найти более удобное положение на неудобной скамье.* * *
Мы с Ольгой не успели тогда уехать, потому что в школу прибыли Ушаков и Устинов, поднятые по тревоге охранниками. Они использовали личные телепорты, сделанные по технологиям Безликих, которые сами вечные юноши так удачно потеряли.
Выслушав мой сбивчивый рассказ, Ушаков начал настолько грязно ругаться, что, похоже, Ольга в себя пришла только от этого. Зато я сразу узнал, что пистолет ей дал Подоров на всякий случай. То, что у Матвея было обострённое чутьё на всякого рода неприятности, для нас секретом не было. А сейчас мы в этом убедились. Стрелять она умела с детства. Всё-таки отец кадровый военный. Она рано лишилась матери, а пока отец второй раз не женился, бывало, что и по казармам её таскал, и по стрельбищам.
Ольга сама не знала, зачем пошла за мной, да ещё и прихватив пистолет. Просто вскочила и побежала, словно её кто-то заставил это сделать. Я даже глупо пошутил, что, скорее всего, чтобы меня пристрелить. В итоге пристрелила этого урода, а увидев мою окровавленную морду, потеряла сознание.
— Женись на ней, — просто сказал мне Егор и велел уже отвезти нас домой. Умыться не разрешил, чтобы не потревожить только-только переставшую кровоточить рану. Так, в окровавленной маске на лице и ехал, доведя до сердечного приступа половину дворца.
После того как нас увезли и сдали на руки причитающей Кларе, Егор с Денисом устроили в школе геноцид охранникам. Правда, обошлось вроде без смертоубийств, но досталось всем. Зато выяснилось, как Мирче попал на территорию.
Как оказалось, он вовсе не сбежал. У него разум окончательно покинул голову после смерти племянника, и он обвинил во всех своих бедах меня. При этом похоже он даже не понял, за кем именно начал слежку. Это стало ясно, когда нашли и допросили немногочисленных свидетелей.
Караулил он меня исключительно возле школы, проследив мой путь от клиники. Слежку организовал настолько профессионально, что ни я, ни Ромка ничего не заметили. Даже дом неподалёку снял, чтобы видеть, когда я приеду. Всё-таки у сумасшедших появляются звериные навыки, вдобавок со сложными логическими построениями, недоступными другим людям.
Но защита на школе стояла ненормальная, и подобраться ко мне не было никакой возможности. К тому же он почему-то решил, что я здесь живу. Или что здесь живёт моя подружка и я к ней частенько наведываюсь. Что, кстати, было вполне логично, если хорошо подумать.
И тут небеса преподнесли ему подарок, начали демонтировать защитные контуры. В охране периметра сразу же появились слепые пятна. Этот вечер, когда он меня чуть не подстрелил, был на самом деле единственным вечером, для выполнения задуманного. Потому что уже на следующий день эти слепые зоны планировалось ликвидировать усилением обычной охраны, а этот вечер был отдан на то, чтобы их выявить. Вот такое стечение обстоятельств. Представляю, как радовался бы Верн, если бы Мирче удалось войти в историю, убив меня. Они бы вечеринку, поди закатили.
Мои некроманты вернулись на следующий день. Ромка был уставшим, но довольным. У него много чего получилось, и он даже добыл немного побрякушек.
Матвей дожал заговорщиков. Там было всё просто. Отец не утвердил отмену пошлин на какие-то товары, и эти твари, а по-другому я не могу их назвать, решили вот так ему мелко подгадить. При этом они даже не догадывались, оказывается, что их за эти шалости ждёт.
* * *
В зал Совета вошёл прадед, которого все только и ждали. Отец отложил бумаги и выпрямился. Ага сейчас начнётся.
— Тебя, Виталя, Маргарита из постели не выпускала? Ты что так припозднился, почти опоздал? — проскрипел самый старый член Совета Демидов.
— Не надо мне так громко завидовать, — спокойно ответил прадед, подходя к своему месту, которое располагалось рядом с местом отца. — Итак, вопросов на сегодня много, поэтому предлагаю спустить Кодекс, чтобы Андрей его открыл. Если Кодекс признаёт его истинным сыном Орла, то мы парня отпускаем и не возвращаемся к этой теме.
— Никто не против, — снова проскрипел Демидов. — И да, я поднял семейные хроники. Всеволод Орлов действительно мог манипулировать источниками как своим, так и других магов.
Прадед только посмотрел на него, примерно как Паразит смотрит на всех людей и подошёл к механизму, позволяющему опустить Кодекс.
— Андрей, подойди. — Я встал и на негнущихся ногах подошёл к древней книге. А что, если он не признаёт меня Орловым? Ведь мой дар — это полноценный дар Безликих, а они друзьями Кодексу никогда не были. Прадед тем временем продолжил. — Положи на него руку и призови дар.
Я выполнил его приказ. Сначала ничего не происходило, а затем книга открылась. Руку словно магнитом притянуло к открытым страницам. Мгновенная вспышка боли, и я уже нахожусь не в зале Совета кланов.
— Зелон! — к высокому, светловолосому воину шёл Безликий, указывая на него мечом. Его голос дрожал от ярости. Что-то очень сильно разозлило эту почти бессмертную тварь. — Отзови этих уродов. Умри, как мужчина!
— Я и так собираюсь умереть, как мужчина, прихватив тебя с собой, — Зелон, который впоследствии возьмёт имя Всеволод Орлов, оскалился. Чуть в отдалении я увидел небольшую группу людей, в тёмных балахонах, которые стояли, держась за руки, а между ними висела огромная объёмная руна, светящаяся серебристым светом. Зелон поднял меч. — Сними маску, Безликий, я хочу увидеть, кого сегодня убью!
Безликий сорвал маску и отбросил её в сторону. Это был
