— На это нет времени.
— Но хоть на ночь останешься? Рану сейчас лучше не тревожить тряской в автомобиле.
— Если не выгонишь, останусь, — кивнул Мартин. — Помоги мне сесть.
Линда неодобрительно покачала головой, но все же выполнила просьбу. Усадив Мартина, дала ему выпить немного укрепляющего отвара. Сделав пару глотков, он прислонился спиной к стене, закрыв глаза. Лицо его было бледным и отрешенным. Казалось, менталист полностью погружен в себя.
— Она внучка моего старого друга, — неожиданно сказал он. — Для меня самого стало неожиданностью, что я так к ней прикипел.
— Внучка друга? Надеюсь, эта девушка хотя бы покинула школьную скамью?
Слабая улыбка тронула губы Мартина.
— Эй, я не настолько плох! Она студентка старших курсов, артефактор. Видела бы ты, какие произведения искусства выходят у нее из-под рук!
— Тебе всегда нравились талантливые люди. Но артефактор? Сочувствую тебе. Один такой ухаживал за мной несколько лет. Ну как ухаживал… здоровался раз в неделю. А в конце первого курса предложил сходить с ним на свидание. Не заметив, что я уже замужем и на седьмом месяце беременности.
— С Софи сложно, — сонно кивнул Мартин, — но она стоит того. Надеюсь, мне удастся повести ее к алтарю раньше, чем я поседею как лунь.
Линда была рада, что Мартин сейчас не видел ее лица, растерянного и огорченного.
— Я рада за тебя, — мягко сказала она. — Пойдем, я уложу тебя спать в комнате сына.
— Завтра утром приедет Джис, — опираясь на руку Линды, сообщил Мартин. — Прости, я знаю, что ты не любишь боевых магов в своем доме.
— Пожалуй, господина Грохенбау я как-нибудь потерплю. Он не так уж и плох. К тому же мне есть о чем с ним поговорить. Бертольд мне писал, что в академии его задирает девчонка с весьма знакомой фамилией.
Мартин ухмыльнулся.
— А-а-а, Ирма. Она может. Но и твой сын вполне способен за себя постоять.
Целительница помогла Мартину раздеться и уложила его на кровать.
— Тебе принести что-нибудь? — спросила она.
— Нет… Линда, чем я могу тебя отблагодарить?
— Ты и так платишь мне зарплату как внештатному сотруднику. И это уже не говоря о том, как много ты мне помогал с Бертом.
Смерть мужа не только стала большим ударом для Линды, но и инициировала магический дар сына. К несчастью, к боевой магии. Молодой целительнице, мягкой и спокойной по натуре, было тяжело справиться одной с взрывным и сложным характером сына. К счастью, уже тогда рядом с ней был Мартин, помогший молодой вдове своего подчиненного с работой и нашедший для ее сына учителя — Джисфрида Грохенбау. Тому достичь взаимопонимания с чужим мальчишкой оказалось гораздо легче, чем с собственной дочерью.
— Мне было несложно. И все же я хочу отблагодарить тебя за твою доброту и понимание.
Линда ласково провела ладонью по щеке Мартина.
— Тогда давай сходим на лермийскую оперу. Они дают несколько представлений в столице, но уже сейчас приобрести билеты сложно. А я люблю музыку, ты же знаешь.
— Конечно, — пробормотал Мартин, совсем засыпая.
Линда еще долго сидела у кровати спящего менталиста, тихо глотая слезы. Кто знал, что так получится? Что пройдут годы, и она, клявшаяся, что никто не сможет заменить мужа в ее сердце, полюбит другого мужчину. Что она однажды откажется от его великодушного предложения стать его женой, а затем об этом пожалеет. Тогда Шефнер принял ее отказ спокойно, даже с каким-то облегчением, и больше не возвращался к этой теме. Теперь он собирался жениться на другой. Той, чье имя произносит с таким восхищением и нежностью. Линда давно чувствовала, что теряет Мартина Шефнера, что он отдаляется от нее. А сейчас поняла, что уже потеряла его навсегда.
Маг не умел болеть. Стоило ему простыть или получить ранение, как из сильного мужчины, способного несколько суток не спать и почти не есть, занимаясь делом, он превращался в брюзгливого столетнего старика, разваливающегося на ходу. Не было никого слабее, капризнее и чувствительнее его в этот момент. Об этом свойстве главы СБ знали несколько человек — члены семьи, Линда, которой он доверял себя лечить, и Джис. Последнему как-то пришлось несколько дней сопровождать в дороге своего босса, подхватившего сильную простуду. Телохранитель вспоминал об этой своей поездке как о втором боевом крещении и следил за здоровьем Шефнера гораздо пристальнее, чем за своим, — чтобы переждать плохое самочувствие босса подальше от него.
Но сейчас у Джиса выбора не было. Если начальство приказало прибыть срочно, то тут уже не отвертишься. Повздыхав несколько минут под дверью фрау Келлер, он собрался с духом и позвонил. Дверь ему открыли почти сразу же.
— Доброе утро, господин Грохенбау. Вы довольно рано, — спокойно сказала Линда, пропуская мага в дом. Женщина была необыкновенно хороша в легком утреннем платье. — Господин Шефнер уже проснулся и ждет вас.
— Доброе утро, фрау Келлер, — отчего-то шепотом ответил Джис. — Босс в порядке?
— Он потерял довольно много крови, но здоровью его ничего не угрожает.
— А его настроение?
— Как всегда. Раздражен и полон жалости к себе.
Джис воздел глаза к потолку:
— Почему я, почему я, господи? В конторе много хороших боевых магов, а босс доверяет именно мне?!
— Это ты, Грохенбау? — послышался громкий голос из кухни. — Хватит строить глазки фрау Келлер, тащись сюда!
— Удачи! — подмигнула Линда. — Зайди потом ко мне, если время будет. У меня вопросы по поводу твоей дочери.
— Это ловушка, да? — проворчал Джис, впрочем, не пытаясь спорить.
Ему нравились фрау Келлер и ее сын — необыкновенно уравновешенный и разумный для боевого мага юноша. И Джис даже был бы рад видеть Бертольда Келлера своим зятем — со временем, конечно. А что? Какая династия боевых магов получилась бы! Но больше всего он переживал за саму Линду. Хорошая она женщина, добрая. Оттого и ее отношения с главой СБ Джис не одобрял. Босс, конечно, сам женщину не обидит и другим не даст, но так ведь замужем-то ей понадежней будет. Тем более с учетом появления в жизни Шефнера Софии Вернер.
То, что у него с «сокровищем» все серьезно, Джис понял во время охоты на предателя-артефактора и алертийского менталиста. Точнее, сразу после нее, на пляже. Босс тогда в открытую показал свою симпатию к чародейке, проявляя такую заботу, что подчиненные почти поверили, что у него есть сердце. На развитие отношений «сокровища» и Шефнера Джис смотрел не только с умилением, но и тревогой. Вроде и за босса радостно, и за Софи страшно. А тут еще Линда. И судя по ее покрасневшим глазам и отрешенному взгляду, она все знала или догадывалась.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
