули проходили сквозь них, не причинив ни малейшего вреда. Тогда, отбросив бесполезное оружие, я вновь бросился бежать. Откуда только взялась такая прыть?! И тут же запнулся о поросший мхом камень и упал. Сердце ухнуло в пятки и там осталось.
С ужасом я наблюдал за тем, как вся стая бесследно рассеялась, лишь одно существо осталось и приблизилось ко мне. И вот, когда оно оказалось сантиметрах в двадцати от моего лица, я увидел, что никакое это не животное, потому что не было у него ни глаз, ни рта, вообще никакой плоти, только колеблющееся нечто густого чёрного цвета. Оно не торопилось нападать, казалось, что тварь наслаждается моим страхом, пьёт его, как живую воду. Потом резкий скачок в мою сторону и моё тело облепило что-то невесомое, но сильное, настолько сильное, что кости затрещали под его натиском. От этих объятий лёгкие сжались и не было никакой возможности вздохнуть. Я задыхался, но продолжал сопротивляться, теряя при этом последние силы. "Какого чёрта я побежал в лес? Надо было на корабль!": — думал я, теряя сознание.
Очнулся я только у себя в каюте. Сначала даже подумал, что весь этот кошмар мне приснился, но рёбра так болели, что сомнений не оставалось — всё это происходило на самом деле! Тогда непонятно, как же я спасся, как вернулся на корабль?!
— Как, как, — услышал я в стороне недовольный голос Вирки. — Думаешь, я дал бы тебе убить меня? Я, Лёлик, редкий эгоист — это заложено в моей природе. Ох, и задал ты мне задачу! Мне не тяжело было нести тебя на руках, но… Если хочешь знать, то эту тварь я так и не смог от тебя отцепить!
Ничего не понимая, я осмотрел те участки моего тела, которые смог увидеть, но чёрной мерзости не обнаружил и решил, что вирус опять по привычке надо мной издевается.
— Не смотри, не смотри, ты его не увидишь, — грустно ответил он. — Оно теперь внутри тебя.
— Как так? — От неожиданности я даже попытался присесть на кровати, но тут же завалился от резкой боли. — Как внутри меня?!
Вирус пожал плечами.
— Откуда я знаю как. Видишь ли, я не могу тебе ничего объяснить, потому что сам мало что понимаю. И говорю лишь то, что видел: оно просочилось сквозь кожу внутрь тебя, как те огненные шары на Литаке.
В каюте воцарилось молчание. Давящее, тяжёлое, многозначительное, как не оглашённый приговор. Я попытался разрядить обстановку и с деланным равнодушием спросил:
— Это, что, какой-то паразит?
— Хуже, — ответила откуда-то из глубины каюты Нида. — Олег, ты не понял разве? Это не животное!
Я понял! Я всё прекрасно понял! Но я не хочу в это верить! Настолько не хочу, что тупо отказываюсь принимать реальность. Наверное, так чувствует себя неизлечимо больной человек, узнав о своём диагнозе. Я настойчиво убеждал себя: "Нет, это какая-то ошибка! Мы что-то не заметили, просмотрели. Этого не может быть!". Стиснув зубы и превозмогая острую боль в рёбрах, я поднялся с кровати. Рёбра сломаны, тут к бабке не ходи. Но сломанные рёбра это не страшно, гораздо страшнее то, что теперь находится внутри меня!
Нида сидела в кресле и всем своим видом выражала глубокую скорбь, словно я уже умер и она присутствует на моих похоронах. Наплевав на боль, я распрямился и подошёл к ней.
— Ты ведь шаманка, верно? Кем бы ты ни была раньше, но сейчас ты шаманка. — Я глубоко вздохнул и сразу же сломанные рёбра дали о себе знать. — Ты сможешь это из меня вытащить!
Я не просил, я приказывал. Теперь только она могла мне помочь! Больше на корабле нет никого, кто разбирался бы в этих вещах.
— Я не могу, — тихо ответила шаманка, опустив глаза. — Я их не знаю. Они другие.
Последняя надежда на освобождение с дребезгом разлетелась на мелкие кусочки. Сразу же вспомнилось то моё дикое состояние в пещере на Литаке, когда моё тело мне не принадлежало, подчиняясь приказам, проникшим в меня, полёвок. Что ж, теперь мной управлять будут это существо. Ха, я теперь одержимый и нет поблизости ни одного экзорциста, чтобы изгнать из меня беса. Мне оставалось лишь горько рассмеяться, что я и сделал. И тут же внутри меня гулким эхом отозвалось неведомое существо. Оно тоже смеялось, но смех его был слышен только мне.
— Что-то подсказывает мне, что ничего хорошего теперь нам ждать не приходится, — тусклым голосом произнёс я и вдруг схватил Ниду за шею и стал душить.
Девушка забилась в моих руках, но освободиться она не могла — никогда ещё я не был настолько силён! Вот она захрипела, обмякла и лишь сильный удар по больным рёбрам заставил меня ослабить хватку и отпустить свою жертву. Сложившись пополам, как перочинный нож, я застонал и осел на пол. Вирка возвышался надо мной, но в его взгляде не было ни осуждения, ни злости. Ударил он меня лишь для того, чтобы спасти шаманке жизнь, за что я ему буду благодарен по гроб жизни.
— Извини, Лёлик, — спокойно объяснил он, — я не со зла.
— Я знаю, — прохрипел я, постепенно приходя в чувство. — Со мной надо что-то сделать, я не могу себя контролировать!
Ловко опутывая меня лавсановыми верёвками, Вирка поспешил успокоить:
— Это ещё не самое страшное, что могло бы с тобой произойти.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
