Чу Ваньнин спокойно сказал:
– У вашего наставника их три. О каком ты говоришь?
Глава 34
Этот достопочтенный впал в немилость
Лишь Чу Ваньнин мог произнести столь ошеломляющие слова таким спокойным, будничным тоном. Каждый из троих его учеников по-своему воспринял его фразу. Сюэ Мэн, мысливший прямолинейно, просто воскликнул:
– Ах!
У Мо Жаня его слова вызвали более сложные чувства. Вспомнив кое-какие события из прошлого, он задумчиво коснулся своего подбородка, сказав себе, что в этой жизни точно не хотел бы снова увидеть третье волшебное оружие Чу Ваньнина.
Ши Мэй же склонил голову набок, и в его подернутых мечтательной дымкой миндалевидных глазах загорелся слабый огонек, по-видимому восторга и восхищения.
– Вы добыли Тяньвэнь на озере Цзиньчэн?
– Угу, – отозвался Чу Ваньнин.
– А два других?
– Одно – тоже оттуда, а другое – нет. Обычно у божественного оружия покладистый нрав и с ним нетрудно управляться, так что не стоит излишне переживать.
– Как бы я хотел увидеть и другое божественное оружие наставника! – с толикой зависти произнес Сюэ Мэн.
– Обычно мне вполне хватает Тяньвэнь, – ответил Чу Ваньнин. – Что же касается двух других… Я бы предпочел, чтобы мне никогда не пришлось их использовать.
Сюэ Мэн неохотно угукнул, но его глаза продолжали сиять азартным блеском, и Чу Ваньнин обратил на это внимание. Воинственность этого юноши было нелегко сдерживать, но, к счастью, Сюэ Мэн обладал добрым сердцем. Если его направлять в нужную сторону, тревожиться будет не о чем.
Мо Жань же, стоя в стороне, с натянутой улыбкой потирал подбородок.
Оружие служит для того, чтобы убивать, и его приходится использовать даже святым. Чу Ваньнин же… Что в прошлой, что в нынешней жизни он страдал в основном из-за своей праведности.
Все эти россказни о непременной победе добра над злом существовали лишь в книжках, но этот болван действительно в них верил, поэтому, несмотря на блестящие таланты и невероятную силу, закончил свою жизнь никчемным узником, превратившимся в кучку костей внутри могильного кургана.
– Учитель. – Голос Ши Мэя выдернул Мо Жаня из размышлений. – Ваш ученик где-то слышал, что каждый год на пик Сюйин поднимается невероятное множество людей, но лишь один-два из них оказываются способны растопить лед озера Цзиньчэн. Это до такой степени трудно, что за последние несколько лет не удавалось никому. Я же совсем недалеко продвинулся в совершенствовании… На самом деле, у меня точно ничего не получится. А-Жань с молодым господином обладают выдающимся талантом, а я… Может быть, мне вовсе не стоит ехать? Лучше останусь здесь и буду больше практиковать основы.
Чу Ваньнин молчал. Его лицо с тонкой, будто фарфоровой, кожей словно подернуло дымкой: он размышлял.
В прошлой жизни Ши Мэй точно так же отказался от путешествия к пику Сюйин из-за недостаточной уверенности в своих силах. Вновь видя эту картину, Мо Жань с улыбкой вмешался:
– Ладно тебе, стоит съездить и попробовать. Не получится – отнесешься к этой поездке как к интересному путешествию. Какой смысл безвылазно торчать на пике Сышэн? Намного лучше время от времени покидать школу и смотреть мир.
Ши Мэй еще сильнее встревожился:
– Нет, я слишком слаб, а на пике Сюйин столько народу… Вдруг я повстречаю какого-нибудь ученика из другой духовной школы и ему придет в голову помериться со мной силами? Я наверняка не смогу победить и осрамлю своего учителя…
– Так вот чего ты боишься? – вдруг спросил Чу Ваньнин, подняв на него глаза.
Его вопрос прозвучал весьма странно, будто бы его задали с недоверием, но в то же время не требуя ответа. Остальные двое ничего не поняли, но Ши Мэй внутренне похолодел. Он поднял глаза и встретился с ледяным пронизывающим взглядом Чу Ваньнина.
– Учитель…
– Твоя стезя – исцеление, и в бою ты не особенно силен, – не дрогнув, продолжил Чу Ваньнин. – Если даже кто-то бросит тебе вызов, просто откажись. В этом нет ничего позорного.
– Не бойся, Ши Мэй, – вставил Мо Жань, растянув губы в улыбке. – У тебя есть я.
Собравшись, все четверо двинулись в путь.
В этот раз путь им предстоял неблизкий, до самого Верхнего царства. Ехать верхом было бы слишком утомительно, Чу Ваньнин по-прежнему возражал против полетов на мечах, поэтому они решили отправиться в путь на повозке. Прошло больше десяти дней, прежде чем они наконец достигли города у подножия пика Сюйин.
Трое учеников давно вылезли наружу, и лишь Чу Ваньнин оставался в повозке, не собираясь двигаться с места. Откинув бамбуковую занавеску, он сказал:
– Переночуем здесь, а завтра двинемся дальше и окажемся у пика Сюйин.
Город Дайчэн, в котором они остановились на ночь, был невелик, но процветал: по улицам гуляли богато одетые и увешанные украшениями женщины, а также мужчины в шелках и парче. Внешне Дайчэн выглядел роскошнее самого зажиточного из городов Нижнего царства.
– Только поглядите на этих гадов из Верхнего царства, – презрительно бросил Сюэ Мэн. – У богатых ворот – запах мяса и вин, на дорогах же – кости замерзших.
Мо Жаню эта бросавшаяся в глаза разница тоже была не по душе. Он не только не стал спорить с Сюэ Мэном, но и, напротив, принялся со слащавой улыбочкой высмеивать картину перед своими глазами:
– Верно! Смотрю – и прямо завидую. Немудрено, что столько народу готово расшибиться, лишь бы попасть в Верхнее царство. Думаю, здесь даже обычным людям, не занятым совершенствованием, живется куда лучше, чем в Нижнем.
Прежде чем выйти из повозки, Чу Ваньнин достал маску серебристо-серого цвета и надел. Плавно соскочив на землю, он замер, глядя на шумную суету кругом и думая непонятно о чем.
– Учитель, для чего вы надели маску? – удивленно спросил Сюэ Мэн.
– Этот город стоит на границе земель духовной школы Жуфэн в Линьи, – ответил Чу Ваньнин. – Будет лучше, если никто не увидит мое лицо.
Глядя на озадаченного Сюэ Мэна, Мо Жань с тяжелым вздохом произнес:
– И коротка же память у нашего «маленького феникса»! Да ведь учитель когда-то был приглашенным мастером в школе Жуфэн.
Когда он это сказал, Сюэ Мэн тут же все вспомнил. «Любимец Небес», однако, не желал признаваться, что забыл, поэтому, зардевшись, презрительно закатил глаза:
– Да я… Да знаю я! Просто это странно. Они лишь пригласили учителя к себе, а не купили, верно? Он захотел уйти – и ушел, что в этом такого? Или люди из школы Жуфэн, увидев наставника, немедленно свяжут его и потащат обратно?
– Ну и дурак же ты! – воскликнул Мо Жань. – Неужели ничего не знаешь? С тех
