Дана шла наверх, пробираясь через завалы камней. Тропинки, как таковой, не было. Да и куда бы она вела? Дана сама не знала, куда идет, но интуиция вела вперед, все вверх и вверх. А может, не интуиция, подумалось Дане. Казалось, Тьма вела ее, подталкивая в спину. Она тоже стремится поскорее встретиться с Даной? Тьма была разумна, это повелительница понимала. И тем не менее, в медальоне и в рубине словно были две стороны одной Тьмы. В медальоне она была более озлобленной. А может, все из-за того, что Ривиэль привязал источник Тьмы сильным заклинанием? Тьма вынуждена была подпитывать заклинание, и это было бесконечно, ведь Ривиэль уже не мог уничтожить заклинание, а никто другой и не сумел бы вообще - силы не равны. Возможно, выводы верны. В рубине Тьма свободна, и там ее ограниченный кусочек. А медальон сковывал возможности... целого источника? Дана помнила силу, что пыталась ее затянуть в свой смертельный омут. В одиночку с этим не справиться. Но выбора нет - на кону жизнь целого мира.
Вышли две луны Элмеры, приятно осветив путь. Подниматься и в самом деле оказалось легче. Начали угадываться очертания вершин. Вдали, у самой границы Снежного царства, они были покрыты снегом. Целый хребет врезался в Снежное королевство, ограничивая его власть. Наверняка, Черные горы продолжались и дальше, просто ни у кого не хватало смелости проверить. Ведь тут не только чудовищные горы, но и загадочные снега, которые в мгновение ока заметали смельчаков, осмеливавшихся подойти слишком близко к границе.
Повелительница шла, думая о Тьме, что была заключена в рубине. Силы, что она давала, были опасными. Многие маги так сгорели. Получить в один миг силу и власть. И не уметь ей распорядиться. Кидаться в крайности налево и направо. И сгореть от своих желаний, которых становится с каждым днем все больше.
Где Ривиэль нашел Печать? Рассуждая логически, она вряд ли где-то здесь валяется. Кто-то ему ее дал. Кто и где? И за какую плату? Черные горы сами ведут путника. Обычно на гибель. В древности маги частенько сюда ездили. Мало кто возвращался. Всего двое, по записям летописей. Первый оставил свой великий ум горам, вернувшись беспамятным, с улыбкой младенца. Второй свой ум сохранил, но потерял абсолютно все силы. Он никогда не рассказывал, где выгорел так основательно. Открыл свою пекарню, и почил в мире в свой срок.
Но Дана обязана вернуться! В своем уме и сохранив все силы.
Дана присела на валун передохнуть. Огляделась. Чахлые скрюченные деревца окружали ее. Трава казалась сухой, жаждавшей влаги. Казалось, даже дожди обходят Черные горы стороной. Дана взяла в руку горсть земли. Та была черной, как чернозем. Но тогда почему все живое не принимает в себя подобную землю? Нет, это не чернозем. Дана закрыла глаза, переключившись на магическое зрение, и охнула - земля была полна Тьмы. И камни вокруг, и кустарники- все содержало в себе Тьму, более того - питалось ею!
-Тьма, я пришла,- едва слышно произнесла она, открывая глаза. Черные горы - это и есть сама Тьма. Она везде и повсюду, впечатана и в камни, и в жухлую траву, и даже воздух напоен ей. Потому и не ощущается - она в гармонии с Элмерой. Никуда идти не надо, тем более далеко - Тьма услышит ее в любом уголке своих гор.
Воздух вокруг загустел, свился в полупрозрачный толстый жгут, хорошо видимый в свете лун. Девушка поднялась с валуна и пошла за жгутом. Он петлял, извивался, пропадал иногда. Казалось, он обладал своим собственным мнением, и хотел вывести из себя незадачливую путницу. Дана перебиралась через громадные камни, взбиралась на отвесные стены, обошла опасный ручей с черной водой. Деревья, как ни странно, подросли, и теперь уверенно цеплялись выросшими сучьями за волосы, за одежду, срывая котомку, что была накинута через плечо.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
А потом жгут подстроил последнюю пакость - он пропал. Дана в растерянности огляделась - она так стремилась не потерять жгут из виду, что совсем перестала следить за дорогой. А оказалась она на каменном плато, открытом со всех сторон, и продуваемом ветрами. Лагерь отсюда не увидеть - он совсем с другой стороны. Зато как на ладони открывался завораживающий вид на гряду мглисто-черных гор, вершины которых художественно покрыты белоснежным снегом. Вершины эти были удивительно ровными, не особо, правда, прямыми, но, тем не менее, они уходили вдаль, составляя границу Снежного королевства. И все-таки с другой стороны от вершин точно так же виднелся снег, хотя там и не властвовала Снежная королева.
Интересно было бы собрать экспедицию, задумалась Дана, чтобы разведать, что скрывает этот снег по правую сторону Черных гор. Она прошла вперед - плато было изрезанным, не ровен час, ногу подвернешь. И ни камушка, ни деревца. Дана сделала очередной шаг... и провалилась вниз.
Летела вроде недолго, как сквозь густой туман, и все же ударилась о камень ощутимо.
-Да что же это такое, все время проваливаюсь куда-то,- со злости начала она выговаривать камню,- Вот неужели нельзя было придумать приличную лестницу с ровными ступенями. Указатель какой повесить, что вот, мол, приглашаем тебя, повелительница...
Она поднялась с колен, все еще бормоча, и замерла в удивлении. Оказалась Дана в пещере, довольно просторной. В центре же ее находился колодец. Обычный такой, сложен из камня. Дана подошла поближе. Вот и ведерко рядышком стоит, приглашает- налей в меня водицы. Дана как зачарованная подняла ведро и спустила вниз на веревке. Ведро плюхнулось в близкую водичку, потяжелело. Повелительница с трудом вытащила его, пыхтя и отдуваясь. Поставила ведро на край колодца. Не вода там была.
Дана заглянула в ведро и ощутила привычно тяжелый ответный взгляд Тьмы.
-Мне нужна Печать,- решительно произнесла Дана.
-А сможешь ее добыть?- хрустально рассмеялся воздух вокруг. Ведро опрокинулось, но не вниз, а вверх, черные звездочки-капли зависли над каменным полом. Впервые в жизни Дана увидела лунную радугу, и это было волшебно.
-Смогу,- твердо сказала девушка, изгоняя из головы противные мысли-сомнения.
-Тогда прыгай,- смех дробился о стены, становился все тоньше и пронзительней....
Прыгать? Но куда? Дана перевела взгляд на колодец. Вроде неглубоко. Приятный ранее смех стал отвратительным, завис на одной визгливой ноте, режущей слух. Скорее спасаясь от противного скрипа, чем по какой-то иной причине, Дана ступила на бортик колодца и прыгнула вниз.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Эйлин сидел на последней страже на исходе третьей ночи. Три дня прошло, третья ночь заканчивается. Скоро рассвет, время исполнения приказа повелительницы. Возвращение домой, но без нее. Как простить себя за то, что не настоял, не пошел вслед за ней, хотя бы и тайно? Эйлин все трое суток укорял себя за непростительное малодушие. Черные горы, страх и ужас. Ну и пусть здесь неуютно. Пусть душа переворачивается каждый раз, когда глянешь на черные вершины. Зато повелительница была бы жива и здорова.
