-Жизнь казной не оплачивается,- усмехнулся Мират,- Сбежали они к обеду первого дня. Тут только священник богинь ухаживает за страдальцами. Да еще пара травников ему помогают.
Вернулся Карель, повесил котелок на крюк, и заклинанием зажег дрова в очаге. Магически кипятить воду не рекомендовалось ни в одном учебнике - реакция больных на зелья могла оказаться неожиданной.
Вода вскипела, и парень засыпал туда травы. Лерат в это время освобождал стражников от одежды - заразные штаны и рубахи следовало сжечь. В шкафу нашлось запасное белье и одежда. Часть из них Лерат использовал, чтобы сделать подобие матраса - старые спальники он тоже вынес во двор, и бросил в костер.
Приготовленным отваром Карель с ложечки напоил Мирата, Лерат в это время пытался то же самое сделать с бессознательным вторым стражником. Что-то все же попало тому в горло, на том парень и остановился, изрядно намучавшись с довольно упитанным мужчиной.
После всех хлопот со стражниками, возник вопрос - что делать дальше? Мират с напарником спали глубоким сном - в отваре был сонный донник. Оставить их без присмотра было плохо, но так же плохо было не помочь остальным людям.
Карель вышел на улицу. Уже вечерело, на улицах один за другим загорались фонари- магическая выдумка, заряженный магией светящийся камень, которого хватало на два десятка ночей света. Ровный свет фонарей колебался, и тени приближались к воротам со скоростью бега здорового мальчика девяти лет. Карель перехватил его у самых дверей в караулку, но удержать не смог.
-Мират!- он бросился к лежавшему стражнику, но Лерат успел его перехватить. Ведь здоров по виду, не следует ему подхватить заразу.
-Пусти! Кто ты такой? Пусти! Мират!
-Тише ты, разбудишь,- шикнул на него парень,- Ты здоров? И кто такой для Мирата?
-Меня чума не берет,- шмыгнул носом парень и покорно уселся на каменный пенек,- Я из семьи один остался с братом Миратом, но и он скоро...
-Утром можно будет сказать точно,- твердо ответил Лерат.- Нам нужно идти, осмотреть других больных, посмотришь за ними?- он указал на стражников, лежавших под одним покрывалом - второго не нашлось.
-Да,- он все-таки всхлипнул. Карель отлил из котелка немного отвара и рассказал, как больных поить, если очнутся раньше утра, и показал, где взять тряпки, чтобы обтирать их.
Город словно вымер. Даже вездесущих собак не было видно. Лерат пустил светлячок, опознаватель нечисти. Тот вернулся минут через пять, и маг охнул. Ослабленные люди оказались богатой добычей для близлежащих горков, вурдалаков и волкодлаков.
-Будем решать проблемы по мере поступления,- мрачно сказал Карель, и они направились в Храм Двух богинь, где старенький священник лечил всех пришедших к нему больных. Утром и вечером он отправлялся по домам, где лежали тяжелобольные, кормил их, обтирал, давал слабенький обезболивающий отвар - другого у него не было, магом он не был.
В одном из домов маги и нашли священника на вечернем обходе, помогли покормить супружескую пару стариков да их малолетнюю внучку, все, что осталось от большой семьи. Все трое шли на поправку, как отметил Карель. Он уже сталкивался с чумой в детстве, знал первые признаки выздоровления.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Почти неделю маги боролись за жизнь каждого больного. А с утра, когда сон нечисти так крепок, выискивали гнезда и лежбища и уничтожали их обитателей. Травники сообща выдали магам все травы, что они запросили - у Кареля закончился сумрак, а он главное обеззараживающее средство организма.
Потом была еще неделя, чтобы жизнь города немного наладилась - все еще слабые люди не могли себе даже еду подогреть, не говоря уж о прочем. Не более десятка помощников было у священника. До прибытия магов они не успевали хоронить умерших. Сжигать, так точнее. Магам же достаточно было пробормотать несколько слов и наклонить руку в специальном жесте - и трупы занимались огнем, что за секунды сжигал все, не оставляя даже пепла.
Кони молодых магов, как ни больно это было признать, не выдержали долгого соседства с чумой. Погибли, как и многие другие домашние животные.
Маги покинули город, когда чума вконец ушла. Все больные выздоравливали, здоровые старались наверстать упущенные дела. Священник все пытался вручить парням мешочек золота - все, что осталось от пожертвований на храм. Но маги не взяли, категорически отказываясь. Людям еще долго приходить в себя, много сирот в городе, да и просто одиноких, потерянных людей. Вот им и следует помогать, кормить и оберегать. А сами поехали в Краснуты - это глухая деревня, у подножия гор, оттуда давно не было вестей, и возможно, именно там появились первые больные, а потом завезли ее в город, приезжая на ежегодную ярмарку.
Неуловимая деревня так и не появилась, зато перед магами открылась долина.
Неправильной овальной формы, по склонам гор растут черные ели и клены, кроваво красные, несмотря на разгар лета. В центре разрушенный город. Хотя нет, не город, слишком мало места для него. Руины давно поросли мохом и лианами. Лишь в самом центре непоколебимо стоял круглый храм с куполообразной крышей, давно и безнадежно заброшенный.
-Я никогда не видел подобных строений,- задумчиво пробормотал Карель. Он очень увлекался архитектурой, да и Тиль часто заезжал в Цитадель - его любимая девушка там училась. Тиль с удовольствием беседовал с Карелем, с которым искренне и живо обсуждал стили архитектуры королевств.
-Обычный храм,- не заинтересовался бывший принц. Он уже спускался вниз, по довольно крутому обрыву, комья земли вылетали из-под ног.
Карель пожал плечами и двинулся за ним. Природа здесь была необычная, это он сразу заметил. Подобное он видел только на южных побережьях, где воздух влажный и теплый весь год, а зимы не бывает никогда. Лианы вились по толстым стволам деревьев с широкими листьями, яркие цветы радовали взгляд, невдалеке весело бежал ручеек. Заросли были настолько густы, что пришлось использовать меч как мачете, чтобы прорубать себе путь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Странно, но животных не ощущалось. Не было ни птиц с их извечными трелями, ни мышек, что бегают обычно среди корней деревьев в поисках пропитания. Лишь редкие сверчки прорывались сквозь ватную тишину.
